Мопед с крышей как называется
Как выбрать скутер или мопед с крышей?
При выборе двухколесного средства передвижения люди все чаще отдают предпочтение мопедам с крышей.
Они просты в обращении, для их вождения не требуются права, они удобны и комфортны. Но прежде, чем отправиться за покупкой, ответь те себе на несколько вопросов. Вы будете на нем ездить в городе или по проселочным дорогам? Какую сумму вы готовы потратить на приобретение? Покупаете вы скутер для себя или для своего ребенка, то есть, какого возраста будет водитель?
Оптимальный выбор – японский скутер. На рынке давно уже лидируют японцы со своими скутерами с крышей и двигателем объемом до 50 см куб, которые значительно превосходят по качеству остальные аналоги. А их дополнительный плюс – достаточно невысокая в сравнении с европейскими конкурентами цена.
Европейские скутеры с крышей гораздо более громоздкие и дорогостоящие. По этим причинам лучший выбор – это покупка японского скутера.
Особое внимание следует обратить на то, где именно вы будете использовать свой скутер. Если вы покупаете его для поездок на дачу, присмотритесь к воздушному клапану и к вилке. Поскольку за городом пыли больше, воздушный клапан вам придется прочищать часто. Это делать будет гораздо удобнее, если он не будет расположен снизу. Что же касается вилки – она должна быть рычажного типа. Тогда она будет принимать на себя все удары, возникающие вследствие неровностей и кочек на дороге, таким образом защищая от них водителя. Для загородных поездок отлично подойдет Honda Cabina. Он предназначен специально для таких дорог.
Практически на любом автошоу у стендов с трёхколёсными автомобилями неизменно собираются толпы людей. Если раньше производители использовали трициклы лишь в качестве приманки, то теперь, видимо, всерьёз возьмутся за их производство, и причиной тому — тривиальная конкуренция.
Паровой автомобиль Кюньо, находящийся в Музее искусств и ремесел в Париже
Трицикл (трайк) — это трёхколёсное транспортное средство с колёсами, симметричными по отношению к его средней продольной плоскости. Понятие «трицикл» применяют к большому спектру транспортных средств: автомобилям, мотоциклам, велосипедам. Два ведущих колеса чаще всего сзади, но на некоторых конструкциях их располагают впереди.
Появились трициклы одновременно с паровозом и автомобилем. Первым трициклом была паровая телега для перевозки пушек и снарядов, испытания которой прошли в 1769 году. Её изобрёл французский инженер Николя-Жозе Кюньо (Nicolas-Joseph Cugnot). Скорость передвижения паровой телеги Кюньо составляла около 4 км/ч и передвигаться она могла только в течение 12-15 минут, так как на большее не хватало пара. Для дальнейшего движения телегу необходимо было «заправить», т. е. залить воды в котёл и развести под ним огонь, чтобы вода закипела. Собственной топки в «автомобиле» не было. Но паровая телега произвела впечатление на военное руководство Франции, и изобретатель получил вознаграждение в 20 тысяч франков и предложение разработать более совершенную конструкцию.
Следующая разработка Кюньо была более мощной, она была более шести метров в длину, весила около трёх тонн, имела собственную топку, бронзовый 50-литровый котёл и два цилиндра.
Леон Серполле (слева) на паровом трицикле
Теперь под ней не нужно было разводить костёр, и телега могла двигаться непрерывно со скоростью 5 км/ч. Во время испытаний новой конструкции произошла авария: заклинило заднее колесо. Кюньо не справился с управлением, и телега проломила стену дома на скорости 4 км/ч. Вслед за первой неудачей, последовала вторая — его покровитель – военный министр – впал в немилость при дворе, и все дальнейшие работы по усовершенствованию нового средства передвижения были свёрнуты. Про телегу все забыли, и она простояла 20 лет где-то на задворках. В 1794 году в Париже был создан музей искусств и ремёсел, и паровая телега Кюньо заняла там своё почётное место. Её и сегодня можно там увидеть. На родине Николя-Жозе Кюньо, в Лотарингии, ему поставили памятник, а изображение его телеги стало эмблемой французского общества автомобильных инженеров.
