Нарушение пищевого поведения как бороться
Как наладить пищевое поведение
Многие люди, обращаясь за психологической помощью, жалуются на нарушенное пищевое поведение. Изначально безобидные привычки, связанные с едой, со временем могут вылиться в серьезное расстройство. Речь идет о нервной анорексии, булимии или компульсивном переедании. Лишний или, напротив, недостаточный вес при отсутствии серьезных патологических проблем с организмом часто сигнализирует о психологических проблемах. Для многих пища ассоциируется с расслаблением и отдыхом. В результате питание теряет свою основную функцию – получение необходимых микро- и макроэлементов для жизни, в этой ситуации требуется налаживание пищевого поведения.
Обычно простой коррекции рациона недостаточно, нужно понять, что толкает человека на формирование нездоровых привычек, чтобы поддержание нормального веса не вызывало особых трудностей. Иногда в корне проблемы лежат серьезные психологические заболевания или нарушения в работе организма.
Как формируется пищевое поведение
Налаживание пищевого поведения начинается еще в младенческом возрасте. Стоит учитывать все компоненты питания ребенка: начиная от расписания приемов еды и заканчивая условиями для хорошего аппетита. Важно отслеживать любые попытки отказа от обеда без причин.
Первый этап налаживания привычек происходит при грудном вскармливании. Важно следить, чтобы малыш питался своевременно, не отказывался от кормления. Наиболее важные особенности пищевого поведения закладываются в возрасте от одного до трех лет, когда начинается знакомство с «взрослой» едой.
В этот период важно налаживание правильного восприятия пищи. Например, не стоит злоупотреблять перекусами и сладостями; не пытаться «закормить» ребенка с помощью отвлечения мультфильмами. Нужно насторожиться при систематическом отказе от еды, если это происходит не из-за возбуждения после игр или во время болезни.
Типы нарушения пищевого поведения
Экстернальное пищевое поведение
Экстернальное расстройство питания формируется под воздействием практически незаметных факторов. Среди них выделяют доступность определенной пищи, мнение окружающих о выбранной еде, поведение в компании людей.
Наиболее распространены такие нарушения:
Эмоциогенное пищевое поведение
Эмоциональные факторы серьезно влияют на налаживание пищевого поведения. Например, проблемы и стресс могут «заедаться», в этом случае еда становится лечением грусти, скуки, способом утешения.
Не менее сложно налаживание пищевого поведения, когда с помощью угощений себя награждают за успехи, хорошие события или даже окончание недели. Распространено и импульсивное переедание при колебаниях настроения. Причиной нарушения нормального графика питания может стать неприятный звонок, ссора или даже просмотр грустного фильма.
Важна коррекция питания и при отказе от пищи из-за сильных эмоций. Иногда человек не может есть несколько дней, испытывает сильное отвращение даже к любимым продуктам. Налаживание нормального графика может занять несколько недель.
Ограничительное пищевое поведение
Ограничительный тип пищевых расстройств касается выбора блюд и количества еды. В такой ситуации налаживание здоровых привычек идет очень сложно, потому что осознание часто приходит после развития серьезного заболевания.
Стоит выделить такие нарушения:
Как изменить пищевое поведение
Для налаживания расстройства пищевого поведения необходимо определить причины, которые привели к набору или потере веса. Возможно понадобится легкая коррекция – например, следить за собой в компании или останавливать порывы пойти к холодильнику при плохом настроении.
Важно найти дополнительный ресурс при нарушении, который позволит не зависеть от еды – спорт, рисование или любое другое хобби. Нужно заручиться адекватными пищевыми правилами. Лучше это делать с врачом, а не с помощью диет из интернета. Строгие запреты в питании провоцируют нарушения и не способствуют здоровью и отличному внешнему виду.
Помощь специалиста
Иногда недостаточно выработать правильную привычку, чтобы решить свои проблемы с едой. Особенно, если речь идет о серьезном расстройстве, например, булимии или анорексии. Чтобы лечение расстройств было успешным, необходимо остановить опасный набор или потерю веса.
