Медиативное соглашение как исполнительный документ
Медиативное соглашение как исполнительный документ
Статья 12. Медиативное соглашение
1. Медиативное соглашение заключается в письменной форме и должно содержать сведения о сторонах, предмете спора, проведенной процедуре медиации, медиаторе, а также согласованные сторонами обязательства, условия и сроки их выполнения.
2. Медиативное соглашение подлежит исполнению на основе принципов добровольности и добросовестности сторон.
3. Медиативное соглашение, достигнутое сторонами в результате процедуры медиации, проведенной после передачи спора на рассмотрение суда или третейского суда, может быть утверждено судом или третейским судом в качестве мирового соглашения в соответствии с процессуальным законодательством или законодательством о третейских судах, законодательством о международном коммерческом арбитраже.
4. Медиативное соглашение по возникшему из гражданских правоотношений спору, достигнутое сторонами в результате процедуры медиации, проведенной без передачи спора на рассмотрение суда или третейского суда, представляет собой гражданско-правовую сделку, направленную на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей сторон. К такой сделке могут применяться правила гражданского законодательства об отступном, о новации, о прощении долга, о зачете встречного однородного требования, о возмещении вреда. Защита прав, нарушенных в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения такого медиативного соглашения, осуществляется способами, предусмотренными гражданским законодательством.
5. Медиативное соглашение, достигнутое сторонами в результате процедуры медиации, проведенной без передачи спора на рассмотрение суда или третейского суда, в случае его нотариального удостоверения имеет силу исполнительного документа.
(часть 5 введена Федеральным законом от 26.07.2019 N 197-ФЗ)
Как подготовить и удостоверить медиативное соглашение
1. Что такое медиативное соглашение?
Процедура медиации — это альтернативный способ разрешения правовых конфликтов, возникающих из гражданских, семейных, трудовых, корпоративных отношений. Чтобы избежать дорогостоящих и длительных судебных разбирательств, стороны в случае возникновения спора могут на основе добровольного согласия обратиться к независимому посреднику — медиатору и при его содействии достигнуть взаимоприемлемого решения по существу конфликта.
Процедура медиации проводится на основе принципов добровольности, конфиденциальности, сотрудничества и равноправия сторон, беспристрастности и независимости медиатора. Результатом проведения примирительной процедуры выступает медиативное соглашение, заключенное в письменной форме и отражающее договоренности, достигнутые сторонами в ходе разрешения конфликта.
2. Нужно ли удостоверять медиативное соглашение?
Медиативное соглашение — это гражданско-правовая сделка, направленная на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей сторон. Соответственно, медиативное соглашение подлежит исполнению на основе принципов добровольности и добросовестности.
Однако заключенное в простой письменной форме медиативное соглашение не является исполнительным документом, а значит, не гарантирует фактического исполнения выработанного сторонами решения. Для того чтобы придать медиативному соглашению исполнительную силу, необходимо обратиться к нотариусу для его удостоверения. В этом случае медиативное соглашение будет иметь силу исполнительного документа, а это значит, что, если одна из сторон впоследствии будет уклоняться от исполнения достигнутых договоренностей, другая сторона сможет на основании нотариально заверенного медиативного соглашения обратиться в службу судебных приставов для принудительного исполнения его условий.
Нотариус удостоверит любое медиативное соглашение, составленное в соответствии с требованиями законодательства и достигнутое сторонами в результате процедуры медиации, проведенной без передачи спора на рассмотрение суда или третейского суда. Медиативное соглашение удостоверяется с обязательным участием медиатора.
Нотариусы участвуют в урегулировании разногласий между супругами, делящими имущество, между наследниками. Помогают в бесспорном порядке определить порядок общения с ребенком после развода родителей. В корпоративной сфере нотариус также наделен широким кругом полномочий, и привлечение его в качестве независимого медиатора помогает прийти к компромиссу, минуя разбирательство в суде и сокращая возможные издержки на участие в нем.
Если стороны соглашения находятся в разных городах или не хотят встречаться лично, то такое соглашение можно удостоверить у нотариуса дистанционно, когда каждая сторона приходит к удобному для нее нотариусу.
Придание исполнительной силы медиативным соглашениям: что привносит в гражданский оборот новое законодательство
Государственная Дума на пленарном заседании 17 июля приняла в третьем, окончательном чтении поправки в ряд законов, направленные на совершенствование примирительных процедур.
