Магазин в тюрьме как называется
Магазины на территории исправительных колонии России. Кто наживается на осужденных
Редакция «Гулаг-Инфо» отмечает, что проблема, указанная в приведенном ниже обращении существует в каждой колонии России.
Стоимость товаров, продаваемых в магазинах на территориях учреждений уголовно-исполнительной системы, на 30-90% превышает розничные цены, установленные в магазинах и торговых сетях, осуществляющих продажу аналогичных товаров «на воле».
Магазины на территории ИК и СИЗО является одним из основополагающих способов нажиться на осужденных.
Обращается к Вам заключённый ФКУ ИК-11 ГУФСИН России по Нижегородской области.
В связи с невозможностью многих заключённых колонии решить проблему непосредственно с сотрудниками ИК-11, я вынужден направить настоящую жалобу непосредственно в Генеральную прокуратуру.
С 2015 г. в колонии из двух функционирующих магазинов остался лишь один. При этом, продукты питания в этот магазин завозит исключительно ФГУП «Промсервис», руководство которого находится непосредственно в Москве.
Указанная организация, как и ФГУП «Калужское» и ряд таких же, намеренно созданы руководством ФСИН России для осуществления бесконкурентной торговли в местах лишения свободы.
Полное отсутствие конкуренции позволяет недобросовестным дельцам устанавливать запредельные цены на продукты. Безвыходная ситуация вынуждает заключённых приобретать продукты по явно завышенным ценам в единственном магазине, не имея какой-либо возможности минимизировать свои расходы и реализовать своё право на выбор.
Таким образом, можно предположить, что в результате указанных намеренных незаконных действий руководства ФСИН России по ограничению конкуренции продавцов продуктов питания на территории многочисленных исправительных учреждений, ограниченное количество должностных лиц получают сверхприбыли, цинично наживаясь на горе большого количества заключённых и их родственников.
Учитывая вышеизложенное, требую организовать проведение проверки законности указанных в настоящей жалобе действий руководства ФСИН России по намеренному ограничению конкуренции продавцов продуктов питания на территориях ИУ и намеренному созданию препятствий заключённым приобретать продукты питания в необходимом широком ассортименте и по приемлемым ценам у различных продавцов, не аффилированных с руководством ФСИН России.
Также хочу выразить Вам признательность за внимание к проблемам заключённых ИК-11, о которых мы указывали в своих предыдущих обращениях.
13.07.2018 колонию посетил заместитель прокурора Нижегородской области и хотя бы выслушал в ходе диалога малую часть претензий заключённых, которые они смогли озвучить в присутствии сотрудников колонии, чётко фиксирующих личности заявителей в целях осуществления последующих репрессий.
Черный список: слова, которые мы зря произносим, не зная их происхождение
Спойлер: они из словаря уголовников. И часть из них успела прижиться в вашем лексиконе.
Богатый русский язык невозможно представить без жаргонизмов — слов или словосочетаний, которые употребляют определенные группы носителей языка. К примеру, каждый любитель компьютерных игр с легкостью ответит, что такое «респаун» (возвращение персонажа к жизни после того, как он был убит). А из армейского жаргона в повседневную жизнь перекочевало слово «салага».
Ни для кого не секрет, что свой жаргон есть и у преступников. Более того, многие выражения нам знакомы, а некоторые и вовсе стали привычными. Если вы знаете, что такое «ботать по фене», но никогда не слышали про «пахана» и «баклана», приготовьтесь к небольшому ликбезу. Рассказываем про словарь уголовников, которым не стоит пользоваться.
© кадр из фильма «Воздушная тюрьма» слова уголовников, уголовный жаргон
История воровского жаргона
У уголовного жаргона есть несколько целей: во-первых, благодаря «фене» участники преступного сообщества могут отделиться от социума и противопоставить себя законопослушным гражданам. Не менее важное предназначение жаргона — запутать стороннего слушателя, ведь смысл беседы заключенных для него становится абсолютно непостижимым. В воровском жаргоне отражена иерархия мира преступников: авторитеты слышат в свой адрес уважительные выражения, а вот те, кому не удалось подняться на верхние ступени иерархии, являются носителями обидных кличек.
