дают ли в психушке телефон
Разрешают ли в псих больнице психическим больным пользоваться сотовыми телефонами?
Разрешают ли в псих больнице психическим больным пользоваться сотовыми телефонами?
Ответы на вопрос:
Этот вопрос Вам нужно уточнить у главврача.
Определяется Правилами внутреннего распорядка и зависит от категории больных.
Разрешается пользоваться в установленное правилами больницы время.
Похожие вопросы
Такой вопрос: Можно ли пользоваться мобильным телефоном в психбольнице несовершеннолетнему, находящемуся на принудительном обследовании?
Прохожу обследование в психиатрической больнице. Имеют ли право забрать телефон или какую либо электронику в психиатрической больнице?
Может ли пациент наркологической больницы иметь при себе мобильный телефон? Если может, почему персонал больницы не разрешает иметь его при себе? Разве это не нарушение моих гражданских прав? Что мне говорить или делать, если врач запрещает мне иметь при себе телефон?
Имеют ли право люди, находящиеся на лечении в психиатрическом стационаре гулять и общаться с родными?
1. Могут ли друзья навещать человека, проходящего лечение в психбольнице?
2. Могут ли друзья навещать человека, проходящего лечение в психоневрологическом диспенсере? (ПНД)
3. Если человека неправомерно отправили на лечение через взятку, можно ли оспорить диагноз и доказать, что человек адекватен?
Спасибо! Ответа на первые два вопроса уже будет достаточно =)
Правомерны ли действия соседки по вызову по 03 бригады, как можно квалифицировать ее действия (клевета, незаконная госпитализация и т.д.)
Имеет ли право психически больной человек знать свой диагноз имеет ли право полиция знать диагноз психически больного человека или они должны делать запрос в больницу.
Кто обязан следить за лицами состоящими на учете у врача психиатра?
Могут ли запретить пользование мобильным телефоном в психиатрической больнице?
Правомерны ли действия персонала психиатрической больницы в случае если лицу, страдающему психическими расстройствами, обратившемуся за помощью в добровольном порядке, было запрещено пользование мобильным телефоном для периодической связи с родственниками и близкими? Сопровождающих, при поступлении, попросили забрать мобильный телефон домой, исключив любую возможность связи с пациентом родными и близкими в дни неразрешенные для посещения больного.
Статья 37. Права пациентов, находящихся
в медицинских организациях, оказывающих психиатрическую помощь в стационарных
условиях
(в
ред. Федерального закона от 25.11.2013 N 317-ФЗ)
(1) Пациенту должны быть разъяснены основания и цели
госпитализации его в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую
помощь в стационарных условиях, его права и установленные в указанной
медицинской организации правила на языке, которым он владеет, о чем делается
запись в медицинской документации.
(в
ред. Федерального закона от 25.11.2013 N 317-ФЗ)
(2) Все пациенты, находящиеся на лечении или обследовании в
медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных
условиях, вправе:
(в
ред. Федерального закона от 25.11.2013 N 317-ФЗ)
обращаться непосредственно к главному врачу или заведующему
отделением по вопросам лечения, обследования, выписки из медицинской
организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, и
соблюдения прав, предоставленных настоящим Законом;
(в
ред. Федерального закона от 25.11.2013 N 317-ФЗ)
подавать без цензуры жалобы и заявления в органы
представительной и исполнительной власти, прокуратуру, суд, к адвокату, в
государственное юридическое бюро (при наличии);
(в
ред. Федерального закона от 21.11.2011 N 326-ФЗ)
встречаться с адвокатом, работником или уполномоченным
лицом государственного юридического бюро и со священнослужителем наедине;
(в
ред. Федерального закона от 21.11.2011 N 326-ФЗ)
исполнять религиозные обряды, соблюдать религиозные каноны,
в том числе пост, иметь религиозные атрибутику и литературу, если это не
нарушает внутренний распорядок медицинской организации;
(в
ред. Федерального закона от 25.11.2013 N 317-ФЗ)
выписывать газеты и журналы;
получать общее образование, в том числе по адаптированной
образовательной программе;
(в
ред. Федерального закона от 02.07.2013 N 185-ФЗ)
получать наравне с другими гражданами вознаграждение за
труд в соответствии с его количеством и качеством, если пациент участвует в
производительном труде.
