Монополизация как фиаско рынка это
Монополия как провал рынка
Научно-исследовательский центр Мизеса (Белоруссия)
публикует немало интересных статей с объективной критикой постулатов
доминирующей экономической теории.
http://liberty-belarus.info/
Для нынешнего момента достаточно актуальна статья,
которую почти полностью цитирую
Критика неоклассической теории монополии
Неоклассическая парадигма постулирует существование ряда «провалов рынка». Наиболее важными из них называются монополии, внешние эффекты, асимметричная информация, общественные блага. Каждый их указанных эффектов предполагает или может предполагать определенные действий для их устранения. Таким образом, данные темы являются «политико-образующими».
Нарастающие «провалы рынка» общеизвестны, как и апологеты рыночной (с нарастанием теневого сектора) экономики. П.З.
Монополия и конкуренция
Для того чтобы лучше понять суть проблемы монополии ниже мы рассмотрим ее предполагаемую противоположность – конкуренцию.
Для обыденного человека термин конкуренция, несомненно, выражает понятие о людях, энергично конкурирующих друг с другом, каждый из которых старается в своей деятельности опередить своих соперников. Суть этой идеи состоит в осведомленности о том, что делают твои соперники и в сознательных усилиях сделать что-то отличное и лучшее. (Кирцнер, 2001)
В рамках неоклассической теории термин «конкуренция» имеет совершенно отличный, даже противоположный, смысл. Здесь конкуренция означает отсутствие всякой деятельности, принятие решений на основе заданных рыночных данных, известных всем в одном и том же виде.
Неоклассическое понимание конкуренции дает основу для определения монополии, как фирмы с наклонной кривой спроса, которая ассоциируется с наличием «рыночной власти». Разумеется, для того, чтобы фирма признавалась монополистом, устанавливаются определенные критерии, связанные с наклоном этой кривой.
Такое понимание конкуренции и монополии родилось в результате исследований Курно, которого интересовали результаты конкуренции в отличие от самого процесса конкуренции. В рамках данного эссе нет возможности обратиться к истории экономической мысли для выяснения, почему именно такое понимание конкуренции стало общепринятым. Однако заметим, что практической проблемой, лежащей в основе исследований конкуренции является не то, как ресурсы должны быть распределены, если бы информация была совершенна и потребительские предпочтения постоянны и все остальное было бы известным всем и постоянным, а то, как конкурентный процесс открытия и приспособления соотносит ожидаемые спрос и предложение в мире несовершенной информации. (Кирцнер, 2001)
Убрать же разницу в ожиданиях, изменения во вкусах, несовершенство информации – означает ликвидировать большинство реально существующих рыночных проблем. (Armentano, 1989) Стремление заставить фирмы вести себя в соответствии с «законами совершенной конкуренции» аналогично предложению не чистить зубы, основываясь на идеальной модели «мира Блендамеда» с уже почищенными зубами.
Более того, сама конструкция «совершенной конкуренции» предполагает многочисленные внутренние противоречия.
Например, представление о возможности горизонтальной индивидуальной кривой спроса, соответствующей ситуации совершенной конкуренции.
В реальном мире не существует «бесконечно малых» изменений количества или цены. Любые изменения происходят дискретным образом. Например, если продавец решил продать дополнительное количество товара, то это значит, что объем предложения товара на рынке увеличился, и чтобы покупатели изменили свое поведение – увеличили закупки – необходимо, чтобы цена несколько снизилась. Неизменная цена в этом случае логически невозможна.
Есть и собственно математические возражения против существования горизонтальной индивидуальной кривой спроса. В частности, суммарная (агрегированная) кривая спроса на товар должна получаться путем горизонтального суммирования индивидуальных функций спроса всех продавцов: то, что могут по данной цене продать все продавцы вместе равно сумме того, что может продать каждый из них. Однако, никаким суммированием «горизонтальных индивидуальных функций спроса агрегированную кривую спроса получить нельзя. Более того, «горизонтальная индивидуальная функция спроса» вообще не является функцией в математическом смысле, т.к. для функций спроса независимой переменной является цена, и получается, что для одного из значений независимой переменной имеется бесконечно много значений зависимой переменной.