Жаргон зародился очень давно: примерно в XIX веке преступники заимствовали арго, использовавшийся бродячими торговцами офенями — так появилось знакомое название «феня». В воровском жаргоне присутствуют слова из идиша (еврейский язык германской группы), заимствования из украинского и других языков. Особый язык исправительных колоний прославили писатели в 1930–1950-е годы: в своих трудах его употребляли Дмитрий Лихачев и Александр Солженицын. В результате многие слова из воровского жаргона перешли не только в разговорный, но и в литературный русский язык.
Слова, которые стали для нас привычными
Зачастую во время речи мы не задумываемся, откуда в наш язык пришло то или иное слово. А ведь многие выражения, которые стали для нас обыденностью, появились в лексиконе именно из воровского жаргона. Приводим самые распространенные варианты.
«Понт»
В арго у термина было несколько трактовок: отвлечение внимания; действие, которое совершают напоказ; демонстрированная роскошь. Популярность к слову «понт» пришла еще в дореволюционное время. В нулевые оно распространилось среди молодежи — так описывали что-то слишком вычурное. Кстати, когда-то «понтом» именовали жертву шулера, воровской прием, помогавший отвлечь ее внимание.
«Кент»
Если спросить, что значит «кент», большинство ответит «близкий друг» или «товарищ». Но мало кто задумывается, что в воровской среде «кентом» называют соучастника преступления или того, кто придерживается криминальных понятий.
© кадр из фильма «Воздушная тюрьма» слова уголовников, уголовный жаргон
«Косарь»
Почему тысяча рублей превратилась в «косарь»?
В жаргоне термин появился в XX веке, когда выпустили Государственный кредитный билет достоинством в тысячу рублей. Число, располагавшееся по краям, находилось под углом 45°. Купюру сначала прозвали «косой», а потом и привычным «косарем».
«Шестерка»
Сегодня «шестеркой» называют человека, который беспрекословно прислуживает кому-либо. В тюрьме шестерка — это тот, кто прислуживает ворам. Название произошло от самой младшей карты в колоде — такой символизм вполне понятен.
Выдержки из словаря преступников
Однако есть ряд терминов, которые не знакомы большинству из нас. Конечно, о значении некоторых выражений можно догадаться и без толковых словарей, но тюремный жаргон продолжает пополняться. Вот несколько ярких примеров.
«Хозяйский»
«Хозяин» — это начальник тюрьмы или полиции. Нетрудно догадаться, что «хозяйскими» прозвали заключенных, которые всегда выполняют распоряжения руководства. У таких людей есть еще несколько кличек — «козлы» или «черти».
© кадр из сериала «Побег» слова уголовников, уголовный жаргон
«Актировка»
Слово «актировка» означает процесс медосвидетельствования тяжелобольных заключенных. «Актировать» — досрочно освободить заключенного вследствие болезни.
«С воли не греюсь»
Нет, выражение не имеет ничего общего с температурой в камере или погодными условиями. Если заключенный сообщает, что он «не греется с воли», преступник подразумевает: близкие или родные не отправляют ему посылки или передачи.
«Заряжать фазана»
Эту птицу мы привыкли ассоциировать с заносчивыми персонами, ведь фазан — птица важная. Но в воровском жаргоне формулировка «заряжать фазана» имеет особое значение — врать, обманывать. Кстати, самими «фазанами» прозвали молодых и неопытных воров.
«Пахан»
Жаргонизм «пахан» считается одним из наиболее популярных. В уголовном сленге он обосновался еще в 60-е годы, и с тех пор слово не утратило актуальность. Первоначально «паханами» становились воспитатели малолетних преступников в СИЗО — это были заключенные в возрасте от 40 до 50 лет. Сегодня «паханами» зовут авторитетов в воровской среде, которые следят за порядком и урегулируют конфликты. «Пахан» не просто опытный вор, а настоящий наставник и лидер.
«Баклан»
В тюремном жаргоне слово «баклан» имеет строго негативный смысл. Термин появился в XIX веке: «бакланами» прозвали неопытных преступников. Сегодня «баклан» — это неопытный вор, хулиган или мелкий спекулянт. Авторитетного преступника никогда не назовут «бакланом», ведь под презрительным термином подразумевают глуповатого неудачника.
