Могила тимура новикова как найти
Тимур Новиков
24 сентября Тимуру Новикову исполнилось бы пятьдесят. В этот день в Эрмитаже откроется «Пространство Тимура», выставка-посвящение самому известному, но и самому мифологизированному петербургскому художнику. «Афиша» составила аннотированную биографию Тимура Петровича и расследовала многообразие его личин.
1958–1980
Новиков рисовал — в кружке районного Дома пионеров. Учился потом — на «лаки-краски», но покинул техникум: «Ради сохранения внешнего вида». Антураж поначалу — чистые 70-е: длинные волосы, борода, «маленький двойной» в «Сайгоне», знакомство с волосатым же и стихийным Борисом Николаевичем Кошелоховым по имени Боб [1]. Участие в «Летописи», группе учеников последнего, практиковавшей ненавязчивые оппортунизм и оппозиционерство, направленные как против советской художественной системы (она игнорировалась напрочь, за исключением магазинов с красками), так и против антисоветской, к тому времени оформившейся и забронзовевшей (газаневщина [2] и т.д.). Пафос «Летописи», с ее как будто очень семидесятническим названием, на деле духу той эпохи противопоставлен: если аматорство еще было в чести у семидесятников, то вызывающий антипрофессионализм — ничуть [3]. Проникнувшись идеей социальной и творческой автономии —а еще ввиду занятого места лидера, — Новиков создает у себя в мастерской на Воинова (ныне Шпалерная) галерею «Асса». Что значило это слово, выясняется до сих пор, но дикий вопль — «асса!» — спрогнозировал атмосферу наступавшего десятилетия.
[1] Боб Кошелохов, нигде ничему не научившийся, живописью занялся, будучи к тому времени весьма, как тогда выражались, олдовым — в порядке самосовершенствования. Вскоре нечаянно поучаствовал в Венецианской биеннале; независимо от европейских неоэкспрессионистов изобрел европейский неоэкспрессионизм.
[2] Газаневщина — термин для обозначения неофициального искусства 70-х, выступившего как идеологический и творческий антагонист Союза художников СССР на скоропалительных выставках в ДК имени Газа и ДК «Невский».
[3] Культовая фигура, Боб Кошелохов учил рисовать на чем попало, не отнекиваясь отсутствием правильных материалов, — и от всех ждал подобной творческой независимости. В поисках подходящих плоскостей для рисования ходили по домам, расселенным ради капремонта, и разламывали старую мебель. Художник Иван Сотников упер рекламный щит. Принес домой, а вынести не смог — так и рисовали все вместе, сидя у Сотникова на квартире.
1980–1987
Отношения Новикова и его товарищей с неофициальным искусством заканчиваются расплевыванием с ТЭИИ [1] и оформлением «Новых художников» [2]. Раздача пощечин общественному вкусу наподобие «ноль-движения» [3] становится системой; криком «А теперь дискотека!» прерываются любые попытки умничания и претензии на «духовку». Причина явная — идейные противоречия «новой волны» и семидесятников, причина скрытая — амбиции Новикова-лидера. Прежняя апробация реальности сменяется выстраиванием реальности параллельной. А к той добавляют еще одну и т.д. (Термины «параллельный» и «альтернативный» прочно входят в обиход.) Пусть оставался неизменным костяк компании, собиравшейся в разных составах по разным поводам — концерт на дому, беседа за чаем, репетиция в подвале, квартирная выставка, фильм «на колене», — все эти формы жизнедеятельности были известны под разными именами. В названиях россыпи коллективов часто фигурирует слово «новый», и это недаром напоминает фамилию главного заводилы. Желание структурировать процесс и раздавать «приказы по армии искусств» приводит к появлению «Клуба друзей Маяковского» [4] и тому подобных организаций, где творится черт-те что — с акцентом на «творится». Совершаются поездки в Москву ради знакомства с такими же деятелями: первый московский сквот «Детский сад» функционирует под впечатлением от ленинградских гостей; московский стиляга Коломийчук, открывший для модников винтаж с Тишинского рынка, берет себе псевдоним Асса; выходки «отца советского панка» Свина на собственном дне рождения вроде бы наводят писателя Сорокина на сюжет копрофагии; Олег Котельников [5] оформляет альбом московским панкам из группы «ДК». Запойно рисующего Котельникова знакомые побаиваются пускать к себе домой — вдруг начнет рисовать где попало. Количество группировок еще поддается учету, но число участников — решительно нет. По прошествии времени окажется, возможно, что «Клуб друзей Маяковского» прочно забыт всеми кроме самих друзей, а вот «Новые художники» — это сила, это имя; хотя речь-то про одних и тех же персонажей в разном раскладе. Практически «Новые художники» отличаются от «Нового театра» [6] не тем, кто на что способен, а тем, кто пришел в нужный момент. Апогеем подобной деятельности становятся концерты «Поп-механики» [7], действительно популярного во всех отношениях проекта тех лет, и появление Академии всяческих (всеческих) искусств [8]. В начале 1987 года выходит фильм «Асса», где главную роль исполнил председатель «Клуба друзей Маяковского» Сергей Бугаев-Африка [9]; произведения «Новых художников» висели на стенах квартиры Бананана, Новиков числился среди художников фильма, а также отыграл в финале эпизодец как участник группы «Кино».