В зависимости от тяжести расстройства лечение можно проводить дистанционно, под контролем лечащего врача, или в стационаре. Чтобы получить профессиональную помощь от специалистов «Центра изучения расстройств пищевого поведения», записывайтесь на прием в Москве по телефону +7(499) 703-20-51 или через онлайн-форму.
Автор: Синеуцкая Екатерина Олеговна
Компульсивное переедание: как побороть зависимость от пищи
Среди психических расстройств особое место занимают нарушения пищевого поведения. Об опасности таких заболеваний, как булимия и анорексия, знают многие, однако про компульсивное переедание специалисты говорят редко. Тем не менее, этот тип расстройства встречается довольно часто, как у женщин, так и у мужчин разного возраста.
Что же такое компульсивное переедание? Под этим термином понимают чрезмерное употребление пищи, которое в народе называют обжорством. Но причиной такого поведения становится не отсутствие силы воли, природная лень или темперамент человека. В основе переедания лежат психологические факторы. Именно поэтому справиться с проблемой можно только при помощи опытного психотерапевта, специализирующегося на коррекции пищевого поведения.
Особенности заболевания
В жизни каждого человека бывали моменты, когда он съедал пищи больше, чем надо. Результат такого переедания: тяжесть и дискомфорт в животе. Но такие ситуации случаются крайне редко, и, как правило, в моменты праздничных застолий. У человека, имеющего психологическое расстройство, процесс приема пищи не заканчивается практически никогда. При компульсивном переедании, пациент может на какой-то момент сесть на диету, но это приводит лишь к очередному срыву и еще большему обжорству.
Главным отличием этого вида пищевого расстройства от булимии является то, что человек не пытается избавиться от съеденного искусственным путем (вызывая рвоту), хотя чувство стыда его мучает достаточно сильно. Однако количество пищи, съеденное за один прием, должно быть действительно большим. Дело в том, что нередко люди, страдающие пищевыми расстройствами, считают, что едят много, но при этом количество пищи, употребляемое ими, не превышает норму. В этом случае можно говорить о других видах патологии.
Окружающие не всегда могут понять, что человек, находящийся рядом, имеет пищевое расстройство. Больной ест много лишь тогда, когда находится в одиночестве, он может запасать еду впрок, чтобы потом предаться чревоугодию.
Нередко масса тела человека, страдающего компульсивным перееданием, находится в норме. Первые признаки ожирения появляются спустя некоторое время, после начала заболевания.
Судить о наличии психологических проблем можно по таким симптомам:
Причины возникновения компульсивного переедания
Назвать точную причину развития расстройств пищевого поведения не может никто. На сегодняшний день существует мнение, что расстройство возникает как ответная реакция организма на стрессовую ситуацию. Дать толчок к началу психогенного переедания могут такие факторы:
Кроме того, было отмечено, что склонность к психогенному перееданию может быть наследственной.
Чем грозит психогенное переедание
На фоне ожирения могут развиться и проблемы с физическим здоровьем. Чаще всего тучные люди страдают сахарным диабетом, у них в несколько раз выше риск возникновения онкологических заболеваний, нарушается сердечный ритм и развивается гипертония. К другим проблемам можно отнести болезни суставов, храп, патологии щитовидной железы, различные заболевания органов пищеварения и кишечника.
Распознавание переедания, вызванного психогенными причинами
Диагностика, как и лечение данного вида пищевого расстройства, требует участия нескольких специалистов. Обследование проводится как по психологическому, так и по соматическому профилю. Врачи проведут общий осмотр пациента и изучат весь его анамнез. Выявляются предрасполагающие факторы, такие как стрессы, нарушения гормонального фона, расстройства психогенного характера, период длительного голодания (добровольного или вынужденного).
Также необходимы инструментальные исследования. В условиях лаборатории уточняется уровень холестерина, содержание сахара в крови, исследуется секреция желудка. При помощи специального оборудования проводится осмотр желудка, кишечника и других органов, задействованных в процессе переваривания пищи.
Диагноз будет поставлен при наличии устойчивых симптомов переедания и исключении других видов заболеваний, способных привести к потере контроля над аппетитом.