(3) Пациенты имеют также следующие права, которые могут
быть ограничены по рекомендации лечащего врача заведующим отделением или
главным врачом в интересах здоровья или безопасности пациентов, а также в интересах
здоровья или безопасности других лиц:
вести переписку без цензуры;
получать и отправлять посылки, бандероли и денежные
переводы;
иметь и приобретать предметы первой необходимости,
пользоваться собственной одеждой.
(4) Платные услуги (индивидуальная подписка на газеты и
журналы, услуги связи и так далее) осуществляются за счет пациента, которому
они предоставляются
ст. 37, Закон РФ от 02.07.1992 N 3185-1 (ред. от 14.10.2014) «О
психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании»
«Нормальные сюда не попадают»: как я провела пять дней в психбольнице
Объективно я психически здорова — и это не моё мнение, хотя, наверное, и мою оценку можно учитывать: я биолог по образованию, интересуюсь нейрофизиологией, психологией и психиатрией и сейчас изучаю их дистанционно. Здоровой меня считает специалистка, к которой я обращалась, — психотерапевт, психиатр и доктор наук. В психотерапии я пять лет, причин хватает — у меня в анамнезе и изнасилования в несовершеннолетнем возрасте, и жизнь с маленькой дочкой в ситуации постоянного домашнего насилия.
Год назад психиатр, выписывающая мне медикаменты, уехала. Город у нас небольшой – 100 тысяч человек, найти нового врача не так просто, и я решила обратиться за очередным рецептом на антидепрессанты в наш психоневрологический диспансер. Пришла в диспансерное отделение, которое в городе (сам ПНД гораздо дальше) — и в первый раз стало понятно, что бесполезно объяснять, почему необходимы и транквилизаторы, и антидепрессанты. Выписали только первые, а при повторном посещении поставили на учёт с диагнозом «тревожно-депрессивное расстройство».
Незадолго до карантина я пришла за очередным рецептом, но мне отказали. Сказали: «Пейте травки». На остатках психических сил я просидела два с половиной месяца взаперти с детьми, которые болели, потом ко всему этому добавилось несколько трагических событий, итог оказался закономерен: я провалилась в депрессивный эпизод с суицидальными мыслями, которые, впрочем, реализовывать не собиралась, но симптомы и тяжесть ситуации могла оценить. Жить дальше без лекарств было нельзя, и я снова отправилась к врачу в надежде выбить рецепт на антидепрессанты.
Вот тогда-то всё и закрутилось. Стоило мне сказать, что смертельно устала, у меня кончились силы и жить больше не хочется, как моментально вызывали скорую: мы-де не готовы нести за вас ответственность. То, что я приехала сама на машине, нормально отвечаю на вопросы и адекватно себя веду, никто уже не учитывал. Меня не осматривал психолог, а ведь есть методики определения и степени депрессивного состояния, и реальности суицида — я о них знаю. Фактически не было никакой диагностики — только испуг дежурного психиатра и заведующей.
Приехала скорая. Не то чтобы меня в неё затолкали, но и не уговаривали — просто поставили перед фактом: «Надо ехать». Сил сопротивляться не было: я была измотана, а прессовали меня несколько человек — тут и не всякий здоровый сможет отбиться. К тому же я думала, что в больнице разберутся, что я не суицидница, и на этом всё закончится. Наивная!
В машине мне сунули какие-то документы на подпись — я даже не успела толком их прочитать. Пока ехали, успела написать своей психологине и мужу, что меня везут в психоневрологический диспансер.