Весь XIX век паровые автомобили совершенствовались, их начали создавать в качестве не только общественного, но и личного транспорта. Примером такого автомобиля является трёхколёсный паровик Леона Серполле Трицикл Серполле вместо топки был оснащён керосиновой горелкой, а водяной котёл превратился в змеевик. Это позволило уменьшить объём используемой воды и время разогрева двигателя. Кроме того, Серполле установил на трицикле эластичные шины и использовал в трансмиссии автомобиля карданную передачу. Но пришло другое время, и автомобили с бензиновым двигателем одержали победу над паровиками. Паровому автомобилю пришлось уступить, хотя их продолжали выпускать ещё до конца 30-х годов XX века. В 1885 году свой первый бензиновый трицикл построил Карл Бенц. Экипаж на трёх велосипедных колёсах был предназначен для перевозки двух пассажиров и работал на бензиновом четырёхтактном двигателе внутреннего сгорания. Общий вес трицикла был 263 кг, из которых 100 кг – это вес двигателя, который имел систему охлаждения испарительного типа, т.е. автомобиль необходимо было заправлять бензином и водой. Задние колёса приводились в движение с помощью ремня и цепей посредством простого дифференциала. Топливо из бака объёмом 4,5 л поступало в карбюратор испарительного типа, потом через золотниковый клапан в камеру сгорания. Напряжение на свечу зажигания собственной конструкции подавалось от катушки Румкорфа.
Трицикл Карла Бенца 1886 год
Рабочий объём двигателя составлял 954 см3, а мощность его была 0,9 л.с. при 400 оборотов в минуту, по хорошей дороге можно было разогнаться до 14 — 16 км/ч. Для промышленного производства в 1886 году, Бенц установил двигатель объёмом 1,7 л и мощностью 2,5 л.с. и двухступенчатую коробку передач. Такой мощности двигателя хватало, чтобы разогнать автомобиль до 19 км/ч. В автомобильном музее в Мюнхене (Германия) посетители могут наблюдать один из сохранившихся до наших дней трёхколёсных автомобилей Бенца. В начале XX века на дорогах колесили уже тысячи автомобилей, но они были слишком дороги для простых людей. И конструкторы-энтузиасты опять вернулись к трициклам, потому что они были конструктивно просты (часто не имели даже заднего хода) и облагались минимальными налогами подобно мотоциклам. Так Генри Морган в 1909 году построил для себя одноместный автомобиль с рамой из труб, V-образным двухцилиндровым двигателем фирмы «Peugeot», двухступенчатой цепной коробкой передач без заднего хода и независимой свечной подвеской передних колёс. Новую машину Генри Морган назвал «Morgan Runabout» («Бегунок») и не собирался производить её серийно. Но многочисленные заказы от знакомых заставили его пересмотреть свои планы. Заняв денег, он купил необходимое оборудование и в 1910 году запустил мелкосерийное производство. А в 1915 году Морган стал крупнейшим автопроизводителем Британии, к тому времени уже выпускалась четырёхместная семейная модель. В Британии полюбили трёхколёсные автомобили «Morgan» за налоговые послабления как для мотоциклов, лёгкий вес и хорошую динамику.