Терапия
Если у пациента было выявлено психогенное переедание, то медикаментозное лечение вряд ли поможет. Некоторые медикаменты могут быть назначены для облегчения симптомов или лечения сопутствующих заболеваний, но для устранения основной проблемы необходимо использовать различные методы психокоррекции.
Лечение такого психологического расстройства достаточно длительное. Некоторые пациенты достигали успеха за год совместной работы с психотерапевтом, другим требовалось больше времени.
Основной задачей специалистов, проводящих лечение компульсивного переедания, является донести до пациента мысль о том, что еда может стать помощником в процессе избавления от патологии. Для решения проблемы не нужно полностью отказываться от пищи. Следует научиться контролировать ежедневный рацион, в его основе должны быть питательные и полезные продукты.
Среди методов психотерапии при лечении пищевых расстройств наиболее действенными являются когнитивная и поведенческая психотерапия, а также внушение и гипноз. Однако этим должен заниматься опытный врач, специализирующийся на лечении психогенного переедания, поскольку эта разновидность расстройств часто бывает незамеченной врачами других специализаций.
Нередко людям, страдающим компульсивным перееданием, предлагают провести операцию по уменьшению желудка. Но в случае, когда обжорство вызвано психологическими причинами, эффект от резекции будет минимальным, так как пациент не способен контролировать приступы.
Как справиться с проблемой самостоятельно
Если расстройство находится на начальных стадиях развития, можно предпринять попытки побороть его самостоятельно. Это будет первым шагом на пути к выздоровлению. При появлении тревожных симптомов следует:
Эти методы избавления от пищевых расстройств достаточно действенны. Но лишь в редких случаях больные люди могут справиться с приступами обжорства самостоятельно. При тяжелых формах расстройства помощь специалистов просто необходима. Только при сочетании психотерапии и самоконтроля можно добиться устойчивых результатов.
Как помочь близкому с нарушениями пищевого поведения
Современные психологические форумы и сайты пестрят вопросами: «Как помочь близкому человеку при расстройстве пищевого поведения?».
В самом деле, в наше время ЧП и стрессов количество людей, страдающих расстройством пищевого поведения, растет. Столь тревожная тенденция связана не только с повышенным уровнем стресса в мире, но и с модой на изящную подтянутую фигуру. Ситуация усугубляется обширной пропагандой и демонстрацией эталонных пропорций худых тел в социальных сетях.
Давайте рассмотрим, каковы виды, признаки и причины расстройств принятия пищи, и как именно вы можете помочь своим близким в этой опасной ситуации.
Типы расстройств пищевого поведения
Пища является источником существования и энергии только в том случае, если ее рационально потреблять в необходимом количестве. Любое отклонение от нормы вредит психике и физическому здоровью.
Расстройство пищевого поведения – это, на самом деле, психическая болезнь, а не просто диета или образ жизни, и болезнь эта может проявляться в виде частичного отказа от еды, чередования периодов переедания с периодами усердного голодания, всевозможными чистками – от специально вызванной рвоты до приема слабительных препаратов.
Самыми распространенными и одновременно опасными РПП являются:
Причины возникновения РПП
Расстройство пищевого поведения – это психологическая патология и может активироваться по разным причинам. Это может быть стресс, наследственные факторы, психологические травмы у детей, аспекты воспитания, пропагандируемые стандарты красоты, навязанные обществом.
Есть и профессиональная зона риска. Это специальности, подразумевающие поддержание безупречного внешнего вида – модели, актеры, балерины, спортсмены, стюардессы, ведущие телевидения.
Задача психотерапевта найти причины расстройства пищевого поведения в процессе консультаций и психологической работы с пациентом, а затем вылечить их, максимально уменьшив риск рецидива.
Простому человеку без специального опыта и образования будет сложно разобраться, что именно стало причиной психического расстройства его близкого, но в его силах заметить тревожные симптомы и начать действовать.
Какие признаки должны насторожить?
Настораживающую симптоматику довольно легко обнаружить у своих близких, особенно если вы проживаете вместе.
Приведем самые распространенные признаки наличия у человека РПП.
Аномально низкий вес человека – 15% погрешности от нормального показателя.
Отсутствие трех и более менструаций у девушек.