Диагностики не было и в приёмном покое. Лечащего врача — а видела я его только один раз при поступлении — больше интересовало моё мировоззрение, чем симптомы: например, он подробно расспрашивал, почему я собираюсь поехать учиться за границу.
Мне сказали, что если я не подпишу согласие на госпитализацию, то его получат через суд — а он всегда становится на сторону больницы — и меня запрут на полгода. Я спросила врача, а есть ли у него какие-то другие способы убеждения, кроме угроз, и тогда он начал рассказывать, что ничего страшного, всё будет хорошо. Мол, в отделении мне будет удобно, я смогу остаться в своей одежде, выходить курить, в выходные приедут родственники. Когда я спросила, а чем меня, собственно, будут лечить, ответил: «Давайте, вы у нас хотя бы одну ночь проведёте. Я выпишу феназепам, чтобы вы выспались, а завтра вы напишите отказ от лечения и просьбу перевести в дневной стационар». Это было как раз то, чего мне хотелось, и я всё подписала.
12 важных вопросов психиатру Кириллу Сычеву
Что стоит знать о психических расстройствах
Поговорили с Кириллом Сычевым — практикующим психиатром и психотерапевтом.
Вы узнаете, как ставят диагнозы в психиатрии, можно ли лечить психические расстройства без лекарств и как понять, что пора менять психиатра.
Что вы узнаете
Сходите к врачу
Наши статьи написаны с любовью к доказательной медицине. Мы ссылаемся на авторитетные источники и ходим за комментариями к докторам с хорошей репутацией. Но помните: ответственность за ваше здоровье лежит на вас и на лечащем враче. Мы не выписываем рецептов, мы даем рекомендации. Полагаться на нашу точку зрения или нет — решать вам.
Какие психические расстройства встречаются чаще всего?
На первом месте тревожные расстройства — это различные фобии, паническое расстройство, генерализованное тревожное расстройство.
На втором месте депрессивное расстройство. На третье место я бы поставил биполярное аффективное расстройство. Оно часто встречается, кроме того, сейчас переломный момент: очень многим людям, которые раньше наблюдались с диагнозом «шизофрения», его заменили на «биполярное аффективное расстройство». Это связано с проблемами диагностики, существующими у нас в стране.
Настоящая шизофрения встречается не так часто — меньше чем у 1% населения. При этом тяжелый психоз с галлюцинациями и бредовыми мыслями может быть не только при шизофрении, но и при биполярном расстройстве, иногда и при депрессии — практически при всех психических заболеваниях, кроме тревожных расстройств.
Прирост случаев конкретных психических болезней может быть связан с разными факторами. Иногда случается какой-то инфоповод — например, кто-то очень известный рассказывает про свое заболевание. На этом фоне может увеличиться количество людей, которые обращаются с подобными симптомами. Может создаться ложное ощущение, что этого заболевания стало больше.
Такие ситуации — это в любом случае хорошо. Лучше, если человек зря сходит к врачу и ему скажут, что все в порядке, чем будет годами бороться с симптомами самостоятельно, боясь обратиться к психиатру.
Каковы факторы риска психических расстройств, отчего они возникают?
Факторы риска психических заболеваний — ВОЗPDF, 800 КБ
Также есть личностные характеристики, которые могут влиять на развитие психического заболевания. Например, когда человек склонен погружаться в грусть, воспринимает мир в черно-белом цвете, слишком серьезно относится к своим провалам и так далее.
Кроме того, существует наследственная предрасположенность. Насколько она сильная, зависит от конкретной болезни.
Как сделать ремонт и не сойти с ума
Растет ли риск заболеть психическим расстройством с возрастом?
Скорее, наоборот: человек, который до пожилого возраста не заболел психическим расстройством, уже вряд ли заболеет, если не брать в расчет деменцию.