Morgan Runabout 1912 год
В 1919 году появился автомобиль «Morgan Aero». Мотоциклетный V-образный двигатель устанавливался спереди и не закрывался капотом. В 1920 году на него установили лобовое стекло и заднюю часть сделали более обтекаемой. С 1923 года «Morgan Aero» выпускается уже с тормозами на всех колёсах, а с начала 30-ых годов на автомобиле уже трёхступенчатая коробка передач с передачей заднего хода. Спортивные модификации машины – «Morgan Aero Sports» и «Morgan Aero Super Sports» пользовались огромной популярностью у гонщиков. В СССР были трициклы, называемые мотоколяской. Они были разработаны после Великой Отечественной войны на Киевском мотоциклетном заводе (КМЗ) для нужд инвалидов и распределялись через систему социального обеспечения, поэтому в стране так и назывались «инвалидная мотоколяска». Они изготавливались только ручного управления и без системы отопления.
В 1952 году в Советском Союзе на Серпуховском мотоциклетном заводе (СМЗ) был начат выпуск трёхколёсной мотоколяски «СМЗ С-1Л», которая пришла на смену трициклу «КМЗ К-1В». В новой мотоколяске имелся металлический кузов с дверями и брезентовая складывающаяся крыша, а руль был мотоциклетного типа. Система отопления также отсутствовала, освещение осуществлялось всего одной шестивольтовой фарой, и от двухтактного двигателя объёмом 125 см3 исходил сильный шум. Также недостатком советского трицикла была плохая проходимость по грязи и бездорожью из-за колёс малого диаметра. К плюсам можно отнести только лёгкость ремонта мотоколяски. В 30-е годы в Англии выпускали трициклы, у которых все три колеса находились в одной плоскости. Они предназначались исключительно для армии. В настоящее время наметилось возрождение интереса к трёхколёсным мотоциклам, они постепенно перестают быть экзотикой. При езде на трицикле не требуется навыка поддержания равновесия. Разработки этих машин есть у многих производителей…. Японская компания Honda создала модель «Стрим», у которой задние колёса на повороте остаются перпендикулярны дороге, а корпус наклоняется, как у любого мотоцикла. Устойчивость такой модели на повороте оказалась довольно высокой.
В некоторых азиатских странах выпускают мототакси и моторикши.
Кстати, к трициклам относится и мотоцикл с коляской, у которой колесо является ведущим, это «Днепр-12» (СССР), БМ8-Р75 (Германия), ФН-1000-125М (Бельгия). Несимметричная конструкция и у некоторых гоночных 500-кубовых мотоциклов с коляской. У них общая рама, и двигатель устанавливается сбоку, рядом с третьим колесом. В такой конструкции устраняется один из недостатков симметричного трицикла. То, что трицикл прокладывает три разные колеи, считается его существенным минусом, т. к. снижается проходимость по бездорожью. У несимметричной конструкции трицикла колеи только две.
В Италии, Японии сегодня выпускаются трициклы-микрогрузовики и трициклы-развозные фургоны. В 1997 году компания Mercedes-Benz представила во Франкфурте трёхколёсный автомобиль
В 2002 году американская компания Corbin Motors выпустила гибрид автомобиля и мотоцикла Merlin. Внешний вид у Мерлина оригинальный, у него нет дверей, водитель просто перешагивает через борт и садится в кресло, точнее «полуложится». Конструкция автомобиля отличается от привычной трёхколёсной схемы, у Мерлина два колеса впереди и одно сзади. Скорость автомобиля 210 км/ч.
Компания «Venture Vehicle» из Лос-Анджелеса разработала аппарат по имени VentureOne. Это двухместный трицикл, тоже гибрид автомобиля и мотоцикла. Длина — 3,6 метра, ширина — немного больше мотоцикла. Машина для ежедневных поездок в городском потоке получилась экономичной и проворной.
Расход топлива всего 2,4 л на 100 километров, а максимальная скорость 160 км/ч. Основной корпус машины может наклоняться на 45 градусов в обе стороны, при этом задний блок, где находятся силовая установка и задние колёса остаётся перпендикулярен дороге. Наклон корпуса контролируется гидравлической системой Dynamic Vehicle Control (DVC), которую разработала голландская компания Carver Engineering.