Коллаж © LIFE. Фото © ТАСС / Анна Шевелева, © Shutterstock
Жизнь богатых и бедных заключённых разительно отличается. Во-первых, тут есть формальная часть: если у тебя есть деньги, ты можешь легально покупать дорогостоящие продукты. Например, в «Матросской Тишине» можно даже делать заказы из ресторанов и питаться не хуже, чем на воле. А во-вторых, есть неформальная система, когда заключённый, дав администрации денег, получает особые блага — прекрасную камеру, которая будет больше похожа на номер в отеле, ему будут приносить спиртное. Есть очень наглядный пример члена банды Цапка, который, находясь на одной из зон, ел раков и омаров, доставлявшихся ему с океана
» ratio=»1/1″ src=»https://static.life.ru/publications/2021/0/22/468391063617.1203.jpg» loading=»lazy» />
» ratio=»1/1″ src=»https://static.life.ru/publications/2021/0/22/468391063617.1203.jpg» loading=»lazy» />
Водка, 30-летний виски и элитные сигары
Крабы и икра на ужин не предел мечтаний. Тем более что состоятельные заключённые вполне легально могут воспользоваться официальными сервисами. Например, в «Матросской Тишине» в спецблок можно даже заказать одежду или еду из магазина. Причём набор блюд не уступает элитному меню хороших ресторанов — от стейка из сёмги до гуся с яблоками.
Однако куда более строго дело обстоит с алкоголем. Официально заказать бутылочку не получится даже на праздник. Здесь на выручку сидельцам приходит чёрный рынок продуктов. Чаще всего алкоголь носит персонал тюрем и колоний.
Стоимость бутылки водки доходит до двух тысяч рублей с учётом доставки. И это весьма востребованная услуга. На Новый год или юбилей можно заказать хорошее шампанское. Бутылка у него более громоздкая, спрятать её трудно, поэтому наценка может быть пятикратной. Рядовой коньяк обойдётся дороже — почти в пять тысяч рублей за пол-литра при стоимости в магазинах 400–500 рублей.
Однако тюремные изыски не ограничиваются дешёвым алкоголем. Источник Лайфа в силовых ведомствах рассказал, что во время обысков у арестантов находили виски 30-летней выдержки и элитные кубинские сигары.
О том, что приватный сигарный клуб в стенах СИЗО дело обычное, в своём интервью рассказал 31-летний москвич Бальтазар Гайдн-Прохоров. В «Матросской Тишине» он делил камеру с бывшим замглавы Федерального агентства специального строительства (Спецстрой) Александром Буряковым и директором компании «Т плюс» Борисом Вайнзихером. Последний, пользуясь тем, что курение табака не запрещено, устроил настоящий сигарный клуб. По вторникам и четвергам он угощал сидельцев любимыми сигарами Фиделя Кастро, целая коробка которых досталась ему от бывшего обитателя соседней камеры Сергея Полонского.
Если в колониях заключённых переодевают в тюремные робы, то в следственных изоляторах арестанты могут позволить себе находиться в любой удобной одежде — хоть в спортивном, хоть в классическом костюме. Если есть деньги, и в колонии можно выглядеть с иголочки. Оперативники уже находили у заключённых гардеробы с марочной гражданской одеждой — спортивными костюмами «Армани» и куртками стоимостью в десятки тысяч рублей.
В колонию можно заказать тренажёр или спортинвентарь. Бывают, конечно, и курьёзные случаи. Так, мать одного из заключённых из Норвегии привезла сыну ракетку для большого тенниса. А когда её вернули обратно, женщина очень удивилась, что в российском следственном изоляторе нет теннисного корта.
Мобильники и гаджеты
Самый востребованный товар у арестантов — мобильные телефоны, сим-карты. Цена очень сильно зависит от жадности охраны, а также от строгости порядков. Если в колонии жёсткий контроль и пронести телефон трудно, цена на него резко взлетает. Обычно телефоны продают с пятикратной наценкой. Если охрана либеральная и алчная, то в колонии может даже случиться переизбыток гаджетов.
