Многозначность как основа художественных тропов
Типы лексических значений слова. Многозначное слово в художественном тексте. Выразительность речи. Тропы.
Типы лексических значений слова
1. По способу номинации, то есть по характеру связи значения слова с предметом объективной действительности:
Прямое
· Переносное
2. По степени семантической мотивированности:
· Непроизводное (немотивированное, первичное)
· Производное
3. По степени лексической сочетаемости
· Свободные
· Несвободные:
• фразеологически связанные («кромешный» + тьма, ужас, ад)
• синтаксически обусловленные (сущ.в роли прил. «ворона» )
4. По характеру выполняемых назывных функций
Полисемия или многозначность – способность слов иметь несколько значений.
Например: тихий голос (негромкий), тихая погода (безветренная), тихое дыхание
(ровное), тихая езда (медленная). Как правило, разные значения слова связаны между собой. Многозначные слова имеют одну словарную статью, разделенную на подпункты. Первым всегда указывается главное значение, а другие – как производные от этого главного.
ü Метафора – перенос наименования по сходству (макушка человека/дерева (по расположению), шоколадный батончик/загар (по цвету), ласковая мать/волна (перенос одуш.-неодуш.)
ü Синекдоха – соперенимание, использование слова для обозначения целого и части (Лишний рот в семье, начальство приехало)
Многозначностьиспользуется как выразительное средство речи
Выразительность речи – речь, богатая изобразительно-выразительными средствами (в допустимых пределах), правильно построенная и интонированная.
Тропы — такие речевые обороты, которые основываются на употреблении слов в переносном значении. Они используются для усиления выразительности речи пишущего или говорящего.
Каталог файлов
Слова, обозначая предметы, действия, признаки, количество, выступают в прямом значении. Нередко уже имеющиеся слова используются для называния других предметов, признаков, действий. Например, цвет золота переносится на цвет волос: золотые волосы, то есть похожие цветом на золото. При переносе наименования одного предмета (признака, действия) в качестве наименования для другого предмета (признака, действия) у слова образуется новое лексическое значение, которое называется переносным. (Гребень для волос – гребень горы, изумрудная брошь – изумрудная трава, сковать цепью – сковать морозом реку).
Переносное значение является одним из значений многозначного слова.
Многозначность, или полисемия, представляет одну из основ яркости и выразительности русской лексики: сердечный (человек, прием, мышца, тайна, привет, спасибо), брать (ручку, тему для доклада, город, высоту, хитростью, на прицел и др.).
Употребление слова в переносном (а не в прямом, основном) его значении называется тропом. Троп в художественной литературе приобретает особое значение, так как помогает индивидуализации речи, в особенности авторской, подчеркивает в ней оценочный элемент: переносное значение может придать речи и сочувственный, и отрицательный, и иронический, и т.п. характер, применительно к слову и тому явлению, которое за ним стоит (сравнение с розой или сравнение с крапивой).
Различают следующие виды тропов: метафору, метонимию, эпитет, сравнение, гиперболу, олицетворение.
Метафора (от греч.metaphora – перенос) – вид тропа, переносное значение слова, основанное на уподоблении одного предмета или явления другому по сходству или по контрасту; скрытое сравнение: рукав платья – рукав реки, положить под гнет творог – капиталистический гнет (на основе сходства по форме, цвету, свойству или качеству), перо гусиное – перо авторучки, крыло птицы – крыло самолета (на основе сходства по функции).
Уподобление живому существу называется олицетворением.
Буря мглою небо кроет,
Вихри снежные крутя,
То, как зверь, она завоет,
То заплачет, как дитя.
И звезда с звездою говорит.
Уподобление предмету – овеществлением.
Гвозди делать из этих людей:
Крепче б не было в мире гвоздей.
Сравнение – форма поэтической речи, основанная на сопоставлении одного явления или предмета с другим.
Я помню чудное мгновенье;
Передо мной явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.
Гипербола (от греч. hyperbole – преувеличение) – средство художественного изображения, основанное на преувеличении.