На автошоу около стендов с трёхколёсными автомобилями всегда собираются толпы людей. Трициклам предрекают большое будущее. Небольшие размеры, хорошие характеристики и относительно невысокие цены дают основания думать, что такое возможно.
Интервью с автором проекта МК-17, трёхколёсного крытого мотоцикла для российских погодных условий
Этим летом команда проекта МК-17 представила свой первый публичный прототип – мотоцикл с тремя колёсами, кузовом и автоматической система наклона в поворотах. Мы решили взять интервью у российского изобретателя, автора и вдохновителя проекта, Алексея Казарцева.
В: Здравствуйте, Алексей. Я представляю сайт Geektimes.ru, мы пишем на технические и научно-популярные темы. Я заинтересовался вашим проектом, поскольку сам тоже интересуюсь мотоциклами…
О: Да, здравствуйте, я знаю ваш сайт, с интересом читаю, недавно заинтересовала тема хакера Geohot, самостоятельно сделавшего автопилот. Мы скачали его проект, возможно, сделаем и у себя что-то подобное.
В: На моей памяти в последнее время редко какие-то русские изобретатели выходили со своей идеей, причём уже в виде готового прототипа. Расскажите, пожалуйста, подробнее, как и когда у вас появилась идея проекта.
О: Идея появилась, когда я в 2008 году стоял в пробке на Проспекте Мира в районе ВДНХ. Тогда два километра я смог проехать только за 1:30, завидуя мотоциклистам, передвигавшимся в этой пробке. И тогда я решил купить мотоцикл. Купил, но оказалось, что реально на нём в Москве можно ездить по два-три месяца в году. Знаю отважных людей, катающихся по полгода, но ездить в пиджаке на встречу на мотоцикле невозможно.
Поэтому я подумал, что нужно сделать мотоцикл с кабиной. А потом я увидел интересный проект С-1 от Lit Motors.
Есть в Калифорнии такой Дэвид Ким, и это его проект – двухколёсное транспортное средство с кабиной и силовым гиростабилизатором. Вот и я захотел сделать нечто подобное. В самом начале делал всё сам, за свои деньги – в тот момент я был совладельцем компании, занимавшейся разработкой банковского ПО.
Я финансировал проект и работал конструктором. В дальнейшем набралась команда, которая тоже помогала и своим трудом, и возможностями своих компаний, и финансово. Сейчас наша команда состоит из 10 человек.
В: А что означает название?
О: Мы долго думали, как его назвать. Были названия разные – «Пробочник»…
О: Серьёзно. «Рапира» была, ну, дескать, узкая и быстрая. Но потом решили называть по принципу АК, автомата Калашникова – то есть, «Мотоцикл Казарцева». А цифра 17 – когда мы закончили основную разработку в 2015 году, выяснилось, что домены mk15 и mk16 были заняты. Был свободен mk17.ru
В: Вот вы посмотрели на двухколёсный зарубежный аналог, но решили делать трёхколёсный аппарат? Почему? Чтоб он меньше падал?
О: Да, он не падает, но сначала мы всё-таки начали проектировать двухколёсный аппарат. Но мы сами не специалисты по гироскопам – я прикладной математик, в команде – программисты. Это уже потом к нам подтянулись и механики, и инженеры. А тогда я познакомился с Нурбеем Владимировичем Гулиа.
Это один из самых наших видных изобретателей. Про написано несколько книг, у него есть свои книги. Он один из тех, кто стоял у истоков АвтоВАЗа. Одно из его выдающихся изобретений — супермаховик.
Я обратился к нему с просьбой рассчитать гиростабилизатор для нашего транспортного средства. Однако даже приблизительные прикидки показали, что разработка этой конструкции стоила бы в 2011 году 15 миллионов. Но это ещё полбеды – система получалась очень сложная и энергозатратная. Просто чтобы ТС стояло и не падало на бок, внутри него должен вращаться «блин» весом в 10-15 кг и скоростью более 5000 об/мин. Получается, что половина двигателя работает на вращение маховика. И мы отказались от этой идеи.