Таким образом, представление о горизонтальной (абсолютно эластичной) индивидуальной функции спроса является внутренне противоречивым и не может быть основой никакой теории. Одного этого достаточно для признания неоклассической теории монополии (НТМ) полностью необоснованной. (Кузнецов, 2001)
Перед тем как перейти к более подробному изложению теории монополии и ее критическому анализу мы еще раз обозначим, что понимаем конкуренцию как процесс в рамках которого одни агенты вырываются из рутины, применяют новаторские методы (шумпетеровское «созидательное разрушение»), а другие – копируют новаторские находки первых. Нарушение конкуренции при таком понимании состоит в препятствиях для новаторства и копирования.
Неоклассическое представление общественных издержек от монополии
Критический анализ неоклассического аппарата измерения издержек от монополии
В НТМ кривая спроса принимается как некоторая данность, которая объективно существует и может быть оценена внешним наблюдателем, по крайней мере, в принципе.
В реальности же «кривая спроса» представляет собой набор гипотетических альтернатив. Ее точки отвечают на вопрос: «Предположим, что при прочих равных условиях цена изменилась и стала не P1, а P2. Сколько товара при этом покупатели захотели бы приобрести?» Реализуется же только одна точка «кривой спроса», остальные никогда не осуществляются и поэтому не могут быть оценены. Те кривые, которые специалисты по эконометрике строят на основе реализовавшихся рыночных сделок, не имеет никакого отношения к кривым, изображенным на диаграммах НТМ. Иными словами, кривых спроса в смысле НТМ не существует.
В реальности индивидуальная кривая спроса представляет собой особый язык представления предпринимательских ожиданий относительно будущего, включая ожидаемые последствия действий самого предпринимателя. Однако, это не единственно возможный язык; на практике применяются и другие («теория бизнес планирования» по сути, есть описание и построение таких языков); однозначный перевод на язык кривых спроса и последующие оценки «экономической эффективности» вряд ли возможны.
Индивидуальная кривая спроса отражает оценки предпринимателем неопределенного будущего (ожидания). Поэтому даже в случае большого количества мелких продавцов индивидуальная кривая спроса может существенно отклоняться от горизонтальной (абсолютно эластичной), например, в случаях, когда продавец ожидает реакции других продавцов на изменение количества предлагаемого им на продажу товара. (Кузнецов, 2001)
Понимание оценочного характера кривой спроса показывает, что любое решение внешнего наблюдателя носит не объективный, а исключительно субъективный характер, т.е. основано на частных ожиданиях такого лица (чиновника или, например) судьи. Однако данные лица не имеют сравнительного преимущества в определении реакции потребителей на изменение цены т.к. они не назначаются на основе их способности делать это. (Block, 1995)
Неоклассическая теория под издержками подразумевает издержки, связанные с принятием решения (действием) т.е. полезность наиболее ценной из альтернатив, которая оказалась нереализованной вследствие принятого решения (произведенного действия). Таким образом, издержки: а) субъективны; б) относятся к конкретному действию; в) в момент принятия решения (осуществления действия) относятся к будущему, т.е. являются ожидаемыми издержками.
Однако, неоклассическая экономика непоследовательна в применении концепции альтернативных издержек. В частности, НТМ рассматривает издержки фирмы как объективно заданную величину, равную денежным затратам на факторы производства и выплату процентов. Предполагается, что эта величина может быть измерена сторонним наблюдателем.
В реальности издержки продавца могут существенно отличаться от «объективно измеримой» величины («бухгалтерских издержек»). Например, продавец может сократить объемы продаж с QS до QM для того, чтобы направить высвободившиеся ресурсы в ту сферу производства, где он ожидает получить гораздо большую выгоду (т.е., в производство товаров, более желанных для потребителей). НТМ утверждает, что он получит монопольную прибыль, т.к. его средние издержки будут меньше валового дохода. Однако действительные издержки продавца гораздо выше тех, которые показывает кривая AC, т.к. они включают упущенную выгоду от производства другого товара. Иными словами, индивидуальная кривая средних издержек проходит гораздо выше, и никакой «монопольной прибыли» может и не быть. Причем у внешнего наблюдателя нет никаких возможностей «объективно выяснить», какова же действительная кривая издержек. (Block, 1995)
Как и в случае индивидуальной кривой спроса, индивидуальной кривой издержек в смысле НТМ не существует. Ex ante они всегда ниже цены т.к. продажа – первая лучшая альтернатива, а издержки –вторая. При этом сама связь между издержками и ценой носит не прямой, а обратный характер т.е. издержки зависят от цен товаров. То, что требуется для процесса производства (станки, ресурсы) ценны не сами по себе, а тем, что способствуют появлению чего-то, ценимого потребителем. (Rothbard, 1993).