И чего это барышни некоторые
Дрожат, пугливо поворачивают
Глаза громадные, как прожекторы?
Эпитет (от греч. epitheton – приложение) – художественное, поэтическое определение, подчеркивающее какое-либо свойство предмета или явления, на которое автор хочет обратить внимание и по поводу которого хочет выразить свое отношение («тучка золотая», «серебряные росы», «бой идет святой и правый»).
Постоянный эпитет – устойчивое образно-поэтическое определение предмета или явления, выраженное преимущественно прилагательным, определяет предмет с точки зрения воплощения в нем высшего качества или совершенства: чистое поле, желтые пески, темный лес, добрый молодец, красная девица.
Урок с презентацией по литературе «Основные виды тропов, основанные на употреблении слова в переносном значении»
«Управление общеобразовательной организацией:
новые тенденции и современные технологии»
Свидетельство и скидка на обучение каждому участнику
Выбранный для просмотра документ Тропы.doc
Количество учащихся – 15
Тема урока : Основные виды тропов, основанные на употреблении слова в переносном значении
— выявить их роль в текстах художественного стиля.
— развивать умение анализировать языковой материал;
— умение работать с текстом художественного стиля;
— формировать устойчивый интерес к предмету путем соприкосновения с поэтическим словом, музыкой, живописью и искусством художественной фотографии.
Воспитательные: воспитывать любовь к родной природе, интерес к русской поэзии.
Тип урока : урок изучения и первичного закрепления новых знаний.
Формы работы : коллективная и индивидуальная.
Оборудование : ПК, проектор, презентация, таблички с названиями терминов.
На доске тема, термины: тропы, риторика, экспрессия (яркое проявление чувств, настроений, мыслей) повышенная выразительность произведений искусства – экспрессивность).
1. Организация начала урока. Определение готовности к совместной деятельности, мобилизующее начало.
2. Постановка цели и задач урока. Формулировка цели и задач урока, осознание и принятие их учащимися.
Здравствуйте, ребята, сегодня мы принимаем гостей. Это учителя русского языка и литературы нашего района. И мы проведем открытый урок. Я желаю всем хорошего настроения и успехов в постижении нового. А узнаем мы сегодня, что такое выразительные средства языка (эпитет, метафора, сравнение), для чего их автор использует в произведении, Поучимся сами их находить в художественном тексте. Посмотрим красивые виды волшебницы зимы, послушаем музыку.
Знакомство с текстом М. Пришвина.
— Определите стиль текста.
— Представьте, что вы художник. Ваша задача изобразить с помощью красок тот пейзаж, который словами описан М.Пришвиным.
— Что вы изобразите на картине? Светлые или темные тона вы выберете и почему?
— Какие слова помогли вам представить картину, нарисованную писателем? Какие из них употреблены в переносном значении?
— Подберите к тексту заглавие.
— Сравните ваш вариант с авторским – «Рубиновый глаз».
Введение нового материала. (5 минут)
— Прочитайте предложения. Одну и ту же или разные мысли они выражают? Какое из них больше соответствует художественному стилю?
— Предложения содержат одну мысль, но в первом – слова обычные, повседневные, а во втором – особые, что придает выразительность речи. Эти слова называются ТРОПАМИ. О них мы и будем сегодня говорить.
— Слово ТРОП пришло к нам из древнегреческой риторики – науки о красноречии. Её создатели утверждали, что у человека есть одно естественное положение тела, как у оловянного солдатика: высоко поднятая голова, руки по швам. А все остальное – это позы или фигуры. Так и в языке: есть мысль, ее нельзя менять, иначе изменится смысл сказанного. Но одну и ту же мысль можно выразить с помощью фигуры слова, т. е. используя слово в переносном значении. В Древней Греции такие фигуры слова и называли тропами, что в переводе с греческого означает “оборот”.
— Мы познакомимся сегодня с некоторыми самыми распространёнными тропами.
— Перенесите опорную схему в тетради.