В: Насколько я понимаю, маховик же как гироскоп, стремится сохранить положение в пространстве? Как с ним поворачивать?
О: Да как обычно. Посмотрите интервью с Кимом на нашем канале на YouTube.
У него интересный аппарат, который ездит и поворачивает, но пока особого экстрима в испытаниях не заметно. У маховика, держащего ТС вертикально, есть предельный угол наклона. Сильные наклоны и колебания он может не компенсировать. Но главная проблема – это энергозатраты. Двигатель в 50 лошадей 25 тратит на вращение маховика – это бессмысленно.
В: Если обратить внимание на дорогу, то мотоциклисты там летом есть, а вот трайки (трёхколёсные) встречаются редко. Выглядят они необычно, но их почему-то очень мало по сравнению с мотоциклами.
О: У них нет преимуществ мотоцикла. Они шириной с машину. Я ездил на Spyder, так у него ширина, по-моему, 1 м 30 см.
В: То есть, он сочетает все недостатки.
О: Да, он объединяет недостатки мотоцикла и автомобиля.
В: Автомобили уже более 100 лет производят, мотоциклы начали ещё раньше делать. И почему-то до сих пор таких средств передвижения на дорогах нет.
О: Это у вас информации мало. С этой идеей возятся уже с начала 1990-х. Есть швейцарская компания Peraves, выпускающая ТС MonoTracer.
Вот, пожалуйста, коммерческий продукт, €52 000 – приезжайте, покупайте, катайтесь. В 90-х это называлось «экомобиль». На таких ТС катаются по Англии, Швейцарии, Европе. Он узкий, но по бокам есть два колёсика, и если они откидываются, то его ширина тоже становится 1,3 м. Есть ещё Carver One.
Это трицикл с массивной кормой, два колеса сзади. Корма неподвижна, кабина наклоняется относительно кормы. Но тоже ширина 1,3 м – это плохо. Из по-настоящему узких проектов можно упомянуть начатый в 2008 году BMW Simple.
Это пока проект, у них есть концепт, стоящий на выставке – с кабиной и салоном, и есть экспериментальный образец — рама на колёсах. В 2012 году проект был завершён. У меня есть источник информации в этой компании, и согласно ему, они отложили проект до «конца кризиса». Кризис к 2020-му году так или иначе завершится, и тогда они начнут вводить новые ТС.
У Nissan есть проект Land Glider.
Узкий, четырёхколёсный наклоняющийся автомобиль. Они его тоже заморозили примерно в 2012 году.
Самый популярный из таких проектов – Toyota i-Road.
Все начали разработку проектов примерно в одно время – BMW, Toyota, Nissan, мы. Toyota начала разработку в 2008, в 2013 дошли до серийного производства, в 2014-м выпустили ТС на улицы Токио и Гренобля для аренды, в 2015-м собирались выпускать в Милане. Так что такие ТС уже ездят по дорогам.
В: А почему все эти фирмы начали вести подобные разработки в XXI веке? В предыдущем веке бензин был дешевле и дороги шире?
О: Или пробки были не такие серьёзные. Это ведь ТС для города. А у нас хороший рынок для такого ТС, потому что у нас холодно. И кабина – означает печка. А вот когда мы, например, делали презентацию в Индии, там тоже заинтересовались этим ТС, потому что там кабина – значит кондиционер.
В: А туда можно поставить кондиционер?
О: Без проблем. Представьте, что вы распилили автомобиль пополам вдоль. Получится МК-17. Ставьте, что хотите. Багажник, кондиционер.
В: Омыватель лобового стекла, дворники?
О: Да, конечно. У меня с этим проектом была “идея фикс” – проехать в этой “моей” пробке на ВДНХ. И этой осенью эта мечта сбылась. Был дождь, температура близкая к нулю. И все получилось.