Например, та же шизофрения в первую очередь — болезнь молодых, она не появляется впервые в пожилом возрасте. С депрессией человек, скорее всего, в первый раз столкнется в возрасте от 20 до 30 лет, часто она впервые появляется у женщин после родов. Биполярное аффективное расстройство вероятнее проявится еще в детстве или в подростковом возрасте.
Другое дело, что часто человек долгое время самостоятельно справляется с симптомами, а в пожилом возрасте психические расстройства могут протекать тяжелее. Например, человек с тревожным расстройством после 60 лет будет страдать от него сильнее — сил бороться с ним без помощи уже может не быть. Тогда он впервые окажется на приеме у психиатра в позднем возрасте, хотя, скорее всего, заболел раньше.
Еще бывает так: случился психоз, переждали, прошел, через несколько лет случился снова, но уже тяжелее — и вот к какому-то возрасту человек оказался в больнице. Может создаться впечатление, что он поздно заболел шизофренией, но на самом деле болел давно, просто никто не замечал, не хотел замечать или скрывали.
Когда нужно обратиться к психиатру?
Первое, от чего нужно отталкиваться, — сколько времени в день человек тратит на переживание симптомов расстройства. Например, если 30—40% времени человек находится в навязчивых тревожных мыслях либо ему все время грустно, это мешает ему жить — точно стоит сходить.
Второй вариант — когда состояние человека резко меняется. Например, обычно спокойный человек, домосед, вдруг проснулся с утра с приливом сил и желанием уехать в кругосветное путешествие. Или, наоборот, человек постоянно путешествовал, много общался, но вдруг стал все время проводить дома, резко потерял интерес к старым увлечениям.
И, естественно, если у человека появились суицидальные намерения или даже мысли в духе « лучше бы меня не было, хорошо бы мне умереть» — обязательно нужно обратиться.
Конечно, психиатрия сильно стигматизирована. Наверное, было бы лучше, если бы человек мог обратиться к психологу, а потом тот уже отправлял по необходимости к психиатру. Однако у нас большой разброс качества психологической помощи. То есть не всегда психолог достаточно компетентен, чтобы разобраться в ситуации и понять, что человеку нужна психиатрическая помощь.
Может ли психиатр неправильно поставить диагноз?
Ошибки в психиатрии возникают в большинстве случаев из-за того, что нет других методов диагностики, кроме общения с врачом.
В психиатрии при постановке диагноза руководствуются критериями Международной классификации болезней. Диагнозы ставят на основании ретроспективного анализа анамнеза, то есть оценки врачом истории болезни по рассказу человека или его близких.
Нет неврологических тестов, как, например, в неврологии, обследований вроде МРТ и анализов, способных достоверно показать психические заболевания. Есть только опросники, которые повышают точность постановки диагноза, но не дают стопроцентной гарантии. Кроме того, все опросники разработаны под конкретные заболевания — врачу все равно сначала надо понять, что именно искать.
Самая большая сложность — отличить одно заболевание от другого, например, депрессивное расстройство от биполярного аффективного. Врачу важно разобраться в диагнозе: если это обычная классическая депрессия, нужно назначить антидепрессанты, а если биполярное расстройство, от них может стать хуже — начнется мания. Или другой пример — пограничное расстройство личности. Оно тоже похоже на биполярное аффективное расстройство, но его невозможно скорректировать лекарствами, нужна психотерапия.
Может ли психиатр поставить диагноз онлайн?
С точки зрения медицины нет разницы между очной консультацией психиатра и онлайн-консультацией. Главное, чтобы у врача была возможность с человеком подробно поговорить.
Если брать юридические аспекты, то онлайн-консультация не будет считаться полноценной медицинской консультацией. Это всего лишь мнение врача, а не прием с постановкой диагноза и выпиской рецептов.
Есть ли сейчас в психиатрии проблема гипо- или гипердиагностики психических расстройств?
В России есть гипердиагностика шизофрении — у нас всегда было намного больше случаев этого заболевания, чем в других странах. Есть интересное российское исследование, где изучали точность постановки диагноза на выборке пациентов. В итоге более чем в 35% случаев правильнее было поставить диагноз «биполярное аффективное расстройство», а не «шизофрения».