Одним из ключевых положений [1] стало наделение нотариусов полномочиями удостоверять медиативные соглашения. Для этого предусмотрено, срели прочего, включение в Основы законодательства Российской Федерации о нотариате новой статьи 59 1 «Удостоверение медиативного соглашения».
Какие последствия следует ожидать?
Прямое принудительное исполнение
Однако законодатель преследовал более далеко идущую цель: как разъясняется на сайте Комитета Государственной Думы по государственному строительству и законодательству, медиативные соглашения, достигнутые сторонами в результате процедуры медиации, проведенной без передачи спора на рассмотрение суда, в случае его нотариального удостоверения будут иметь силу исполнительного документа. И действительно, соответствующее изменение предусмотрено в Федеральном законе «Об исполнительном производстве»: после его вступления в силу к исполнительным документам будут относиться нотариально удостоверенные соглашения не только об уплате алиментов, но и медиативные соглашения (пп. 3 п. 1 ст. 12 закона).
Следовательно, в случае неисполнения можно будет сразу обращаться к судебному приставу.
По логике, имеются в виду только те соглашения, которые содержат обязательства по уплате денег, передаче имущества и иные, которые могут быть исполнены принудительно (в порядке исполнительного производства). Медиативные соглашения зачастую содержат и другие обязательства, которые в силу своей природы принудительно не исполнимы, например, обязательство принести извинения или сотрудничать при осуществлении определенного проекта. Исполнительная сила в возможна в отношении не всех обязательств по соглашению.
Согласно ст. 53 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате нотариус удостоверяет сделки, для которых законодательством Российской Федерации установлена обязательная нотариальная форма. Другие сделки нотариус может удостоверять по желанию сторон. Законодательство не устанавливает нотариальную форму в качестве обязательного условия заключения медиативного соглашения. Следовательно, медиативные соглашения будут подлежать нотариальному удостоверению не в обязательном порядке, а по желанию сторон. Такой подход вполне разумен.
Понятно, что речь идет именно о «внесудебных» медиативных соглашениях. Медиативным соглашениям, заключенным в ходе судебного разбирательства, исполнительная сила может быть придана другим уполномоченным органом – судом путем его утверждения как мирового соглашения и выдачи исполнительного листа. Многие считают отсутствие подобного механизма для внесудебных медиативных соглашений достаточно весомой причиной для того, чтобы отказаться от попыток урегулировать спор в порядке медиации без обращения в суд.
Выше международных стандартов
Возможность прямого принудительного исполнения внесудебных соглашений, заключенных по итогам медиации – не уникальный российский правовой феномен. В целом ряде стран уже существует и применяется механизм их упрощенного приведения в исполнение:
Прямая исполнительная сила позволяет избежать значительных расходов на приведение в исполнение медиативного соглашения путем нового обращения в суд с иском. Это особенно актуально в коммерческих спорах.
Новый законодательный инструмент может найти следующее полезное применение для решения важной проблемы. На практике, к огда стороны в ходе медиации достигают урегулирования спора после того, как он уже был передан в суд, их соглашение часто выходит за пределы исковых требований (и без этого урегулирование просто не состоялось бы!). Тогда сторонам приходится разделять условия примирения: заключать отдельно судебное мировое соглашение (или отказ от иска), которое они направляют в суд для утверждения, и внесудебное соглашение, которое содержит обязательства за рамками исковых требований (то есть обычный гражданско-правовой договор. ). Возможность наделения этого внесудебного медиативного соглашения исполнительной силой намного облегчила бы для сторон возможность урегулировать спор. Позволяет ли это вновь принятое закнодательство, это, пожалуй, вопрос его толкования.
Темная сторона исполнительной силы
Возможность придания исполнительной силы соглашениям, заключаемым по итогам посредничества, рассматривалась в России давно – еще в начале 2000х гг. Но, опасаясь ожидаемых злоупотреблений, от этой идеи тогда отказались.