Третья теоретическая проблема, связанная с НТМ – это то, что любые оценки «общественных» потерь или выгод основана на неявном суммировании индивидуальных полезностей потребителей и производителей. Данная операция незаконна даже в рамках теоретических оснований самой же неоклассической экономической теории (ординалистская теория полезности).
Например, при отождествлении «общественных потерь» с площадью треугольника ABC на рис.2 предполагается, что:
а) индивидуальные полезности потребителей, отказавшихся от покупки единиц товара при повышении цены, в точности равны значениям цены, задаваемым индивидуальными кривыми спроса этих потребителей, из которых складывается агрегированная кривая D;
б) эти полезности задаются в одних и тех же единицах и могут суммироваться, а также умножаться на переменную размерности «количество товара», что делает возможным операцию интегрирования.
В реальности кривая спроса D означает лишь то, что для покупателей, отказавшихся от покупки дополнительных единиц товара, индивидуальные полезности этих единиц меньше, чем полезности соответствующих сумм денег. То есть, кривая спроса –это функция нижних оценок, интегрирование которой не дает никаких данных о «суммарной полезности». (Кузнецов, 2001)
Невозможность отличить монополиста от немонополиста
Понятно, что понятию монополии вообще есть место в рамках экономической теории.
С одной стороны, можно присоединиться к мнению Мизеса и Кирцнера о том, что могут существовать некоторые препятствия к конкуренции, как процедуре открытия и копирования, связанные с владением уникальным ресурсом. Правда, в рамках данной концепции сам процесс приобретения уникального ресурса все равно является конкурентным.
Однако более близкое рассмотрение данной точки зрения показывает, что монополия здесь может быть только такой же «идеальной» конструкцией, как «совершенная конкуренция».
Во-первых, передвижение проблемы границ рынка с потребительского рынка на рынок ресурсов не снимает самого вопроса. Гораздо вернее говорить, что все товары конкурируют со всеми.
Во-вторых, понятие уникальности носит сугубо субъективный характер, т.е. дело даже не в том, как отделить уникальный ресурс от остальных, а в том, что понятие уникальности зависит от оценивающего лица.
В-третьих, не только покупка ресурса является конкурентным актом, связанным с оценкой возможных выгод от его владения, но и само владение является таким актом, поскольку отражает оценку рыночных возможностей другими агентами, которые могут как попытаться выкупит ресурс, так и отказаться от этого.
В-четвертых, владение уникальным ресурсом не затрагивает конкурентного характера самого рыночного процесса. Т.е. то, что ты не можешь скопировать действия одного агента не мешает копировать как действия других агентов, так и поступать каким-либо иным, оригинальным, образом.
Указанные факторы убеждают в том, что единственным практическим пониманием монополий может быть ситуация, когда правительственное решение объявляет определенный вид деятельности прерогативой одной или нескольких компаний. Чаще всего, такие решения принимаются на основе теории естественных монополий, рассмотрение которой, к сожалению, выходит за пределы данного эссе.
Суммируя выше сказанное, можно сказать, что:
1) НТМ основана на неверном понимании сути конкуренции. В частности, за идеал берется внутренне противоречивая, нереалистичная ситуация, противоречащая процессу конкуренции.
2) Для определения издержек монополии в рамках НТМ используются непонимание оценочного характера спроса, субъективного характера издержек, невозможности складывать порядковые числительные (т.е. полезность).
3) Невозможно отделить различные мотивы, связанные с межвременным выбором, от монополистического поведения. Эта невозможность распространяется как на внешнего наблюдателя, так и на предпринимателя.
4) Продавцы являются одновременно потребителями. Это влияет на стремление к прибыли, а также вопросы использования ресурсов.