Типичные врачебные ошибки в дифференциальной диагностике эндогенных психозовPDF, 114 КБ
Справедливости ради, за рубежом тоже есть проблема гипердиагностики шизофрении: не все хотят разбираться, почему у человека возник психоз, написать «шизофрения» проще всего.
Еще существует тревожно-депрессивное расстройство — такой диагноз есть в Международной классификации болезней. Его ставят многие обычные врачи, которым надо установить предварительный диагноз, чтобы отправить человека к психиатру, потому что они не должны разбираться, какой вариант у него тревожного расстройства или есть ли депрессия.
В итоге тревожно-депрессивное расстройство стало одним из самых популярных тревожных расстройств. Однако на самом деле такое состояние встречается редко.
Можно ли лечить психические расстройства без лекарств?
Психические расстройства иногда можно лечить без медикаментов. Например, при большой части тревожных расстройств. Некоторые люди удивляются, когда я говорю, что фобия — психиатрическое расстройство, потому что в большинстве случаев она лечится только психотерапией.
Правда, надо иметь в виду, что фобии чаще всего бывают на фоне повышенной тревожности, а повышенную тревожность иногда не снять без лекарств.
Легкую степень депрессии также стоит лечить с помощью психотерапии. При средней степени лечение выбирают с учетом симптомов, в зависимости от суицидального риска и особенностей человека — хочет он заниматься психотерапией или нет. Если суицидальный риск низкий, можно попробовать только терапию. А вот тяжелая степень депрессии — показание к медикаментозному лечению.
Биполярное аффективное расстройство и расстройства шизофренического спектра требуют медикаментозного лечения в 99% случаев. Расстройства личности — наоборот: здесь нужна психотерапия, а лекарства используют лишь иногда для снятия отдельных симптомов.
Что такое расстройства личности — Американская психиатрическая ассоциация
Если начать пить лекарства, их потом придется принимать всю жизнь?
Сколько придется принимать препараты, зависит от заболевания. Так, при депрессивном расстройстве в большинстве случаев достижима ремиссия, которая позволяет отказаться от лекарств с минимальным риском заболеть снова. Однако надо понимать, что препараты все равно придется принимать долго — от года.
Что такое депрессия — Американская ассоциация психиатрии
В случае тревожных расстройств о пожизненном приеме таблеток речь не идет — такие расстройства хорошо лечатся. В течение года можно пройти курс психотерапии или лечения медикаментами и почувствовать себя хорошо.
Тревожные расстройства — Национальный институт ментального здоровья
Психоз — Национальная служба здравоохранения Великобритании
При тяжелых расстройствах, которые проявляются с психозами, например шизофрении, часто нужен пожизненный прием лекарств. А при биполярном аффективном расстройстве все зависит от ситуации: препараты принимают длительно, в редких случаях их можно отменить.
Многое зависит от конкретных препаратов, их нельзя объединять в одну группу.
Антидепрессанты — практически самые безопасные препараты, причем не только среди психиатрических, но и вообще среди всех лекарств. Их могут назначать пожизненно. Они не вызывают зависимости, а риск побочных эффектов невысок.
Антидепрессанты — Национальная служба здравоохранения Великобритании
Нейролептики. Здесь есть препараты первого поколения — они вызывают много побочных эффектов, которые часто выглядят тяжело. Например, у человека нарушаются движения: он не может разомкнуть челюсть, чтобы поесть, дрожат руки или голова. Однако такие препараты лучше всего снимают психозы — если у человека острый психоз, именно их вводят в первую очередь.
Также существуют нейролептики второго поколения, у них уже нет большого количества побочных эффектов. От них может быть сонливость, снижение либидо, ухудшение настроения, но если правильно подобрать дозу, этого можно избежать.