— В некоторых следственных изоляторах и колониях у зэков было столько телефонов, что они продавали их друг другу за полцены, — рассказал Лайфу один из столичных адвокатов. — В следственных изоляторах находили и планшеты. В колониях можно заказать доставку ноутбука, а также игровой приставки, хотя последние и запрещены как потенциальные азартные игры на деньги.
Фото © Новые известия
Если раньше популярностью пользовались кнопочные телефоны, которых не жалко лишиться после обыска, то теперь востребованы смартфоны с доступом в Интернет. Так арестант сможет общаться с подельниками и адвокатами в мессенджерах, звонить в любую точку мира, получать и отправлять документы, фото и сообщения, делать денежные переводы.
В камерах ценятся и другие гаджеты: мобильные роутеры для интернет-связи, гарнитуры, зарядки. Они востребованы в тюремных «call-центрах»: под видом служб безопасности банков арестанты обманывают доверчивых людей, воруя деньги с их счетов, или ведут каналы, где собирают пожертвования на электронные кошельки.
Из экзотических гаджетов можно заказать компактную машинку для нанесения татуировок, а также специальные наборы красителей. Если на воле такой аппарат стоит 500–1500 рублей, то с доставкой в камеру его цена взлетает в десятки раз.
До 2017 года в знаменитой «Матросской Тишине» можно было снять настоящую ВИП-камеру. Вопиющие нарушения режима обнаружили члены Общественно-наблюдательной комиссии (ОНК) Москвы. Одна из камер, № 275, где содержался обвиняемый в мошенничестве Дионисий Золотов, представляла собой по-настоящему царские хоромы. Путёвка в такую камеру стоила около одного миллиона рублей.
Дионисий Золотов. Фото © Агентство городских новостей «Москва» / Игорь Иванко
— Два больших окна. На стене огромный телевизор, рядом модный пульт. Шикарный холодильник «Индезит» забит деликатесами. Кровати (две совершенно пустые) застелены белоснежным бельём. Кругом красивые полочки для удобства, — сообщили тогда в столичной ОНК.
Другая камера тоже не уступала по комфорту: новые матрасы и подушки, ЖК-телевизор, большой холодильник, а главное — возможность беспрепятственно пользоваться сотовой связью. Всё это можно было купить у персонала. Правда, за такой курорт сотрудники тюрьмы поплатились не только должностями, но и свободой.
Ещё одним ВИП-заключённым был печально известный бандит Вячеслав Цеповяз, входивший в банду Сергея Цапка. Осуждённый на 19 лет строгого режима за убийство 12 человек, он по-настоящему наслаждался жизнью в амурской колонии. В конце 2018 года фотографии с Цеповязом в камере облетели весь Интернет. На них убийца лакомился икрой и крабами. Вдобавок к ВИП-камере у Цеповяза была и собственная пасека на территории колонии, где заключённый баловал себя шашлыками.
По словам бывшей жены Цеповяза Натальи Стришней, которая и принесла фотографии в прокуратуру в отместку за развод, такое содержание стоило до трёх миллионов рублей в год. Источники Лайфа рассказали, что в некоторых колониях проверяющие находили отдельно стоящие дома, в которых коротали свой срок ВИП-заключённые. ФСИН нещадно борется с такими «курортами».
Сауны и адвокатессы по вызову
«Элитные» заключённые могут позволить себе значительно больше. Так, во время одной из проверок колонии в Свердловской области, где отбывает 18-летний срок осуждённый за взятки и вымогательство бывший вице-мэр Екатеринбурга Виктор Контеев, нашлась сауна. Вряд ли бывший чиновник проводил там время в одиночестве. Не секрет, что в колонию можно заказать проститутку или даже двух. Девушку лёгкого поведения может провести на территорию персонал. Либо используется ещё одна схема: несколько лет назад в Москве задержали проституток с удостоверениями адвокатов. На этом основании они могли официально посещать зэков. Об этой схеме рассказывал Александр Уланов, который приносил в колонию бывшему сокамернику Вячеславу Цеповязу красную икру.
Если арестанту очень хочется любви и у него на это есть деньги, то можно попытаться договориться с конвоем, который возит обвиняемых в суды и следственные изоляторы. Конвой может ненадолго изменить маршрут, чтобы арестант провёл экспресс-встречу с проституткой.