В: А безопасность? Подушки, ABS?
О: Конечно. Всё это можно установить. Больше всего споров со скептиками по поводу этого проекта как раз идёт вокруг вопроса о безопасности. Поскольку наш аппарат находится посередине между автомобилем и мотоциклом, то и безопасность у нас выше, чем у мотоцикла и ниже, чем у автомобиля. Этим он не отличается от аналогов, например от Toyota i-Road.
Логично, что, например, у Ford Explorer безопасность выше, чем у Daewoo Matiz. По той простой причине, что Ford больше, а из активных систем установить в него можно всё, что угодно и подушки безопасности и ABS.
В: А пилот должен ездить в мотоциклетной экипировке?
О: Сейчас ТС классифицируется по категории L5, симметричный трицикл.
Естественно, требуется шлем. Но и ТС от Toyota относится к той же категории, так что формально там тоже требуется шлем. Думаю, что наш агрегат будем продавать вместе со шлемами-касками. Мы же законопослушные граждане.
В: Я так понял, что ваша главная гордость – это разработанная с нуля интеллектуальная система стабилизации.
О: Ну гордость – не гордость, но без неё бы аппарат просто не поехал, а своими разработками на эту тему другие изготовители с нами делиться бы всё равно не стали. Поэтому мы всё делали сами. Когда мы переходили с двухколёсного на трёхколёсный вариант, мы сначала сделали его со свободной подвеской – аналогом подвески скутера Piaggio MP3.
Это итальянский скутер с интересной свободной подвеской. Когда скутер стартует, подвеска “зажата” и скутер не наклоняется. Когда он разгоняется, она «расслабляется» и может наклоняться на манер мотоцикла. Мы тоже сделали первый прототип в таком духе – заказали в Европе подвеску от Piaggio, разобрали её и сделали аналог. Но оказалось, что большое тяжёлое ТС с кабиной в динамике отличается от небольшого скутера.
Мотоцикл наклоняется за счёт подруливания, работы передним колесом. А когда подруливания не хватает, мотоциклист наклоняется, противодействуя центробежной силе. Когда же мотоцикл весит более 500 кг, то внутри кабины вы со своими 80 кг ничего с ним не сделаете. Приходится делать систему принудительного наклона. Ну а раз так, система должна чувствовать центробежную силу, компенсируемую наклоном – вот вам и акселерометр. Полотно дороги может и само быть негоризонтальным, на нем могут быть ямы – значит, нужен гироскоп, магнитометр. Все эти данные необходимо обрабатывать.
Всё это мы поставили, снабдили промышленным компьютером, и после отладки и долгих тестов система заработала. Компьютер пока, конечно, не как у серийных образцов, не просто чёрная коробочка со вшитой программой. Необходим доступ для программистов, интерфейсы.
В: А на чём пишут софт программисты?
В: А всё-таки это транспортное средство может упасть? И можно ли его будет поднять, как мотоцикл?
О: Уронить можно все что угодно. Как мотоцикл МК-17 поднять тяжело, он весит 600 кг, и это делать придётся вдвоём. Как 300-килограммовый Harley поднимают – нужно присесть, упереться спиной и распрямлять ноги.
Но с другой стороны, МК-17 и уронить труднее. Это, как уже упоминалось, нечто среднее между автомобилем и мотоциклом. Автомобиль уронить набок ещё труднее, но и поднимать его придётся втроём-вчетвером. У нас есть несколько запатентованных идей. Наше ТС называется «узкое транспортное средство с кабиной, активной и пассивной системами стабилизации». На презентациях я показывал трюк – МК-17 стоял полностью наклонённый в одну сторону, я открывал дверь, и прыгал на его пороге, раскачивал. Он ведет себя как неваляшка и не падает – так работает пассивная система стабилизации.
В: Сейчас ваш проект находится в стадии концепции платформы, на которую можно навесить что угодно?