Объективное восприятие своей массы и фигуры.
Зацикленность на теме еды.
Отрицание самого нарушения.
Ежедневное взвешивание на весах.
Избегание приема пищи на публике.
Ритуалы во время еды (например, тщательное пережевывание пищи).
Неконтролируемое количество поглощаемой пищи.
Систематическое применение методов очистки организма от еды – прием слабительных и мочегонных препаратов, вызов рвоты, интенсивные физические нагрузки, голодание или диеты.
Заниженная самооценка напрямую связана с массой собственного тела.
Кровеносные сосуды часто лопаются, краснеют глаза.
Привычка принимать пищу в одиночестве.
Ухудшение отношений с друзьями и близкими.
Разочарование после приема пищи.
Плохое состояние зубов (желудочный сок при рвоте истончает зубную эмаль).
Избыточное количество пищи, поглощаемое бесконтрольно.
Невозможность контролировать аппетит.
Во время еды пища практически не пережевывается.
Озабоченность пропорциями своей фигуры.
Заниженная самооценка, склонность к обвинению себя за слабость и депрессии.
Стеснение от перееданий.
Человек прячет продукты от других членов семьи.
Проблемы с ЖКТ – боль, запоры.
Частые диеты, заканчивающиеся срывом.
Культ еды (например, тщательная сервировка стола или разделение пищи по цветовым признакам).
Если вы видите у своих близких подобное поведение, ни при каких обстоятельствах не выбирайте позицию обвинения. Попробуйте обнадежить больного, скажите ему, что переживаете за его плохой сон или некачественное питание и хотели бы помочь.
Как именно вы можете помочь близкому человеку с РПП?
Позаботиться о здоровье близких и помочь им преодолеть недуг помогут следующие рекомендации:
К какому врачу обратиться с РПП?
При РПП необходимо обратиться к врачу, это серьезное заболевание и самолечение будет верхом безответственности. Подобные расстройства лечит психотерапевт или психиатр.
Анна Коршунова: «Расстройство пищевого поведения — это тяжело, но излечимо»
Интервью руководителя Центра изучения расстройств пищевого поведения, врача-психиатра, психотерапевта Анны Александровны Коршуновой редакции издания «Медицинские вести».
А. А. Коршунова
— Анна Александровна, расскажите, как вы пришли в это направление?
— Медицине я училась в Израиле, там работала какое-то время в очень похожем центре, который занимается специализированным комплексным лечением расстройств пищевого поведения. Такие центры есть в большинстве стран с продвинутой медициной. Когда я приехала в Россию работать психиатром, оказалось, что здесь такого центра нет. Есть только психиатрическая больница с общим отделением, где расположена кафедра, которая занимается научной разработкой расстройств пищевого поведения. И при этой кафедре есть две палаты в общем психиатрическом отделении. Выяснилось, что именно так работают в России.
Конечно, у меня появилась идея создать центр, чтобы правильно лечить расстройство пищевого поведения. Ведь это очень мультидисциплинарное направление, которое требует специализированных центров для лечения именно таких пациентов. Тогда правильное лечение будет спасать жизни. И вот нам удалось это сделать.
— Какие методики вы используете в центре в рамках мультидисциплинарного подхода?
— Мы занимаемся тремя основными направлениями. Это, конечно же, классическая психиатрия, которая позволяет лечить пациента от основы этой болезни — от тревоги, навязчивых мыслей, дисморфофобических переживаний. У нас есть огромное отделение психотерапии. Мы используем сегодня методики Evidence based, которые подтверждены доказательной медициной как эффективные способы лечения. Это диалектическая поведенческая психотерапия (ДПТ), золотой стандарт. Это когнитивная поведенческая психотерапия.
Мы используем очень много новых и очень современных методик. К примеру, Family based treatment, лечение пациентов в кругу семьи. Сегодня эта методика применяется в основном среди пациентов подросткового возраста или несовершеннолетних.
Надо сказать, что подавляющее большинство наших пациентов заболевают именно в подростковом возрасте. Бывает, что их диагностируют и в 25 лет, однако заболели они в подростковом возрасте, и примерно там же остался уровень их развития, и социального, и функционального. Поэтому к этим пациентам тоже можно применять подход «лечение в кругу семьи».