Какая защита от этого существует в действующем законодательстве? В силу ст. 54 нотариус обязан разъяснить сторонам смысл и значение представленного ими проекта медиативного соглашения и проверить, соответствует ли его содержание действительным намерениям сторон и не противоречит ли требованиям закона. Также в ст. 59 1 («Удостоверение медиативного соглашения») предусмотрено, что медиативное соглашение удостоверяется с обязательным участием «медиатора, медиаторов, медиатора – представителя организации, осуществляющей деятельность по обеспечению проведения процедуры медиации, в соответствии с соглашением сторон о проведении процедуры медиации». Это само по себе заслуживает одобрения, т.к. дает больше возможностей для нотариуса уточнить моменты, была ли действительно проведена «настоящая» процедура медиации. Также представляется правильным, что закон требует в таком случае наличие подписи медиатора на соглашении.
Однако этого явно недостаточно. В России деятельность медиатора по-прежнему может осуществляться как на профессиональной, так и на непрофессиональной основе. По закону выступать медиатором на непрофессиональной основе могут лица, достигшие возраста восемнадцати лет, обладающие полной дееспособностью и не имеющие судимости. Таким образом, любое такое лицо может назваться медиатором для целей удостоверения медиативного соглашения (придания ему исполнительной силы). Как нотариус сможет проверить отсутствие нарушений закона в этом случае, крайне непростой вопрос. Это еще предстоит выработать в практике. Злоупотребления могут быть весьма масштабными и громкими, что способно не только нанести прямой ущерб интересам конкретных лиц, но и, в результате, дискредитировать саму идею обращения к медиации.
Как же минимизировать риски?
Дополнительная защита от злоупотреблений появится, если для удостоверения медиативного соглашения будет установлено требование о том, чтобы медиатор был профессиональным: его обязанность представить нотариусу доказательство наличия дополнительного профессионального образования по вопросам применения процедуры медиации. Это само по себе, конечно, не гарантирует полной защиты, но все же будет гораздо лучше, чем текущая ситуация, возникающая в свете принятия новых законодательных поправок: проверить наличие у лица статуса профессионального медиатора нотариусу проще. Кроме того, в отношении профессиональных медиаторов возможны регулирование и ответственность через их обязательное участие в СРО, ведение обязательных реестров или иными способами.
Кроме того, в настоящее время возможность придания исполнительной силы медиативным соглашениям пока уместна скорее только для споров между субъектами предпринимательской деятельности. Для граждан так сразу ее вводить не стоит, пока не выработана соответствующая практика нотариусов: риск слишком велик. Не исключен обман, иные пороки воли, злоупотребление со стороны с сильной договорной позицией. Для граждан это может быть особенно чувствительным. Тем более, сфера медиации не настолько глубоко знакома нотариусам, которые получают новые весьма значимые полномочия: неизбежно потребуется их специальное обучение.
Таким образом, создание нового законодательного механизма придания медиативным соглашениям силы исполнительного документа – в целом само по себе позитивное изменение, но его нельзя назвать вполне продуманным. Оно, в его нынешнем виде, создает новые серьезные риски. Для их снижения крайне важно установить требование о том, чтобы медиаторы были профессиональными.
Весьма вероятно, что механизм придания медиативным соглашениям исполнительной силы еще будет пересматриваться в ближайшие годы.
Статья отражает только точку зрения ее автора.
[1] Другой важной новеллой является введение института судебного примирения и наделение судей в отставке ipso facto (и без какого-либо специального обучения медиации) полномочиями судебных примирителей. Однако это другая серьезная тема, требующая отдельного освещения.
[5] Впрочем, также не всегда может их своевременно выявить и суд, и третейский суд.
Придание исполнительной силы медиативным соглашениям: что привносит в гражданский оборот новое законодательство
Государственная Дума на пленарном заседании 17 июля приняла в третьем, окончательном чтении поправки в ряд законов, направленные на совершенствование примирительных процедур.
Одним из ключевых положений [1] стало наделение нотариусов полномочиями удостоверять медиативные соглашения. Для этого предусмотрено, срели прочего, включение в Основы законодательства Российской Федерации о нотариате новой статьи 59 1 «Удостоверение медиативного соглашения».
Какие последствия следует ожидать?