[1] Товарищество экспериментального изобразительного искусства (ТЭИИ) — очень ленинградский проект официальной «крыши» для неофициального искусства. Существует до сих пор в форме товарищества «Свободная культура», то есть «Пушкинской, 10».
[2] Панкующий экспрессионизм «Новых художников» может быть назван первым после авангарда событием в отечественном искусстве, не повторяющим заграничные образцы, а вполне самодельным, независимым и современным разным нью-вейверским аналогам. Группировка послужила платформой для других объединений и направлений — например, для некрореализма Евгения Юфита.
[3] Что в дальнейшем стало «нео», а начиналось с «анти», логично проходит стадию «ноля». «Ноль-движение» началось «Ноль-объектом» на выставке ТЭИИ, когда Новиков и Иван Сотников не то обратили внимание на дыру в выставочном стенде, не то сами дыру выпилили и снабдили этикетками. Был издан «Указ Г 7 №0 Главного Управления Ноль Культуры» от 12.10.81: «С 1 января 1982 года принимается новое написание «0». Вместо старого написания НУЛЬ считать правильным написанием НОЛЬ. Новое написание НОЛЬ имеет в центре букву О, что равно 0» — и т.д. и т.п. Пародийное, но отчасти и серьезное бумагомарательство, выдача удостоверений и изготовление печатей — в дальнейшем все это станет обязательным для «Клуба друзей Маяковского», Академии всяческих искусств и пр. «Ноль-движение» включало «ноль-музыку»: из инструментов было только расстроенное пианино, на котором играл Курехин, а остальные играли как придется — Сотников изобрел, например, внушительную вещь под названием «утюгон».
[4] «Клуб друзей Маяковского» — симптоматичные заигрывания с образом первой советской поп-звезды, попытка апроприировать авангард не из-за почтения к художественным достижениям, а прежде всего из-за внимания к его медийному успеху. Маяковский воспринимался тут даже не как авангардист, а как романтический герой, фигура из галереи персонажей (от Уайльда и Людвига Баварского до Альберта Шпеера), всегда привлекавших Новикова. Членами клуба числились Уорхол и Раушенберг, Кейдж и Херинг.
[5] Классическая фигура «нового художника», демонстрирующего универсальные интересы, идеолог и практик сквоттерства 80-х Олег Котельников был одноклассником Новикова. Когда-то, еще до «Ассы», они образовали коллектив под названием «Монстерз» и в 1976 году даже записали альбом «Умер Мао». Котельников играл с «Автоматическими удовлетворителями» Свина, снимал кино с Юфитом и Евгением Кондратьевым по кличке Дебил. Как и все отцыоснователи «Новых художников», выступал и под собственными лейблами: например, участвовал в создании сквота «НЧ/ВЧ» на соседней улице с «Ассой».
[6] «Новый театр» находился на чердаке неподалеку от «Ассы» и отличался скупостью декораций и лаконизмом вообще всего. Сценарий «Анны Карениной» занимал полстраницы. Каренину играл Африка, Каренина — Новиков, на роль Вронского брали Гурьянова, но тот не пришел, и роль поручили какому-то случившемуся тут же моднику. А когда все-таки явился Гурьянов, который тоже всегда являлся модником и выглядел подобающе, было решено оставить в спектакле обоих Вронских, спектакль только выиграет.