Сделать питание сбалансированным, правильным, полноценным — очень сильно отличается от задачи съесть 7000 калорий, чтобы набрать вес. Поэтому мы эти задачи разделяем и используем разные инструменты для их достижения.
На конгрессе в Праге недавно обсуждались очень интересные методики одного из ведущих центров в Англии — Центра Мозли. Они применяют «лечение в кругу семьи» для так называемых молодых взрослых (для пациентов старше 18 лет). Я этому обучилась, теперь будем распространять эту методику для молодых взрослых у нас.
И еще очень важное медицинское направление — восстановление веса и питания. За это отвечаю в центре я.
— Ваш центр довольно молодой. Что вам в нем уже удалось сделать и что радует?
— До этого в России я проработала в нескольких центрах, которые занимались нарушением пищевого поведения, искала место, где я могла бы применить свои знания и навыки. Мне везде чего-то не хватало: в одном месте — возможности наблюдать за питанием, в другом — психотерапии, в третьем — определённого режима и работы с родителями. И вот сегодня у меня есть практически все для лечения пациентов. Всё самое новое, что применяется в мире.
Сегодня наш центр абсолютно такой же по своему уровню, как центры ведущих стран мира. Поэтому пациентов, которых раньше мне даже не снилось вытащить, которые уже много лет лечились по разным медицинским центрам и не получали достаточной помощи, сегодня нам удается ставить на ноги и возвращать к нормальной жизни.
— Поделитесь уникальными случаями спасения.
— К нам часто поступают пациенты, по сути, при смерти: из реанимации, по скорой помощи, пациенты с несколькими суицидальными попытками. Например, молодая мама, впервые диагностирована как раз в совершеннолетнем возрасте, 10-летняя история болезни, очень низкий вес. Когда она к нам поступила, весила 19 кг, при росте 160 см. Это нежизнеспособно. Конечно же, её привезли к нам на каталке, как примерно 10% наших пациентов. У нас она пролежала около полугода, и первое время единственной её целью было как-нибудь отсюда уйти. Сначала наша работа была направлена на восстановление веса и питания, потому что понятно, что на очень сниженном весе, уровня когниции недостаточно для эффективной психотерапии. Нам, для того чтобы набирать вес, нужно, чтобы была достаточная когниция, осознанность. При этом, чтобы была осознанность, нужно питать мозг.
Всё взаимосвязано. Можно восстанавливать вес, но питание при этом очень плохо восстанавливается. Мы не восстанавливаем вес при помощи продуктов, это неправильно. Нигде в мире сейчас это не применяется, потому что очень вредно.
— А как же тогда набрать вес?
— Есть специальные методики для пациентов с нарушениями пищевого поведения по восстановлению массы тела. Они не связаны с едой. Это чисто медицинские вещи, которые идут в обход внутренних органов, чтобы не напрягать их. При этом восстановление питания — это совершенно отдельная задача. Восстановить правильное, полноценное питание очень сильно отличается от задачи набрать массу тела. Сделать питание сбалансированным, правильным, полноценным — очень сильно отличается от задачи съесть 7000 калорий, чтобы набрать вес. Поэтому мы эти задачи разделяем и используем разные инструменты для их достижения. Этот подход очень современный. Он, к сожалению, мало где используется в России… Так вот наша пациентка параллельно с восстановлением веса стала потихонечку кушать, включаться в психотерапию. И тогда случился первый значимый скачок — она перестала говорить, чтобы её выписали, и стала лечиться. А дальше одно другое догоняет: вес догоняет сознание, сознание начинает работать лучше, соответственно, позволяет нам набрать больше веса. Так и продвигаемся вперед. Сегодня она продолжает быть мамой, доучилась, работает, говорит про интересы в жизни, которые у неё появились. Прошло больше года.