Прямое принудительное исполнение
Однако законодатель преследовал более далеко идущую цель: как разъясняется на сайте Комитета Государственной Думы по государственному строительству и законодательству, медиативные соглашения, достигнутые сторонами в результате процедуры медиации, проведенной без передачи спора на рассмотрение суда, в случае его нотариального удостоверения будут иметь силу исполнительного документа. И действительно, соответствующее изменение предусмотрено в Федеральном законе «Об исполнительном производстве»: после его вступления в силу к исполнительным документам будут относиться нотариально удостоверенные соглашения не только об уплате алиментов, но и медиативные соглашения (пп. 3 п. 1 ст. 12 закона).
Следовательно, в случае неисполнения можно будет сразу обращаться к судебному приставу.
По логике, имеются в виду только те соглашения, которые содержат обязательства по уплате денег, передаче имущества и иные, которые могут быть исполнены принудительно (в порядке исполнительного производства). Медиативные соглашения зачастую содержат и другие обязательства, которые в силу своей природы принудительно не исполнимы, например, обязательство принести извинения или сотрудничать при осуществлении определенного проекта. Исполнительная сила в возможна в отношении не всех обязательств по соглашению.
Согласно ст. 53 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате нотариус удостоверяет сделки, для которых законодательством Российской Федерации установлена обязательная нотариальная форма. Другие сделки нотариус может удостоверять по желанию сторон. Законодательство не устанавливает нотариальную форму в качестве обязательного условия заключения медиативного соглашения. Следовательно, медиативные соглашения будут подлежать нотариальному удостоверению не в обязательном порядке, а по желанию сторон. Такой подход вполне разумен.
Понятно, что речь идет именно о «внесудебных» медиативных соглашениях. Медиативным соглашениям, заключенным в ходе судебного разбирательства, исполнительная сила может быть придана другим уполномоченным органом – судом путем его утверждения как мирового соглашения и выдачи исполнительного листа. Многие считают отсутствие подобного механизма для внесудебных медиативных соглашений достаточно весомой причиной для того, чтобы отказаться от попыток урегулировать спор в порядке медиации без обращения в суд.
Выше международных стандартов
Возможность прямого принудительного исполнения внесудебных соглашений, заключенных по итогам медиации – не уникальный российский правовой феномен. В целом ряде стран уже существует и применяется механизм их упрощенного приведения в исполнение:
Прямая исполнительная сила позволяет избежать значительных расходов на приведение в исполнение медиативного соглашения путем нового обращения в суд с иском. Это особенно актуально в коммерческих спорах.
Новый законодательный инструмент может найти следующее полезное применение для решения важной проблемы. На практике, к огда стороны в ходе медиации достигают урегулирования спора после того, как он уже был передан в суд, их соглашение часто выходит за пределы исковых требований (и без этого урегулирование просто не состоялось бы!). Тогда сторонам приходится разделять условия примирения: заключать отдельно судебное мировое соглашение (или отказ от иска), которое они направляют в суд для утверждения, и внесудебное соглашение, которое содержит обязательства за рамками исковых требований (то есть обычный гражданско-правовой договор. ). Возможность наделения этого внесудебного медиативного соглашения исполнительной силой намного облегчила бы для сторон возможность урегулировать спор. Позволяет ли это вновь принятое закнодательство, это, пожалуй, вопрос его толкования.
Темная сторона исполнительной силы
Возможность придания исполнительной силы соглашениям, заключаемым по итогам посредничества, рассматривалась в России давно – еще в начале 2000х гг. Но, опасаясь ожидаемых злоупотреблений, от этой идеи тогда отказались.
Какая защита от этого существует в действующем законодательстве? В силу ст. 54 нотариус обязан разъяснить сторонам смысл и значение представленного ими проекта медиативного соглашения и проверить, соответствует ли его содержание действительным намерениям сторон и не противоречит ли требованиям закона. Также в ст. 59 1 («Удостоверение медиативного соглашения») предусмотрено, что медиативное соглашение удостоверяется с обязательным участием «медиатора, медиаторов, медиатора – представителя организации, осуществляющей деятельность по обеспечению проведения процедуры медиации, в соответствии с соглашением сторон о проведении процедуры медиации». Это само по себе заслуживает одобрения, т.к. дает больше возможностей для нотариуса уточнить моменты, была ли действительно проведена «настоящая» процедура медиации. Также представляется правильным, что закон требует в таком случае наличие подписи медиатора на соглашении.