[7] Дирижируемая Сергеем Курехиным «Поп-механика» — практическое развитие идеи «ноль-музыки». Полсотни человек на сцене, каждый дует в свою дуду, и вместе они ожидают рождения из этой какофонии какого-то резонанса и какой-то гармонии. Кроме того, произведения искусства, чтобы миновать таможню, проще было вывозить как декорации активно гастролирующей «Поп-механики» —чем и пользовались.
[8] Созданная в 1986 году в рамках «Клуба друзей Маяковского» Академия всяческих (всеческих) искусств — еще один пример коллажной идеологии, когда в строку всякое лыко, в том числе и позаимствованный у Ларионова и Зданевича термин «всечество». Через два года была переименована в Новую академию изящных искусств.
[9] Сергей Бугаев-Африка, шоумен и культуртрегер, председатель «Клуба друзей Маяковского» и Председатель Земного шара — ближайшая к Новикову фигура 80-х, практически альтер эго. Начинал как барабанщик (играл с группой «Кино», к примеру), но был соблазнен сменить профессию на художника: это считалось престижней.
Конец 80-х — начало 90-х
По выходе из подполья открываются головокружительные, неожиданные перспективы (например, некрореалистов зовет к себе на «Ленфильм» Сокуров), так что начало новой эпохи логичным образом знаменует конец «Новых художников». Оставаясь все еще новыми, но повзрослев, «Новые» центробежно рассеиваются — и все же сохраняют готовность к альянсам. Последним совместным предприятием (не считая участия «Новых композиторов» в первых рейвах) считается «Пиратское телевидение» [1], хотя, как и прежде, довольно трудно проследить траектории идей. Так, Академия всяческих искусств — впоследствии переименованная в Новую академию изящных искусств и оказавшаяся главным проектом 90-х, — поначалу была частью Свободного университета, открытого в Центральном лектории общества «Знание» на Литейном (Новиков возглавлял кафедру живописи, Борис Юхананов — театра, кафедру музыки вел Курехин и т.д.). Новиков порхает по маршруту Ленинград — Нью-Йорк — Амстердам, стажируется в Париже; фотография Новикова — на обложке октябрьского номера журнала «Искусство» за 1988 год, посвященного «искусству перестройки». У Новикова определенно пик, акме: Стеделийк, Тейт; Русский музей — впервые; «фирмой» становятся тканевые панно-коллажи [2]. Большой интерес вызывает появившаяся возможность прямых интервенций в социум и манипулирования коллективным сознанием. Новиков участвует в организации гей-френдли хаус-пати в ДК, хм, связи и легендарной «Гагарин-пати» в павильоне «Космос» на ВДНХ в Москве. После публикации иронического признания «Как я придумал рейв» удостаивается звания типа первого рейвера России (и это на четвертом десятке жизни). Провокации и мистификации, на которые прежде мог повестись разве что узкий круг знакомых, становятся мощным орудием селфпромоушена и промывания мозгов [3]. Новиков теперь пропагандирует классическое искусство в пику модернистскому, актуальному; курирует выставки вроде «Ренессанс и Резистанс». Представители первой волны новоакадемизма занимаются более-менее вольной и веселой интерпретацией классики, понимаемой широко, от «Золотого осла» [4] и «Горя от ума» до «Опять двойка». Показное ретроградство и возрождение забытых технологий меж тем не мешают применять технологии новейшие — равно как новиковский призыв к «немедленному прекращению войны в искусстве» не помешает недалеким наблюдателям вскоре обвинять Тимура Петровича в обскурантизме и даже фашизме.
[1] «Пиратское телевидение», где первый отечественный видеохудожник Юрис Лесник был оператором, а Новиков — режиссером и сценаристом, создавалось под Владислава Мамышева-Монро —феерического пародийного шоумена, игравшего поочередно все роли. Видеоперформансы с перерывами продолжались до 1992 года и даже транслировались по государственному телевидению в программе «До 16 и старше». Что это был феномен скорее прежней эпохи, «параллельной реальности», доказывает финальная невостребованность проекта, который легко дал бы фору любым сегодняшним записным телешутникам.
[2] Тканевые новиковские панно, «классический Новиков», суть иллюстрации сразу к двум его теориям. Теория перекомпозиции, или монтажа, велит собирать новые изображения из старых элементов. Теория маленького значка гласит, что современный зритель настолько задавлен тотальной визуальностью вокруг, что для настоящего переживания ему нужны маленькие объекты. Современный Леонардо сделал бы Джоконду размером со спичечный коробок. Практика состояла в том, что выставки и без того легкого на подъем автора теперь в сложенном виде умещались в сумку — и нет проблем на таможне.