5) Даже владение и приобретение уникального ресурса является конкурентным и не меняет конкурентный характер самого рыночного процесса.
6) Основываясь на (1)-(5) мы приходим к выводу, что монополией может быть признана только фирма, получившаяся специальные права от правительства. Это понимание монополии, насколько известно автору, и является его первоначальным пониманием.
Израэл Кирцнер. Конкуренция и предпринимательство. М.: Юнити, 2001 (http://www.libertarium.ru/libertarium/lib_competition)
Юрий Кузнецов. Прощание с теориями антимонопольного регулирования. (Доклад на частном семинаре Григория Сапова) 2001 (http://www.sapov.ru/seminar/seminar1.htm)
Armentano, D. T. «Antitrust Reform: Predatory Practices and the Competitive Process,» Review of Austrian Economics, 1989, 3, pp. 61-74. (http://www.qjae.org/journals/rae/pdf/R3_4.pdf)
Walter Block,. «Austrian Monopoly Theory: A Critique,» Journal of Libertarian Studies,» Fall 1977, 1(4), pp. 271-280. (http://www.mises.org/journals/jls/1_4/1_4_1.pdf )
Walter Block, «Total Repeal of Antitrust Legislation: A Critique of Bork, Brozen, and Posner,» Review of Austrian Economics, 1995, 8(1), pp. 35-70. (http://www.qjae.org/journals/rae/pdf/R81_3.pdf )
Harberger A., Monopoly and resource allocation, American Economic Review, 44, 1954
Murray N Rothbard,. Man, Economy, and State, 2 vols., Los Angeles: Nash Publishing, 1970; Auburn, AL: Ludwig von Mises Institute, 1993, pp. 560-620.
Понятно, что это один из возможных подходов.
Но вместе с тем очевидно, что любая монополия без той или иной поддержки современных государств (протекции, лоббрирования и т.п.) невозможна.
И поэтому ГМК глобально нарастает и изживает (пожирает) сам себя.
Homme Moyen
Страницы
9.10.11
Провал рынка. Монополии
Можно предположить, что они возникли одновременно, поскольку дополняют друг друга подобно тому, как дополняют и наполняют друг дружку неким смыслом столь же пустые понятия «социальные лифты«, «социальная мобильность» и т.п.
Однако здесь связь отчетливее, так как считается, что из-за каждого «провала» утрачивается хотя бы одно «общественное благо» и каждому «общественному благу» соответствует хотя бы один «провал рынка«.
Но скорее всего, понятие «провал рынка» («фиаско рынка«) возникло позднее, как реакция на все большую утрату смысла понятием «общественное благо» («социальное благо«), которое существует давно и столь же давно служит оправданием разного рода насилию и принуждению.
Считается, что хотя рыночная экономика и создала беспрецедентное богатство, но она несправедлива, она не устраняет нищету и неравенство, она аморальна и не способна обеспечить так называемую «защищенность«.
С чего начнем? Начнем с определений, а затем пройдемся по популярной у публики и в учебниках коллекции «провалов«, к счастью, у автора на эту тему недавно удалась предметная беседа.
Второе замечание. Как правило, невозможно корректно определить субъекта по отношению к которому «общественное благо» выступает благом. Обычно говорят «общество«, подразумевая то ли некую самодостаточную сущность, обладающую сознанием, волей, правами, размерами и т.п., то ли просто совокупность индивидов у которых отношение к данному благу совпали.
Теперь мы можем заметить, что а) благо субъективно и б) что такое «благо«, как «национальная оборона» не являться благом для пацифиста, к примеру.
Допустим на минутку, что пацифист наравне с другими все-таки «потребляет» неделимое благо национальной обороны, хотя и не желает этого. В этом случае мы вынуждены признать, что и узники Освенцима, к примеру, недилимо и неконкурентно потребляли услуги Рудольфа Хёссе ( Rudolf Franz Ferdinand Höß ), хотя, возможно, они и не желали их потреблять по каким-то своим субъективным соображениям.