При длительном приеме такие препараты иногда вызывают увеличение веса и нарушение работы поджелудочной железы, но тут та же ситуация: если грамотно подобрать, то можно принимать пожизненно.
Нормотимики — препараты, которые используют для лечения биполярного аффективного расстройства. Они также не вызывают зависимости и предназначены для длительного приема.
Нормотимики могут быть токсичными, их не рекомендуют при беременности и кормлении грудью. Тут тоже многое зависит от грамотного подбора дозировки: можно избежать побочных эффектов и добиться того, чтобы человек легко переносил лечение.
Нельзя говорить, что какие-то препараты лучше или хуже, их все используют для лечения разных психических расстройств.
В каких случаях нужна госпитализация в психиатрический стационар?
Существует мнение, что во многих случаях обязательно нужно, чтобы человек лег в стационар, без этого он не выздоровеет. Но это миф.
Правильный психиатр просто так в стационар старается не отправлять. Есть данные, что при амбулаторном лечении пациенты начинают чувствовать себя лучше гораздо раньше. В стационаре качество жизни ухудшается, это сказывается на самочувствии.
В стационар нужно ложиться в таких случаях:
Психическое здоровье — Национальный институт здравоохранения и совершенствования медицинской помощи ВеликобританииPDF, 1,06 МБ
Обычные психические расстройства, включая шизофрению вне психоза и биполярное аффективное расстройство, лучше лечить амбулаторно.
Как пациенту оценить компетентность психиатра, когда лучше обратиться к другому врачу?
На мой взгляд, есть три основополагающих момента, о которых стоит беспокоиться.
Врач не ставит точный диагноз. Психиатр должен поставить диагноз, а не говорить «у вас тревожность», или «у вас депрессия», или «у вас что-то еще». Нет таких диагнозов, как тревожность или депрессия, это состояния, которые могут быть при разных расстройствах. Такие термины можно употреблять в обычной беседе, чтобы упростить разговор, но так нельзя ставить диагноз.
Врач назначает странные лекарства. Конечно, пациент не всегда может оценить назначения адекватно, но если врач прописывает неработающие лекарства, например ноотропы, стоит задуматься.
Врач не отвечает на вопросы. Психиатр должен ответить на любые вопросы пациента. Хорошо, если он подробно и понятно все рассказывает. Плохо, если говорит: «Я врач, я знаю лучше». Первое, о чем должен беспокоиться хороший психиатр, — это понимает ли пациент, зачем ему нужны таблетки, будет ли он их принимать.
Во всех зарубежных учебниках подробно разбирают, как убедить пациентов правильно пить лекарства нужное время. Большая проблема психиатрии даже не в том, что мы не умеем лечить многие болезни, а в том, что пациенты самостоятельно отказываются от лечения, потому что не понимают, зачем оно и как работает.
Другой пример: если человек беспокоится о своем весе, то бросит пить таблетки, которые влияют на массу тела. Врачу обязательно нужно пообщаться с пациентом, чтобы понять, какие препараты подойдут, что может ему помешать лечиться.
Кроме этого, ни в коем случае не должно быть никакого осуждения со стороны врача и быстрых консультаций с постановкой диагноза за десять минут.
Судья ради экспертизы закрыл меня в психушке на месяц. Равнодушие врачей, угрозы убийством и клопы
Сначала против меня возбудили уголовное дело, потом домой приехали омоновцы с обыском. Забрали все документы, электронику, банковские карты, три сотовых телефона и повезли меня в ближайший город на допрос — а я живу в деревне. Поначалу следователь допрашивал без адвоката, потом пришел государственный юрист, но он только хлопал глазами и ничем не помогал.