[3] Вроде бы сама идея знаменитой инсинуации «Ленин-гриб», озвученной Курехиным в передаче «Пятое колесо», принадлежит на самом деле Тимуру Новикову.
[4] «Золотой осел» — полтора десятка постановочных фотографий, где новоакадемики в костюмах от Константина Гончарова разыгрывают буколические сцены; немного шутливая, налитая неподдельной негой штучка, образцовый продукт Новой академии в первую половину ее истории.
1995–2002
Новая академия и «новый русский классицизм» получают международное реноме. «Первое адекватное современному компьютерному миру направление в искусстве» (это Брюс Стерлинг, идеолог киберпанка). «Первое яркое явление русской культуры, оказавшее влияние на мировой художественный процесс после Казимира Малевича» (Эдвард Люси-Смит, крупный искусствовед и куратор). Запрещение берлинской выставки Новикова «Архитектура в Третьем рейхе» (1995) будто подстегивает автора: ах так, ну смотрите. Притом что «политику не хаваем», провокативно-скользкие темы идут на ура. В Новой академии выступает Дугин; Курехин, к тому времени негласный вождь местных нацболов, пытается свести Новикова с Лимоновым, но Тимур Петрович отклоняет предложение заняться собственно политикой. Молодежь в черном все же заметно меняет гамму публики на новоакадемических мероприятиях. В начале 1997 года Новиков тяжело заболевает во время поездки в Нью-Йорк, где его огромные панно украшают зал Всемирного финансового центра; по возвращении оказывается в больнице, теряет зрение. На его медийной активности это не сказывается, Новиков по-прежнему энергичен, только меняет имидж (черный сюртук, клюка, борода), ходы (главным антигероем выбирается Москва с ее акционистами) и средства (к пропаганде Новой академии подключаются радио и телевидение). Из старых запасов ткани он все же делает иногда персональные выставки, но в основном переключается на кураторскую и идеологическую работу [1]. Новая академия начала 90-х от Новой академии конца 90-х по сути отличается вряд ли. Не больше, чем шуточные розги из назидательного фильма «Золотое сечение», где классицист-учитель Новиков порол незадачливого модерниста-ученика Мамышева-Монро, отличаются от шуточных же топоров, с которыми участники Новой академии, приняв истовый вид, сфотографировались для своего нового издания — «Художественной воли» [2]. Просто костюмированные перформансы как будто теряют всякие рамки, и это дает наблюдателям новоакадемического проекта пищу для споров, что им случается наблюдать: все ту же буффонаду и травестию — или, наоборот, чувство юмора у новоакадемиков отсутствует, а творящееся мракобесие творится всерьез [3]. Движение «Новые серьезные» на базе Новой академии становится последним отзвуком «нового движения» 80-х. Новиков умер 23 мая 2002 года. После его смерти «серьезные» не собирались.
[1] Совместно с Александром Медведевым Новиков пишет и издает «Похищение Европы» и «Похищение разума», представляющие послевоенный модернизм провокацией западных спецслужб, а современных художников — уродами и извращенцами.
[3] В мае 1998 года «Художественная воля» проводит на кронштадтских фортах акцию «Сжигание сует», посвященную 500-летию сожжения Савонаролы. Художники каются в грехах, обещают впредь избегать соблазнов и уничтожают некоторые свои «срамные» произведения.
Могила тимура новикова как найти
Несмотря на дождливую погодку, 18 октября 2008 года на Смоленском православном кладбище прошёл традиционный осенний субботник. В нём приняли участия петербуржцы разных поколений. Дорожки священного некрополя были расчищены от опавшей листвы. Была и знаменитая каша из полевой кухни, и сладкий бодрящий чаёк, такой приятный в сырую погоду после физической нагрузки.
В глубине старинного кладбища, рядом с церковью Анастасии Римлянки находится могила петербургского художника Тимура Петровича Новикова. Загадочный Мастер ушёл из жизни в 2002 году. На его могиле поставлен простой деревянный крест с иконкой Богородицы, обнимающей мальчика Иисуса своими добрыми ласковыми руками.