В самом деле, если допустить, что невозможность отказа от потребления тоже есть потребление, то и услуги коменданта, конвоиров, надсмотрщиков и сама деятельность концлагеря полностью совпадает с приведенными выше характеристиками «общественного блага«.
 |
| Живой мост в Индии |
Мосты. Имеется распространенное суеверие, что если государство не будет строить и содержать мосты, то человечество останется без мостов. На самом деле постройка и эксплуатация мостов является обычными коммерческими мероприятиями. Но только там, где они коммерческими мероприятиями не являются на один действительно нужный потребителям мост приходится два ненужных, причем все три находятся в плохом состоянии.
Итак, на наш взгляд, корректное определение понятия «общественное благо» могло бы звучать так:
«Общественное благо» есть нечто произвольно определенное в качестве блага и не способное таковым быть без мер принуждения и/или насилия.
При желании это определение можно переформулировать, придав позитивный смысл:
«Общественное благо» есть нечто произвольно определенное в качестве блага и способное таковым быть без мер принуждения и/или насилия.
Монополии, пожалуй, первое, что приводят защитники «общественных благ» под названием «рынок» и «конкуренция«.
Однако сама по себе монополия не имеет никакого значения. По большому счету все люди обладают той или иной монополией. Монополия по производству текстов под маркой «От Homme Moyen» ™ никого не беспокоит до тех пор, пока производитель не окажется способен получать не просто доход от такого рода деятельности, а доход в результате установления монопольных цен, при которых чем меньше он делает, чем меньше он продает, тем больше его доход. В этом случае потребители становятся беднее, фактически ликвидируется суверенитет потребителя и производитель от его воли больше не зависит.
Кстати, на практике монопольный доход корректно рассчитать невозможно. Ведь необходимо выделить его из общей суммы дохода. А ввиду отсутствия знания о рыночной цене данного рода услуг или товаров данного производителя данным потребителям в данное время и в данном месте это не представляется возможным. Теперь можно себе представить каким образом рассчитывают «монопольный доход«, который государственные органы считают своим долгом забрать в пользу правительства у тех, кого они по каким-то причинам посчитали монополистами.
Например, чисто технически уже сегодня вполне возможно завести в каждую квартиру несколько систем канализации от разных поставщиков, организовать несколько систем сбора и утилизации стоков. Однако издержки этого дела, скорее всего, превысят издержки с которыми мы вынуждены мириться, доверяя только одному монополисту.
Монополия
Ситуация на рынке, когда одна компания контролирует цену и предложение
Продавцы товаров и услуг конкурируют между собой: соперничают за внимание клиентов, переманивают кадры, делят рынки сбыта.
Но бывает так, что конкурентов нет: целую отрасль или продажу конкретного продукта контролирует одна компания. Это называют монополией.
Какую компанию считают монополистом
Компанию можно считать монополистом, если она:
Например, в конце 19 века американская компания Western Union стала монополистом на рынке телеграфной связи: она выкупила все мелкие сети в своей сфере и получила в управление самую масштабную телеграфную сеть в Америке. А значит, ей не нужна была реклама и она могла устанавливать любые цены.
Монополию считают опасным явлением: если нет конкуренции, монополисты могут злоупотреблять положением и завышать цены на товары и услуги.
Какие бывают монополии
Монополии бывают государственными и негосударственными.
Государственные. Государство может монополизировать производство или продажу определенных товаров, а иногда — установить полный контроль над отраслью. Например, выпускать деньги и контролировать их обращение может только Центробанк — государственный орган. А еще только он выдает лицензии коммерческим банкам.
Есть три цели, для которых государство образует монополию:
Негосударственные. Такие монополии образуют частные компании. Они могут быть естественными и искусственными. Естественные монополии образуются сами собой, а искусственные — в результате сговора компаний или влияния внешних факторов.
Почему появляются естественные монополии
Если монополия образовалась сама собой, ее называют естественной.
Бизнес растет. Обычно естественные монополии возникают в результате роста бизнеса. Компании стремятся получить больше прибыли и вытеснить конкурентов, поэтому закупают оборудование, расширяют производство и выходят на новые рынки. Чем масштабнее бизнес, тем дешевле ему обходится изготовление и продажа продукта и легче дальнейший рост. Когда компания становится большой, она может диктовать свои условия рынку, а значит, способна разорить конкурентов или вынудить их продать бизнес. Так она становится монополией.