Однако этого явно недостаточно. В России деятельность медиатора по-прежнему может осуществляться как на профессиональной, так и на непрофессиональной основе. По закону выступать медиатором на непрофессиональной основе могут лица, достигшие возраста восемнадцати лет, обладающие полной дееспособностью и не имеющие судимости. Таким образом, любое такое лицо может назваться медиатором для целей удостоверения медиативного соглашения (придания ему исполнительной силы). Как нотариус сможет проверить отсутствие нарушений закона в этом случае, крайне непростой вопрос. Это еще предстоит выработать в практике. Злоупотребления могут быть весьма масштабными и громкими, что способно не только нанести прямой ущерб интересам конкретных лиц, но и, в результате, дискредитировать саму идею обращения к медиации.
Как же минимизировать риски?
Дополнительная защита от злоупотреблений появится, если для удостоверения медиативного соглашения будет установлено требование о том, чтобы медиатор был профессиональным: его обязанность представить нотариусу доказательство наличия дополнительного профессионального образования по вопросам применения процедуры медиации. Это само по себе, конечно, не гарантирует полной защиты, но все же будет гораздо лучше, чем текущая ситуация, возникающая в свете принятия новых законодательных поправок: проверить наличие у лица статуса профессионального медиатора нотариусу проще. Кроме того, в отношении профессиональных медиаторов возможны регулирование и ответственность через их обязательное участие в СРО, ведение обязательных реестров или иными способами.
Кроме того, в настоящее время возможность придания исполнительной силы медиативным соглашениям пока уместна скорее только для споров между субъектами предпринимательской деятельности. Для граждан так сразу ее вводить не стоит, пока не выработана соответствующая практика нотариусов: риск слишком велик. Не исключен обман, иные пороки воли, злоупотребление со стороны с сильной договорной позицией. Для граждан это может быть особенно чувствительным. Тем более, сфера медиации не настолько глубоко знакома нотариусам, которые получают новые весьма значимые полномочия: неизбежно потребуется их специальное обучение.
Таким образом, создание нового законодательного механизма придания медиативным соглашениям силы исполнительного документа – в целом само по себе позитивное изменение, но его нельзя назвать вполне продуманным. Оно, в его нынешнем виде, создает новые серьезные риски. Для их снижения крайне важно установить требование о том, чтобы медиаторы были профессиональными.
Весьма вероятно, что механизм придания медиативным соглашениям исполнительной силы еще будет пересматриваться в ближайшие годы.
Статья отражает только точку зрения ее автора.
[1] Другой важной новеллой является введение института судебного примирения и наделение судей в отставке ipso facto (и без какого-либо специального обучения медиации) полномочиями судебных примирителей. Однако это другая серьезная тема, требующая отдельного освещения.
[5] Впрочем, также не всегда может их своевременно выявить и суд, и третейский суд.
Статья 12. Медиативное соглашение
Статья 12. Медиативное соглашение
1. Медиативное соглашение заключается в письменной форме и должно содержать сведения о сторонах, предмете спора, проведенной процедуре медиации, медиаторе, а также согласованные сторонами обязательства, условия и сроки их выполнения.
2. Медиативное соглашение подлежит исполнению на основе принципов добровольности и добросовестности сторон.
3. Медиативное соглашение, достигнутое сторонами в результате процедуры медиации, проведенной после передачи спора на рассмотрение суда или третейского суда, может быть утверждено судом или третейским судом в качестве мирового соглашения в соответствии с процессуальным законодательством или законодательством о третейских судах, законодательством о международном коммерческом арбитраже.
4. Медиативное соглашение по возникшему из гражданских правоотношений спору, достигнутое сторонами в результате процедуры медиации, проведенной без передачи спора на рассмотрение суда или третейского суда, представляет собой гражданско-правовую сделку, направленную на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей сторон. К такой сделке могут применяться правила гражданского законодательства об отступном, о новации, о прощении долга, о зачете встречного однородного требования, о возмещении вреда. Защита прав, нарушенных в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения такого медиативного соглашения, осуществляется способами, предусмотренными гражданским законодательством.
Информация об изменениях:
5. Медиативное соглашение, достигнутое сторонами в результате процедуры медиации, проведенной без передачи спора на рассмотрение суда или третейского суда, в случае его нотариального удостоверения имеет силу исполнительного документа.
ГАРАНТ:
См. комментарии к статье 12 настоящего Федерального закона