Способы доставки запрещёнки в тюрьмы просто поражают воображение. Помимо «сердобольных» адвокатов и коррумпированных сотрудников исправительных учреждений так называемой переброской занимаются друзья и родственники арестантов. Порой они идут на самые невероятные уловки, рискуя собственной свободой. Самые отчаянные по старинке отправляют товары по почте или прячут в продукты питания, а кто-то пытается использовать технические приспособления.
Как в тюрьме устроен продуктовый бизнес
Кем бы ты ни был в прошлой жизни, хоть бизнесменом, хоть чиновником, хоть биндюжником, в тюрьме тебе придется бороться за жизнь в физиологическом смысле. Поэтому в местах лишения свободы продукты питания играют жизненно важную роль — у заключенных не может быть денег и возможности ходить в обычный магазин, то есть процесс организации питания является одним из самых важных в жизни зека. На тюремном корме долго не протянешь, а многие — как я, например — просто не могут есть баланду, организм не принимает подобного пищевого унижения. За два года лишения свободы я изучил продуктовый бизнес в тюрьме досконально.
Откуда еда вообще попадает в тюрьму?
Во-первых, это передачи от родных. Если мы говорим о законопослушном поведении заключенного, то передачи в тюрьме — вещь сложно организуемая. Сложно передать то, в чем реально есть необходимость, и легко — то, что есть в избытке. К тому же список разрешенных для передачи продуктов строго ограничен, и общих правил нет: все зависит не только от тюрьмы, но даже от настроения смены на приеме передач. В Бутырке, например, апельсины можно было передавать, а вот мандарины были под строжайшим запретом.
Сложность прежде всего в том, что следствие обычно не дает разрешения ни на свидания, ни на звонки (считается, что таким образом ты можешь помешать расследованию). Даже если ты такое разрешение получил — например, дело уже попало к судье, и суд проявил гуманизм, дав разрешение на звонок, — реально организовать его сложно. Я не знаю ни одного человека в Бутырке — не встретил такого за год, что провел там, — кто такое разрешение смог реализовать. Получить краткосрочное свидание в период следствия практически нереально. Остается адвокат — ему можно отдать список необходимых вещей (а скорее, продиктовать), чтобы он мог передать родным, но это удовольствие тоже не для всех: за услуги адвоката нужно платить, за хорошего адвоката — много, в смысле очень много. Да и не каждый адвокат считает своим долгом помочь в организации питания.
То есть в отсутствие постоянного контакта с родными остается второй способ продуктового выживания — ларек. Чем ларек удобен? Сообразительная жена в отсутствие контакта со своим подследственным может перевести деньги на счет тюрьмы, и ты можешь по своему усмотрению использовать сумму на счете. Это удаляет бесконечные тюремные очереди из жизни твоих близких. Ассортимент ларька передается в камеру заранее. Ты подаешь заявление, отмечаешь нужные тебе продукты и получаешь их через день-два. Это удобно и для СИЗО: не надо хранить большое количество продуктов и оборудовать для этого какое-то специальное место. Впрочем, на этом все удобства ларька и заканчиваются. Дальше сплошные минусы.
1. Ларек в Бутырке функционирует раз в месяц, так что купить сразу весь набор необходимых тебе продуктов невозможно.
2. Наценка на некоторые группы товаров доходит до 200–300%, особенно видна накрутка на электротовары, прежде всего на электрочайники, а это вещь в тюрьме крайне необходимая.
3. В тюремных условиях невозможно получить холодильник. Насколько я знаю, такая же проблема и на Матросске (Платон Лебедев даже специально жаловался на это судье). И это несмотря на то, что существует приказ Минюста от 14.10.05 № 189 «Об утверждении правил распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы». В этом приказе есть приложение № 3, которое называется «Порядок оказания дополнительных платных услуг». Это очень интересный документ. Там говорится о том, что я могу получить парикмахера, холодильник и даже «доставку блюд из пунктов общественного питания», а также, например, услуги нотариуса, что вообще в тюрьме вещь первейшей необходимости. Но все это никоим образом не исполняется. Я смог выдать жене доверенность только через полгода после своего ареста за крупную взятку, после чего ни один московский нотариус не взялся ее заверить.