Активисты петербургского общества некрополистов им. барона Н.Врангеля приняли посильное участие в субботнике на Смоленском кладбище и убрали мокрые, чернеющие листья с могилы Тимура Петровича Новикова. Деревянный крест помолодел и приосанился, а незабытая могила вновь подёрнулась живительной зеленцой травы, ещё стремящейся навстречу скупеющему осеннему солнцу.
Над Смоленским кладбищем висели тучки, накрапывал мелкий дождик. Уставшие после субботника питерцы дружно пили сладкий чаёк из полевой кухни, обсуждали жизнь. А в глубине старинного некрополя, на могиле Загадочного Мастера красным квадратом сиял удивительный фолиант, наполненный любовью к художнику и человеку.
К МОГИЛЕ МАСТЕРА – НА КРАЙ МИРА
В конце 2008 года участники группы «Тимур Новиков», созданной «В Контакте», совершили маленькое путешествие на Смоленское кладбище, чтобы проведать могилку художника Тимура Петровича Новикова (1958-2002). Это была прогулка к могиле загадочного Мастера на край мира… Вы спросите: «Почему на край мира?»
Однажды утром, а именно 14 декабря 2008 г., маленькой компанией почитателей Тимура Петровича Новикова и просто любопытных жителей Земли, мы в полдень встретились на Васильевском ОСТРОВЕ, на станции метро «Василеостровская». И от сей станции направились в сторону Смоленского православного кладбища, к могилке Тимура Петровича.
Наша декабрьская прогулка не была приурочена к определенному дню в жизни Тимура Петровича. Мы просто отправились к могиле Мастера в год его 50-летия («L»), до которого он увы не дожил… Почему в декабре? Наша прогулка произросла по воле судьбы и распустилась у нас на глазах как цветок на снегу. Словно волшебная Роза Пантеона!
По дороге я поведал моим спутницам о городе мертвых, в который мы направлялись. В 2008 году Смоленскому православному кладбищу исполнилось 270 лет. На сей день оно самое старинное из действующих питерских кладбищ. Здесь погребена Святая заступница Петербурга – блаженная «мати Ксения».
Нет, прогулка не была томительной экскурсией с утомительным экскурсоводом! Текла простая беседа. Но, одновременно, это было и начало некой «топографической игры» – мемориальной по своей сути. Ибо, решено было изначально, что после прогулки на кладбище, мы вернемся в «город живых» – на Литейный проспект, в дом № 60 – ведь это первый адрес Тимура Новикова в Петербурге (тогда еще, в Ленинграде)…
Концепция была сформулирована в названии прогулки: «ПЕРВЫЙ И ПОСЛЕДНИЙ: ПИТЕРСКИЕ АДРЕСА ТИМУРА НОВИКОВА». И вот 14 декабря мы шагали к «последнему адресу» Мастера – печальному адресу на краю Петербурга, на краю мира…
Из Каталога «ПРОСТРАНСТВО ТИМУРА»: «Иосиф Бродский и Тимур Новиков встретились много позже, на тимуровской выставке в Стедлик Музеуме в Амстердаме, в сентябре 1993 года. Их беседа, к счастью, записанная, посвящена была родному городу, его пространству, его смыслам и его горизонтам. В беседе Тимур заметил, что для него «Петербург, конечно же, город «на краю». Для петербуржца Васильевский остров – конец мира». Произнося эти слова, Тимур опять же подразумевал свой любимый вид с Троицкого моста» (А.Ипполитов «Пространство Тимура»).