О: Да, это опытно-выставочный образец. Главное, что мы на нём отрабатывали – ширина и система стабилизации. До последнего времени это была рама на колёсах. Но так как первый этап НИОКР закончен, мы придали ему красивый внешний вид для показа «товара лицом». Теперь требуются средства на дальнейшую разработку.
В: Нашли такие средства уже?
О: На НИОКР и доделывание образца до серийного производства нет особых проблем найти средства. Но суть в том, что для изготовления серийных образцов нужно определиться с номенклатурой компонент. Если мы, допустим, договоримся о производстве ТС на конвейере АвтоВАЗ, то нам нужно подстраиваться под их номенклатуру.
У нас идёт процесс поиска и выработки договорённости с производителями. Пока ничего неизвестно, но осторожный оптимизм есть.
Есть и ещё один вариант – стапельная сборка, мелкая серия. Мы можем разработать все компоненты сами и заказать у индийцев и китайцев.
В: Собирать в гараже?
О: Ну, в ангаре, на самом деле. Принимать контейнеры с комплектующими, какие-то готовые, какие-то на заказ – и собирать самим. Но это получится мелкая серия, и цена изделия будет не такой низкой, как у конвейера. Это будет стоить 600-800 тысяч за штуку. А на конвейере – по 300 тысяч.
Проблема ещё и в том, что если мы сначала начнём делать мелкую серию, «посылторг», а потом решим переходить на крупное серийное производство с компонентами автопроизводителя – придётся перепроектировать всё ТС, тратить много денег и времени. Поэтому необходимо определиться. Я считаю, что его нужно выпускать крупной серией.
Если формально оценивать рынок, то точка входа на него – от 1% до 20% покупателей. То есть, в лучшем случае каждый пятый житель большого города предпочтёт вместо нового или б/у авто взять себе такой аппарат. Если мы возьмём среднее значение, между пессимистами и оптимистами, 10% — то для нашей страны получится рынок в 300 000 устройств в год. Это уровень АвтоВАЗ.
Проектирование требует времени. На наш НИОКР, с неудачей с первым прототипом, ушло 5 лет. Сейчас мы планируем спроектировать серийный образец за 4 года. Казалось бы, долго – но и разработка уникальная, не просто очередной автомобиль. Даже в Toyota и BMW уходит примерно такое же время на такую разработку. В том же BMW для этого проекта взяли несколько конструкторов, дали средства проектирования, оборудование, помещения, комплектующие, наработки, финансы, и поручили сделать новое ТС. А чем мы хуже BMW? Мозги у нас не хуже, ПО у нас не хуже. Так что в нашем проекте вопрос уже не в том, будет ли он выпущен, а в том, как конкретно он будет выпускаться, и нужно ли будет два раза делать НИОКР: сначала на мелкую серию, и стапельную сборку, а потом на конвейер.
В: Значит, краудфандинг вас не заинтересует?
О: Заинтересует, если будем делать мелкую серию. Если мы не найдём хороший конвейер, большого производителя, то остановимся на мелкосерийном производстве.
В: А почему бы не обратиться в Индию в ту же, с предложением сделать у них производство?
О: У нас как раз в ЖЖ есть пост с сообщением ТАСС о том, что проект МК-17 произвел сенсацию на выставке БРИКС в Индии.
Если мы будем делать МК-17 за границей, то и крупная серия будет продаваться за границей, а сюда уже будет идти импорт. Но если мы общаемся с иностранными производителями, то они будут обсчитывать свой рынок и свои потребности.
Когда мы разрабатывали прототип, я поставил задачу конструкторам – использовать отечественные комплектующие. МК-17 на 85% состоит из наших компонент. Поэтому я бы хотел, чтобы это были наши производители, наш проект, наш аппарат. Хотя переделать его на компонентах других производителей, после всего, что мы уже прошли – проблем нет.