Неясно, кем и как утверждается список продуктов в тюремных ларьках: ассортимент там крайне скудный и приезжает ларек редко. Все это очень странно: ведь могли честно деньги зарабатывать. Непонятно, почему арестанты не могут заказывать еду в столовой Бутырки: несколько раз адвокаты кормили меня прекрасными пирожками из офицерской столовой — почему их нельзя продавать зекам? Такое ощущение, что люди не умеют и не хотят честно зарабатывать, платить налоги с заработков, а хотят только брать взятки — ровно за то же самое, только себе в карман и значительно больше — и нисколько не боятся и не смущаются.
В колонии существуют три варианта обеспечить себя продовольствием. Во-первых, это передачи и посылки (20 кг в месяц). У нас в зоне есть таксофон, с него можно официально звонить родным и заказывать необходимое — как говорят в тюрьме, «насущное». Во-вторых, это тот же ларек, и тоже один раз в месяц. В зоне у осужденных есть определенные ограничения. В обычных условиях содержания можно покупать продукты на один минимальный размер оплаты труда (4330 рублей) плюс можно использовать те деньги, которые зек заработает в качестве зарплаты (за вычетами). У нас на зоне средняя зарплата около 1000 рублей в месяц.
Я содержусь в облегченных условиях, то есть у меня нет ограничений в сумме покупок в ларьке. Сюда ларек тоже приезжает раз в месяц, ассортимент там скудный, хотя в принципе могло бы быть все. Практически невозможно купить никакие овощи: их привозят, но очень мало, и сразу разбирают.
Есть люди, которые дают себя развести. Я спрямил ситуацию — отодвинул посредника. Да и курьеру так удобнее, для него ведь чем больше клиентов, тем лучше. Хороший бизнес, никак не ограниченный законом: курьер получает деньги от родных почтовым переводом, покупает все сам, не связываясь с чужими передачами и не рискуя передавать запрещенные предметы. Зачем? Ему и так хорошо: маленький, стабильный, законопослушный бизнес.
Следующий пост — о том, как я жил два года без интернета.
Как живёт общая камера в тюрьме
Многие наши посты можно спокойно начинать с поговорки о том, что не следует зарекаться от тюрьмы. Те, кто уже побывал в российских СИЗО и колониях уверяют – никогда не думали, что доведётся побывать, слишком мало знали о жизни за колючкой.
Родина активно взялась за ресурсы о тюрьме – уничтожен портал Gulagu.net, Роскомнадзор потребовал закрыть Youtube-канал «Всё о тюрьме». ZNBM.ru – общественное движение и мы не пропагандируем никаких ложных ценностей. Мы рассказываем честным людям России о том, как вести себя, если случилась беда и по какой-то причине довелось попасть за решётку.
Несмотря на то, что в современных СИЗО преобладают небольшие камеры (на 4-8 человек), общая камера – всё ещё самый распространённый вариант содержания подследственных. Сегодня расскажем о том, что это за пространство, как в нём устроена жизнь, что как называется на местном жаргоне (🗣). Повторимся, ничего не пропагандируем – пост реализуется в порядке правового ликбеза.
Что такое общая камера?
Общая камера (ОК) – наиболее классическая камера (🗣 «хата»). Через такую камеру проходит большинство лиц, содержащихся в тюрьме. Такой хате присуще все проявления, связанные с тюремной жизнью вообще – понятия, жаргон, традиции, посиделки за чифиром, оперативные проработки и так далее.
Фото: Сергей Киселев / АГН «Москва» (СИЗО «Матросская Тишина»)
Как правило, в общих камерах содержится большое количество подследственных и осуждённых – от 18 человек и выше. В СИЗО-6 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области есть ОК, в которых содержится свыше 100 человек разом. Да, в одном помещении – как в казарме или очень большом хостеле.
Тюремные кровати (🗣«шконки»)
Койки в таком хостеле изготовлены из железа – обычно это сваренная из запаянной трубы или угольника рама, с наваренными на неё полосами из металла. Иногда ячейки настолько велики, что в них проваливается матрас (если он вообще есть). Железные кровати (🗣 «шконки» или «шконари») крайне неудобны, как и всё в тюрьме. Это часть системы, заточенной на то, чтобы человек осознавал себя отбросом общества.