Вступив в большой и безмолвный город мёртвых на Васильевском острове, мы добрели до могилки Мастера по лабиринту кладбищенских дорожек. Вот мы и на знакомом месте. Перед глазами целая роща памятников: деревянных крестов и гранитных стел, убегающих вдаль. Я предложил моим спутницам вопрос: где могила Тимура? Находим её не сразу…
Простой деревянный крест, слегка облупившийся и кое-где треснувший. На кресте православное имя Новикова – Тимофей, данное Мастеру при Святом крещении… У подножия пятачок земли с увядшими травами. Рядом столик и скамеечка из железа. Мы устроились стоя. Из заплечной сумы была извлечена бутылочка красного вина, штопор в виде пушечки, книжка и забавный «закусь» – круглые молочные шоколадки с видом Троицкого собора Александро-Невской лавры…
Пригубив сладкое вино из гнущихся стаканчиков, были вслух зачитаны строки из книги Семена Степановича Гейченко, легендарного директора музея-заповедника «Пушкинские горы». В очерке, посвященном могиле Пушкина, он приводит цитату из обращения к современникам литератора Н.Полевого. В тот день 14 декабря, эта цитата прозвучала на могиле Тимура Петровича Новикова – над простым деревянным крестом, пустившим по телу своему первые мрачноватые трещинки: «…неужели мы не сделаем ничего для почтения памяти поэта? – зазвучали строки над могилой Тимура, – Наш долг ознаменовать воспоминание о Пушкине памятником, достойным его слова и русской чести…
Пусть каждый из нас, кто ценил гений Пушкина, будет участником в сооружении ему надгробного памятника! Наши художники вспыхнут вдохновением, когда мы потребуем от них труда, достойного памяти поэта. И в мраморе или в бронзе станет на могиле Пушкина монумент, свидетель того, что современники умели его ценить. И сильно забьется сердце юноши при взгляде на этот мрамор, на эту бронзу» (С.Гейченко «У Лукоморья». Л., 1973).
И когда торжественное чтение этих строк было окончено, одна из прелестных спутниц, со странным именем Халльвейг, сказала: «На памятнике Тимура обязательно должно быть Солнце!». Я поверил в это сразу. И моему воображению предстал гранитный памятник в форме восходящего Солнца, сияющего окаменевшими лучами. На полукруглом диске, встающем из земли Смоленского кладбища, стройными золотыми буквами начертана краткая эпитафия:
«Тимофей Петрович НОВИКОВ. 1958-2002».
И тонкий православный крестик, вырубленный над именем Мастера…
Такой вот неканонический образ памятника возник в моей душе, взбодренной сладким вином, посреди старинного кладбища на Васильевском ОСТРОВЕ – на краю Петербурга, на краю мира, почти на линии горизонта.
Из Каталога «ПРОСТРАНСТВО ТИМУРА»: «…Но один вид, удивительный, быть может, более всего дает возможность прочувствовать дух города, его genius loci. Это – вид с Троицкого моста, с середины реки, открывающий взгляду безбрежную панораму воды и неба, готовых слиться друг с другом в единое целое, в общее неразделенное пространство, если бы не узкая полоска городских зданий… Тимур часто изображал город именно с этой точки… Нет сомнений, что именно этот вид с Троицкого моста столь прочно засел в сознании Тимура Новикова, став для художника своего рода камертоном, не просто точкой зрения, но точкой отсчета, определяющей его взаимоотношения с миром, временем и пространством» (А.Ипполитов «Пространство Тимура»).
И тут я сделал для себя одно открытие. Пришедшие сюда на Васильевский остров, на Смоленское кладбище – мы оказались не только на том самом «краю города и мира», мы стояли в диаметрально противоположной точке! От горизонта, от могилы Тимура – с края «всего и вся» мы смотрели в ту сторону, где над Невой царственно парила арка Троицкого моста. А на середине моста стоял загадочный бессмертный Мастер, глубокими темными глазами глядевший в нашу сторону, на край мира и за его край.
…Вечером того же дня, согласно задуманной концепции («ПЕРВЫЙ И ПОСЛЕДНИЙ: ПИТЕРСКИЕ АДРЕСА ТИМУРА НОВИКОВА»), наша компания завернула на Литейный проспект, в дом № 60 – в кафе на первом этаже, окнами на проспект. Вход в кафе находится как раз под памятной доской. Нет, не Тимуру Новикову – Владимиру Ильичу Ульянову-Ленину, как бы иронично это не выглядело… А рядом с ней другая памятная доска – писателю Салтыкову-Щедрину. В общем, настоящий петербургский дом с большой историей!
Тимур Новиков. Фото: kinoword.ru
Знакомство, рок-клуб и группа “Кино”
«Я познакомился с Тимуром Новиковым в году 1981-82. Я в гораздо большей степени музыкальный человек, чем художественный, поэтому мы познакомились посредством общих знакомых из Ленинградского рок-клуба. Точно не помню, может быть, нас познакомил Гребенщиков, может, Цой. Тимур на самом деле был большим любителем музыки, активно общался со всевозможными рок-клубовцами. Потом мы много общались в компании
Сергея Курехина, “Новых художников” – Олега Котельникова и так далее. Но все-таки в наибольшей степени, я думаю, мы с Новиковым общались через группу “Кино”. Можно сказать, что он был неофициальным участником этой группы.