Мне назначили амбулаторную психологическую экспертизу — это просто разговор с психиатром и тесты. Я ее прошел, был признан вменяемым. Потом следователь попросил суд провести стационарную психиатрическую экспертизу, чтобы «уточнить степень выраженности эмоционально-волевых нарушений». Когда я приехал в суд, чтобы обжаловать эту экспертизу, меня срочно вызвали к следователю — мол, чтобы уточнить несколько вопросов. Я согласился, за мной приехали. Но вместо допроса следователь просто отдал конвоирам бумагу о психиатрической экспертизе, и те повезли меня в психушку. Я пытался объяснить сотрудникам, что решение суда вступает в силу только через десять дней, но они разводили руками — приказ есть приказ. Обещали, что в больнице надо будет полежать три дня. На самом деле я застрял там на месяц.
В больнице меня попросили подписать документ о согласии на экспертизу. Я не согласился. Но их это не смутило. Якобы суд уже все решил. Меня заставили раздеться и отдать все личные вещи. Осмотрели. Выдали поношенную сине-зеленую форму. Брюки и рубашку. На ярлычке было написано, что костюму уже три года, он был заношен до дыр. Телефон сразу же забрали. Мол, чтобы я никого не фотографировал. Я только успел отправить маме СМС, что меня закрывают. Позвонил адвокату, но тот попросил перезвонить, когда выйду. Попытался договориться с заведующей, чтобы телефон все-таки оставили, но она не стала меня слушать. Вместо этого спрашивала, почему у меня нет девушки, и когда я ответил, что у меня недостаточно денег и я опасаюсь заразиться ВИЧ из-за эпидемии, заведующая записала в дневнике наблюдения: «Пропагандирует превосходство. Считает всех женщин больными СПИДом».
Больница была похожа на старенькую четырехэтажную школу. Стены покрашены краской, повсюду кафель. Я жил в шестиместной палате вместе с другими «подэкспертными» — нас так называли. Рядом был душ и туалет. Больше всего мне не нравилось, что в палате не было двери, а ночью из коридора шел свет.
Хоть окна были и пластиковые, из них дуло. Я дважды заболел. Примерно через неделю у меня поднялась температура до 38 градусов, и началась ангина. Болели в палате практически все. Мы просили заведующую утеплить или заклеить окно, но она ничего не делала. Примерно через две недели я смог занять койку рядом с батареей и греть об нее ноги.
Так быстро я заболел не только из-за сквозняков и холода — кстати, одеяла там совсем не греют. Но и из-за ужасного питания. Есть там невозможно. Все без соли и без сахара, очень невкусное. Котлета на обед то ли рыбная, то ли мясная, непонятно. Утром давали полкружки кофейного напитка, мерзкую кашу и кусок хлеба. Если бы не передачки, я бы отощал. Слава богу, мама привозила мне фрукты, йогурты и колбасу. Передачки можно было есть только после ужина и в столовой — хранить у себя пищу запрещено.
В матрасе жили клопы. Я не чувствовал их ночами, но находил на себе. Держать свои вещи в палате нельзя, мне разрешили взять только тапочки. Даже полотенце выдают казенное. Бриться дозволено только по четвергам и воскресеньям. Подъем в психушке был в семь утра, отбой в 11. В свободное от приемов пищи и встреч с медиками время ты можешь читать книги (я взял «Войну и мир»), смотреть телевизор в отдельной комнате и играть в настольный теннис, если есть мячики. И все. Так целый месяц. А еще есть тихий час днем — тогда нельзя вообще подниматься — только читаешь лежа или спишь.
Каждый день я разговаривал с психологами и психиатрами. Они задавали мне вопросы, просили заполнять тесты. Часто спрашивали про материалы дела. Мне кажется, что они при этом делали записи для следователя. Много раз спрашивали, почему я не признаю себя виновным. Одна из врачей прочитала мою карту и сказала, что мои дела плохи и что я — загнанная мышь.
Связаться со мной никто не мог. Мама звонила 26 раз в день на стационарный номер больницы, но никто не брал трубку. С санитарами лучше было не общаться. Я от скуки хотел взять брошюрку на стенде про конституцию, они на меня заорали: «Положи на место».
Отпустили меня спустя 28 дней. С заключением «вменяем».