Кровати грубо приварены к штырям, вбитым в стены и пол, иногда сварены ещё и между собой. Шконки составляют нечто вроде скелета общей камеры. Ещё эти, с позволения сказать, кровати – один из поводов хотеть уехать «на зону», ведь в колониях, как правило, используются кровати с матрасом-сеткой – вроде армейских. Спать на них гораздо удобнее.
Кстати, матрас – одна из основных ценностей в камере. За хороший матрас сотрудники учреждения и хозотрядники берут взятки. Опытные сидельцы запросто отдают за двойной матрас хорошие кроссовки или кожаную куртку. В старых СИЗО матрас выдаётся при заезде и подследственный таскает его с собой по камерами в виде так называемой «скрутки» (матрас вместе с бельём).
По поводу белья. Подследственному положены две простыни, наволочка и одеяло. У нас есть оооочень много жалоб на то, что эти нехитрые ценности выдают с огромными задержками, и человек живёт несколько дней на голом матрасе, а то и без него. Больше всего жалоб поступает из СИЗО-1 УФСИН по СПб и ЛО («Новые Кресты») – это не кажется удивительным, ведь это крупнейшее в стране учреждение. То же и с посудой – некоторые подследственные месяцами едят из коробочки от «Доширака».
Кровати обычно наварены в два яруса, нижний считается «элитным» – занимается более авторитетными арестантами. Кроме того, места на нижних «шконках» традиционно уступают пожилым и полным людям. Верхняя полка – 🗣«пальма», а средняя (если этажей три) – 🗣«чемодан».
В населённых камерах существует практика продажи нижних полок – этим промышляют и «смотрящие», и сотрудники учреждений. Известны как случаи взимания разового платежа, так и поборы на абонементной основе.
Слово «нары» почти не используется, так как в СИЗО и тюрьмах почти не осталось, собственно, нар.
Фото ОНК Москвы, СИЗО-6 УФСИН России по Москве
Двери, решётки, глазки и пр.
Вход в камеру закрывают тяжёлые железные двери (🗣«тормоза») с замками и задвижками. Ещё в двери обязательно приспособлено откидное окошко для подачи пищи и документов (🗣«кормушка» или «кормуха») – такое нужно, чтобы ограничить количество поводов для открытия двери.
Окошко открывается наружу и образует нечто вроде столика. При раздаче пищи на столик ставят миски, при передаче документов – используют как письменный стол. Через кормушку передаются и передачи.
Высунувшись в окошко, подследственные общаются через коридор (🗣«продол»). Формально, любое межкамерное общение запрещено, но во многих учреждениях дежурные не препятствуют такому общению в период раздачи пищи и даже поддерживают его (в оперативных целях).
Ещё в двери обязательно есть глазок, закрывающийся снаружи (🗣«шнифт»). Через него инспекторы и дежурные присматривают за подследственными и осуждёнными. Если камера очень большая, такие глазки могут быть обустроены в нескольких местах.
«Кормушка» – фото из открытого источника (Яндекс.Картинки)
Решётки на окнах
Разумеется, на окнах тюрем и СИЗО – решётки (🗣«решки»). Окна всегда находятся напротив дверей.
До 2003 года на окнах (помимо решёток) были дополнительно наварены так называемые «реснички» – железные «жалюзи» снаружи окна. Они позволяли подследственным смотреть в окно только вниз и затрудняли межкамерную связь. Позже их запретили в связи с практикой ЕСПЧ и деятельностью правозащитников.
«Реснички» крайне возмутили бывшего министра юстиции Валентина Ковалёва, лишившегося должности и по подозрению в расхищении средств созданного им же «Фонда общественной защиты гражданских прав» оказавшегося в «Матросской Тишине». Ковалёв очень громко возмущался, что «реснички» на окнах недопустимы, так как ограничивают доступ в камеру солнечного света и свежего воздуха. Бывшему министру предоставили подтверждающий законность «ресничек» документ – подписанное им же ведомственное распоряжение.
В своей шикарной книге «Как выжить в современной тюрьме» Стас Симонов пишет, что после этого случая у Ковалёва некисло обострился геморрой 💩💩💩.