В: А что по поводу силовой установки и коробки передач? Что насчёт модной темы электродвигателей?
О: Я не был большим энтузиастом электромобилей, по одной причине: проблемы с аккумуляторами. У меня есть знакомые в России, имеющие Tesla. Ни одна Tesla в смешанном режиме более 200 км не проезжает. В нашем климате, на холоде, поехать к тёще в Нижний Новгород нельзя – придётся на ночь останавливаться во Владимире.
Мгновенных электрозаправок нет. Я переписываюсь с одним ученым из Токийского университета. Они разрабатывают проект, в которой подъезжающему автомобилю быстро специальным краном меняют батарею. Но для этого должна быть специальная инфраструктура. Если выпускать что-то сейчас, приходится опираться на существующую инфраструктуру.
О: Ну почему. Пока нормальных батареек нет, можно делать гибрид. Знаете об изобретателе Дмитрии Александровиче Дуюнове?
Это один из выдающихся изобретателей в России.
Он разработал намотку «Славянка» для своего асинхронного электродвигателя «Колобок». У него более 40 лицензиатов по стране, уже 4 года такие двигатели делают. В питерском метро перематывают двигатели на намотку «Славянка».
Я катался на его скутере, в заднем колесе которого умещается двигатель. Основная проблема установкой в колесо электродвигателей – большая неподрессоренная масса, которую дают редкоземельные магниты. С намоткой Дуюнова, если сделать из заднего колеса МК-17 мотор-колесо, оно будет весить всего 40 кг.
Так что мы сейчас планируем в серийном образце использование электромоторов Дуюнова. Вместо батарей — ДВС с генератором (тоже Дуюнова).
В: А не слишком много инноваций для нового проекта? В Ё-мобиль тоже хотели много всего напихать.
О: Не слишком много. По сути, у нас сейчас есть одна инновация: мы добились того, что наше транспортное средство при ширине 92 сантиметра ездит и не падает. В этом смысл нашей НИОКР. Электромоторы – не наша инновация.
В: Я за время интервью узнал об изобретателях, о которых раньше не слышал даже. Мне кажется, проблема с нашими изобретателями в том, что они не умеют рекламировать себя, продавать себя.
О: Не хотел бы вдаваться в политику сейчас, но ситуация с изобретательством у нас действительно оставляет желать лучшего. Эту точку зрения разделяют и другие, знакомые мне, изобретатели – такие, которым есть что реально показать. Я раньше работал над разработкой мобильного ПО для банков, и в гаджетах разбираюсь. И мне грустно, когда на выставках в качестве инноваций показывают “закруглённые уголки” или новые “мобильные приложения для продвинутого поиска покемонов” – это не те изобретения, которые чего-то стоят в перспективе, но их легко популяризовать и на них можно сделать быстрые деньги.
Я надеялся на начало «новой индустриализации», на переход от “экономики безудержного потребления за счет продажи нефти” к производящей экономике. Пока всё выглядит не очень оптимистично и связано это с тем, что с окончанием “эпохи гламура” те, кто раньше занимался перепродажей чего-то иностранного быстро перебрались в государственные, производственные и научные структуры (им было не трудно, у них были деньги) и заверте… В результате мы видим засилие «эффективных менеджеров», «экономистов» и прочих торговцев там, где должны быть инженеры и ученые. Цель этих менеджеров – сделать быстрые деньги как это было в их прошлой жизни, на перепродаже. По-другому они не мыслят. В результате появляются такие, например, решения как ограничение сроков окупаемости инвестиционных проектов до одного года. Что можно за это время разработать, внедрить, продать и получить экономический эффект? Простейший узел? Гайку? Программу для ловли покемонов?
Но все же я смотрю в будущее с определенным оптимизмом. Если, в конце концов, мы прорвём это сопротивление, то изобретательство получит развитие в нашей стране. Потенциал, как вы видите, у нас есть.