Дело в том, что Новиков и участники “Кино” очень дружили. И у Виктора Цоя, и у Георгия Гурьянова были определенные художнические амбиции, ну а Тимур к тому времени был достаточно признанным художником. Новиков рисовал декорации для выступлений “Кино”, “Поп-механики” Сергея Курехина. Он был не просто наблюдателем музыкальной жизни, но и ее постоянным участником».
Три периода Тимура Новикова
«При всей своей экстравагантности Тимур был очень спокойным. В той части биографии Тимура, свидетелем которой я был, я бы выделил три сегмента. Первый – это начало 80-х годов, когда Тимур был подпольщиком и, надо сказать, что тогда он был самым нормальным и симпатичным человеком. Новиков был очень весел, полон идей, энтузиазма и всегда был рад помочь, массу всего выдумывал. Вообще, для художественной среды он был таким же катализатором, каким Курехин был для музыкальной.
«Самолет». 1988. Тимур Новиков
К концу 80-х он стал человеком более статусным и коммерчески ориентированным, тогда стали неплохо продаваться картины, особенно на Западе. Я помню, он вывозил свои тряпочки в довольно больших количествах. Даже шел такой разговор, что Тимур из-за того и начал работать с текстилем что, в отличие от холстов, все эти тряпочки и скатерки можно было запихивать в чемоданы и вывозить на экспорт. Тогда же у Тимура появились более явственные амбиции в преподавании, появилась его Новая Академия изящных наук в Петербурге. Тимур остепенился и стал таким респектабельным статусным человеком.
«Петроградская сторона». 1983. Тимур Новиков
Ну и последняя, самая печальная часть его биографии наступила, когда Тимур заболел, ослеп и отрастил бороду. В этот период я с ним общался крайне мало, но несколько раз я его видел, и, хочу сказать, что Тимур сильно изменился. Естественно, болезнь, тем более, настолько тяжелая, человека меняет. Тимура она изменила удивительным образом: он не выглядел жалким, несчастным. Тимур воспринял свой статус творчески и преобразился в старца. Он тут же постарел буквально лет на тридцать, отрастил длиннющую бороду, у него появились седые волосы. В 2000-м он выглядел лет на 70, за пять лет до этого – максимум на тридцать. Он превратился в старца и по манерам. Стал таким гуру: сидел, выслушивал, благословлял, произносил мудрые речи. Мне как человеку, который знал его в совершенно иные годы и в ином статусе, наблюдать за этим было странно».
О тряпочках и эпохе
«Аполлон, попирающий красный квадрат». 1991.Тимур Новиков
«Тимур Новиков мне всегда был интересен как личность, но я не любитель его творчества. Вот этого нового академизма, неоантичности и так далее. Что касается его псевдоконструктивистских тряпочек, они мне нравятся, но я их воспринимаю скорее как предметы прикладного искусства. Я думаю, по дизайнам Тимура можно было бы делать изумительные рубашки, халаты, обои и все такое. Я боюсь, звучит крайне оскорбительно. Но я не считаю прикладное искусство чем-то заведомо более низким, чем просто искусство. Я скорее признаю в Новикове дизайнера и просветителя нежели самоценного художника.
Ледокол. 1989. Тимур Новиков
Это мое мнение, которое, я думаю, мало кто разделяет. Тимур знал, что я не поклонник его творчества, но также знал, что я его люблю и прекрасно к нему отношусь, поэтому отношения у нас были абсолютно безоблачные.
Эпоха, к которой относился Тимур, к сожалению, была краткосрочной, но яркой. Это был такой советский ренессанс и в рок-музыке, и в художественной среде, и в подпольном кино. Я думаю, тогдашняя питерская сцена уже стала легендарной, и это абсолютно заслуженно. Мне посчастливилось жить в короткую эпоху, которая наверняка войдет в историю искусства. Во всяком случае ничего даже отдаленно похожего в сегодняшнем Петербурге нет. Да и в Москве тоже».
В 1982 году Тимур Новиков создал группу «Новые художники», куда в разные годы входили Евгений Козлов,Георгий Гурьянов, Сергей «Африка» Бугаев, Виктор Цой, Сергей Курехин и другие.
В 1987 году Новиков участвовал в качестве художника и актера в фильме «Асса» Сергея Соловьева. Также «Ассой» называлась также галерея, расположенная в квартире Тимура Новикова.