Туалет в камере
Большинству людей знакомо слово «параша». Сейчас оно практически вышла из обихода. Так назывались переносные ёмкости для нечистот, которые использовались вместо унитазов в советский период и чуть позже. Так как таких «туалетов» в УИС практически не осталось, выходит из оборота и жаргонное обозначение.
Современные туалеты обитатели тюрем зовут словом 🗣«дальняк». Обычно туалет в тюрьме представляет из себя или так называемую «чашу Генуя» (практически, дырку в полу) или антивандальный (железный) унитаз.
Раньше туалет был отделён от остальной камеры лишь невысокими перегородками по бокам, да самодельными занавесками из простыней или одеял. На этом строился и низкий престиж мест «возле параши». Практика ЕСПЧ и деятельность международных правозащитников привели к тому, что туалеты в российских тюрьмах стали отделять от основной камеры нормальными стенами, устанавливать двери (без замков).
Судебная практика была настолько плачевной для России, что, например, в питерском СИЗО-4 («Лебедёвка») пришлось построить стенки вокруг «дальняков» за месяц до закрытия объекта. Это стоило региональному УФСИН немало денег.
Вместе с традиционными «парашами» из тюремной жизни уходят и многие «туалетные» приметы, связанные с распространением звуков и запахов. Сегодня во многих камерах даже может допускаться приём пищи, когда кто-то находится в туалете. В прежние годы это было категорически недопустимо.
С появлением «нормальных» туалетов появились и нормальные раковины. В старых тюрьмах нередко краны были установлены прямо над унитазом, т.е. он и служил раковиной. Над туалетом приходилось и умываться, и мыть посуду, и стирать бельё. Это всё вызывало праведный гнев российской и международной правозащиты.
Стол для приёма пищи
Стол (🗣«дубок») – настоящий центр тюремной камеры. За ним обедают, пишут апелляционные жалобы, играют в шашки, шахматы и нарды, общаются, выясняют отношения. Как правило, для всех обитателей камеры мест за столом не хватает, и вводится некая иерархия.
Как и всё в камере, стол выполнен из металла. Лавки – тоже металлические, с деревянными сидушками (если не отломаны). Всё это намертво закреплено в полу и сварено между собой.
В камерах обычно организованы какие-нибудь полки для хранения посуды, а иногда есть и прикроватные тумбочки. Всё это тоже металлическое и лишённое всякого обаяния.
География камеры
Общие камеры, как правило, довольно велики. Вполне логично, что в них выделяются определённые области, обрастающие разнообразными смыслами. Одной из таких областей является территория вокруг стола (🗣«пятак») – часто так же называется всё пространство от «дубка» до окна. В этой местности расположены самые престижные спальные места.
Территория около входа и туалета (🗣«вокзал») является наименее престижной – в ней селятся представители низших слоёв тюремного общества, новенькие и те, кто выполняет хозяйственные работы по камере.
Верхние «шконки» около «решки» занимают так называемые «дорожники» – своего рода операторы межкамерной связи (🗣«дороги»).
Как уже было сказано, нижние этажи считаются более престижными – их занимают «смотрящие» и братва (около окна), а также уступают старикам, инвалидам и тучным людям. Часть нижних этажей продаются за деньги или какие-то ценности (например, сигареты).
Разумеется, больше ценятся места, с которых видно телевизор – если он вообще есть.
Фото: Элина Оганесян (КП)
Вместо послесловия
Эта статья собрана из рассказов тех, кому довелось побывать в СИЗО и тюрьмах нашей необъятной Родины. Мы знаем, что много бывших арестантов и среди наших читателей. Если вы заметили неточность или можете дополнить эту статью чем-нибудь интересным – пишите в комментарии на Дзене или на znbm.ru@yandex.ru. Уверены, ваши знания помогут многим читателям не попасть впросак, если доведётся заехать в тюрьму.
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзене, ставьте лайки и оставляйте комментарии, делитесь постами в социальных сетях. Все заработанные средства вкладываем в общественные инициативы – превращаем слово «справедливость» в нечто большее, чем пустой звук, эффективно защищаем права подследственных, осуждённых и бывших арестантов в российских и международных судах.