Компаниям невыгодно конкурировать. Иногда естественные монополии возникают, когда нескольким компаниям невыгодно вести деятельность на конкретном рынке. Например, если открыть в небольшом городе второй кинотеатр, ему придется делить с первым небольшую аудиторию — обе компании понесут убытки и разорятся. Поэтому тот, кто открыл кинотеатр первым, становится монополистом.
Высокий порог входа в сферу. Чаще всего естественная монополия возникает в сферах с высоким порогом входа: когда для производства товара или услуги нужно дорогое оборудование или инфраструктура. Например, трудно открыть парк развлечений — нужно найти большую территорию, получить разрешение, открыть кафе или договориться с другой компанией о сотрудничестве, купить дорогие аттракционы и следить за безопасностью посетителей.
Если производить продукт или оказывать услугу может только эта компания — это абсолютная монополия. Например, в России только Роскосмос доставляет грузы и космонавтов на МКС. Это абсолютный монополист в стране — у других транспортных компаний нет космических кораблей и разрешения на такую работу. А в мире только Окриджская национальная лаборатория и НИИАР добывают калифорний — один из самых дорогих металлов в мире.
Этот вид монополии не вредит рынку, но деятельность монополистов контролируют законы и надзирательные органы.
Как регулируют естественные монополии
Деятельность естественных монополий регулирует Федеральная антимонопольная служба. Она использует два метода: ценовой и сервисный.
Ценовой метод. Для монополий устанавливают предельные тарифы на продукцию. Государство контролирует цены компаний-монополистов и следит, чтобы они не превышали установленный максимум. Например, так регулируют стоимость проезда в метро.
Сервисный метод. Монопольные компании должны давать потребителям свободный доступ к продукции, а некоторым категориям еще и бесплатное обслуживание или льготы. Например, дети и пенсионеры могут ездить в метро бесплатно по социальной карте.
При этом антимонопольная служба следит за всеми сделками и инвестициями монополиста, чтобы компания не могла полностью контролировать рынок.
Почему появляются искусственные монополии
Искусственную монополию создают специально. Есть три способа это сделать: мешать конкурентам, объединиться с другими компаниями или использовать внешние факторы. Сейчас расскажем, как это работает.
Компании влияют на конкурентов. Организации стараются вытеснить конкурентов с рынка, используя разные методы: например, занижают цены, чтобы разорить небольшие компании, а потом скупают их.
Компании объединяются. Иногда конкуренты добровольно образуют союзы, чтобы вместе контролировать рынок. Выделяют четыре формы таких союзов: картель, синдикат, трест и конгломерат:
Внешние факторы мешают конкуренции. Иногда процесс формирования монополии стимулируют внешние факторы. Например, во многих странах мира использовать изобретение может только человек, которому принадлежит патент. В 1891 году Томас Эдисон изобрел и запатентовал кинескоп — первую кинокамеру. Он создал свою компанию, которая производила и выпускала в прокат все американское кино. Если у инновации нет аналогов, она считается легальной монополией.
В отличие от естественной, искусственная монополия вредит рынку и мешает ему развиваться.
Чем опасны искусственные монополии
Если образуется искусственная монополия, которая вытесняет других участников и не контролируется государством, ситуация на рынке ухудшается. Качество товара становится ниже, его не хватает на всех желающих, цены на него растут и падает предпринимательская активность.
Ухудшается качество товара. Монополисту не нужно бороться с конкурентами, поэтому он может не заботиться о качестве товаров и услуг, не расширять ассортимент и не стремиться к инновациям.
Появляется дефицит. Когда монополия контролирует рынок, другие компании не могут заполнить свободные ниши. Товара не хватает на всех желающих.
Растут цены. Потребитель не может выбирать между несколькими предложениями, поэтому вынужден соглашаться на любые цены. Монополисты это понимают и завышают цены на свои продукты.
Предпринимательская активность в стране падает. Компании не могут выйти на рынок или закрываются, их становится меньше. Это плохо не только для отдельных потребителей, но и для государства в целом, потому что оно недополучает налоги.
Монополии ведут к застою в экономике, поэтому государства не дают развиваться монополистическим процессам: они устанавливают антимонопольные законы и следят за их соблюдением, а нарушителей привлекают к ответственности.