Еще одна история. Пришел мужчина и говорит: «Так, вы меня оставьте в покое. Я вот здесь у вас лягу в уголочке и буду умирать. Просто не хочу, чтобы мои родители это видели. Я ни во что больше не верю. Я больше 3 лет не могу получить никакой помощи, мне только хуже становится». При росте 180 см у него вес был около 30 кг. Катастрофа. Он сам уже не ходил толком, почти не было голоса. Очень тяжёлое состояние, соматофобное расстройство. На фоне тревоги начал испытывать болевые ощущения, на фоне болевых ощущений ограничивал себя в питании. И дальше история продолжалась. Собственно, прошло больше года с тех пор, сейчас он в порядке, строит дом, продолжает жить полноценной жизнью, занимается спортом.
Вспоминается еще история с пациенткой 18 кг. Привезли ее на каталке, первый месяц вообще не вставала. Прошло чуть меньше года, я сейчас пытаюсь ее вызвать из другого города на амбулаторное обследование (мы обязательно после выписки с пациентами сохраняем связь), а она мне говорит: «Анна Александровна, всё понимаю, не могу. У меня учёба, работа, я начала встречаться с молодым человеком, пожалуйста, простите, я вот в следующем месяце обязательно к вам приеду, а в этом месяце никак не могу появиться, но у меня всё хорошо». Конечно, большей радости для доктора невозможно себе представить, ведь эти пациенты не ожидают, что они в принципе могут справиться с болезнью. Они начинают смиряться с ней, в то время как нет никакой необходимости с ней смиряться: это излечиваемые, но очень тяжелые заболевания.
Сейчас у нас лечатся две пациентки, которых родители буквально на руках принесли. Одна из них не видела, не ходила (отслоение сетчатки и неврологические нарушения). Первые месяца два она с нами боролась очень активно, сопротивлялась. Чем только она нам не угрожала: полицией, прокуратурой, помощниками президента. Совсем недавно выписалась, все предписания соблюдает, продолжает правильно питаться, немножечко набирать вес, записалась на курсы испанского, приезжает к нам по расписанию и продолжает свою полноценную жизнь. Причем ни в один из этих шагов она не могла поверить. Она не могла поверить в то, что сможет начать есть, заканчивать еду вовремя, что сможет высидеть столько групп (у них 3 группы в день, 6 часов занимаются психологической коррекцией, не считая индивидуальных сессий). Всё это казалось ей безумно пугающим и каждый раз вызывало бурную реакцию тревоги и страха. Каждый раз справляясь с чем-то, она убеждалась в том, что у неё есть на это силы, что она может бороться, и это давало ей мотивацию к тому, чтобы бороться дальше.
Даже если пациент в 25 лет говорит, что заболел год назад, проведя полноценную диагностику, мы увидим, что заболевание началось в раннем подростковом возрасте.
Такие удивительные истории, конечно, очень мотивируют. Большая часть пациентов не в таком тяжелом состоянии, безусловно. Но любая работа пациента очень ценна… В этом плане врачам очень важно следовать протоколу. Ошибиться и упустить тяжелого пациента можно на любом этапе.
— Получается, так или иначе у человека должна быть мотивация. Если этой мотивации нет, то подключается группа специалистов, которые стараются мотивировать?
— Мотивация иногда есть, когда есть достаточно осознанности, но это чаще всего у пациентов, жизнь которых ещё не очень изменена болезнью, которые испытывают некоторые функциональные нарушения. Чаще всего по-настоящему страшная болезнь развивается как раз тогда, когда человек перестает ей сопротивляться, перестает бороться, а, следовательно, перестает страдать. Он начинает адаптироваться к ней, теряя все больше функциональность, теряя жизнь, которая похожа на жизнь. Жизнь молодых женщин становится абсолютно непохожей на жизнь молодых женщин: это жизнь внутри своей квартиры, за замком, с мыслями только о еде, с постоянными страхами, навязчивыми мыслями, с очень регламентированным днем, большая часть которого занимает еда и навязчивости. Больше ничего нет в этой жизни. Друзья лишние, увлечения лишние, всё, что интересовало раньше, лишнее. И родители, само собой, только мешают.
— Получается, что родители или родственники должны заподозрить болезнь, верно?
— Как им мотивировать пациента на лечение, уговаривать?
— Чаще всего у любого пациента есть вещи, которые ему не нравятся, и чаще всего он не находит в себе силы, чтобы бороться, но это не значит, что он чувствует себя хорошо с тем, что с ним происходит. Можно говорить с ним именно про это. К примеру: «Я не знаю, что именно нужно сделать, я не знаю, справимся ли мы, я знаю, что есть место, где это лечат, и говорят, что вылечивают. Что страшного будет, если мы выйдем из дома и послушаем доктора?!». Они не становятся от этого мотивированными, они не верят в то, что им могут помочь. Но это, скорее, про то, что «тебе же с вот этим плохо, с тем, что ты не можешь ни на что отвлечься, что полностью ушли интересы, что ты не можешь делать те вещи, которые тебе кажутся важными, потому что у тебя на это нет времени из-за мыслей о еде. Ты очень страдаешь от этих своих тревог или навязчивости, у тебя болят руки и ноги. Пойдём послушаем, что нам скажет доктор. Плохого не будет».
— И чаще соглашаются?
— Пациенты чаще соглашаются прийти. Очень редко соглашаются на стационар сразу, это часто вызывает огромный страх — страх потери контроля над своей условно управляемой жизнью. Но иногда нам удается убедить его, говоря с ним именно о тех вещах, которые сам пациент хочет поменять, о том, что ему самому мешает. За это хоть как-то можно зацепиться в том, чтобы утвердить его уверенность, что он может бороться с этой болезнью. Иногда приходится прямо настаивать и говорить: «Нет, мы будем лечиться».
— В каком возрасте в основном попадают к вам пациенты?
— Заболевают в подростковом. Когда попадают к нам раньше, прогноз лучше. Когда попадают позже, прогноз хуже. Это примерно люди 13-25 лет, однако, повторюсь, заболевание это подростковое. Даже если пациент в 25 лет говорит, что заболел год назад, проведя полноценную диагностику, мы увидим, что заболевание началось в раннем подростковом возрасте.
— А какие специалисты работают над этим пациентом?
— У каждого пациента есть команда, состоящая из его психиатра (он же лечащий доктор, который координирует лечение), диетолог и двух психотерапевтов. Почему двух, потому что они разнонаправленные. Один терапевт отвечает в большей степени за восстановление контакта с телом, а второй психотерапевт отвечает в большей степени за обучение навыкам. Это разные методики и разные психотерапевтические подходы, поэтому должно быть два разных доктора. Обязательно также врач-терапевт, который владеет УЗИ-диагностикой. Кроме того, в нашем центре есть невролог, гинеколог, кардиолог. Они не входят в команду пациента, но всегда здесь.
— Скажите, пожалуйста, а пациенты у вас сколько лежат в основном?
— В среднем наше лечение занимает около 2 месяцев. Понятно, что пациенты, которым нужно восстановиться с 18 до 50 кг, лежат дольше, до полугода. Пациенты, которым нужно меньше по восстановлению (психоэмоциональному и физическому), лежат меньше времени, но в среднем 2 месяца.
— Когда пациент выписывается, вы с ним поддерживаете контакт. Как вы относитесь в этом плане к телемедицине?
Мы используем телемедицинские технологии в своей работе. Это очень сложное направление, с моей точки зрения, именно в психиатрии, потому что очень важно малейшая мимика, интонация, это же не совсем информативные встречи. Но за неимением личного контакта используем это. Лучше поддерживать связь, какую возможно, чем не поддерживать её вовсе, ведь наши пациенты отовсюду. Есть замечательные платформы по групповым встречам онлайн. Мы используем любой инструмент поддержки пациента.
— Вы трудоголик, верно я поняла?
— Я убеждена в том, что трудоголизм — это лучшая из зависимостей. Лучше, чем любая другая. То, что он позволяет избавиться от тревог, это безусловно. В этом смысле можно сказать, безусловно, я трудоголик, и это мой неэффективный способ справляться с тревогой, но я успокаиваю себя тем, что трудоголизм лучше, чем разные другие «-измы». (Улыбается.)
— Спасибо вам, Анна Александровна, за интервью.
— Спасибо и вам! Мне было очень приятно с вами беседовать.