Введение понятия МЕТАФОРА.
Запись термина в тетрадь
— Понаблюдаем, как рождается метафора. Для начала отгадайте загадку. Что это? (Снежинка). Верно.
— Поэт заметил, что снежинка чем-то похожа на звёздочку. Чем же именно? ФОРМОЙ
— На основе сходства признаков двух предметов рождается сравнение: снежинка как звёздочка. На основе этого сравнения название одного предмета (звёздочка) переносится на другой предмет (снежинку). Так рождается метафора.
— Понаблюдаем, на основании сходства каких признаков предмета может появиться метафора.
— ЦВЕТ ++ определение (возврат)
— ХАКАРТЕР ДЕЙСТВИЯ ++ (возврат)
— Делаем вывод о роли метафоры в художественном тексте.
Запишем в тетрадь роль метафоры.
— Запишите любой стихотворный отрывок, подчеркните метафору.
Введение понятия ОЛИЦЕТВОРЕНИЕ. (4 минуты)
Запись термина в тетрадь.
— Как вы понимаете смысл слова ОЛИЦЕТВОРЕНИЕ? Что значит олицетворить?
— Запишите один из поэтических фрагментов, подчеркните олицетворение.
Введение понятия ЭПИТЕТ. (8 минуты)
— Эпитет в переводе с греческого означает «приложение», «прилагаемое». Чем обычно являются прилагательные в предложении? (определением)
— Запишите предложение, подчеркните в нём все определения.
— Какие из этих прилагательных употреблены в прямом значении, а какие – в переносном?
— Прилагательные, употреблённые в переносном значении, придают речи особую образность, помогают автору ярко описать предмет, но и выразить к нему своё отношение. Такие прилагательные и являются эпитетами.
— Есть специальные словари эпитетов. В одном из таких словарей названо более 100 эпитетов к слову СНЕГ. На слайде приведены 20 примеров из этого словаря. Запишите 8 – 10 наиболее понравившихся вам эпитетов в тетради.
— А вот какой снег у А.С.Пушкина – ВОЛНИСТЫЙ и РЯБОЙ. Как вы думаете, почему поэт выбрал эти слова?
— В стихотворении А.С.Пушкина есть ещё и так называемый ПОСТОЯННЫЙ ЭПИТЕТ. Назовите его. (Поле чистое, девица красная, добрый молодец, солнце ясное). Где мы встречались с постоянными эпитетами?
— Будет ли эпитетом прилагательное СТОЛБОВОЙ? Что обозначает это слово? (Больщая дорога с верстовыми столбами. Раньше расстояние измеряли верстами. Верста чуть больше 1 км. Сейчас на дорогах указывают км, а раньше версты. Столбовая – это название).
Эпитеты- неодетый лес, рубиновый глаз, морозная тишина.
Лексика художественной речи. Многозначность слова. Виды тропов (на первую часть ничего нет).
Тропы [греческое tropoi] — термин античной стилистики, обозначающий художественное осмысление и упорядочение семантических изменений слова, разнообразных сдвигов в его семантической структуре.
Определение Т. принадлежит к числу наиболее спорных вопросов уже в античной теории стиля. «Троп, — говорит Квинтилиан, — есть изменение собственного значения слова или словесного оборота, при котором получается обогащение значения. Как среди грамматиков, так и среди философов ведется неразрешимый спор о родах, видах, числе тропов и их систематизации».
Основными видами Т. у большинства теоретиков считаются: метафора, метонимия и синекдоха с их подвидами, т. е. Т., основанные на употреблении слова в переносном значении; но наряду с этим в число Т. включается и ряд оборотов, где основное значение слова не сдвигается, но обогащается путем раскрытия в нем новых дополнительных значений (созначений) — каковы эпитет, сравнение, перифраза и др. Во многих случаях уже античные теоретики колеблются, куда отнести тот или другой оборот — к Т. или к фигурам. Так, Цицерон относит перифразу к фигурам, Квинтилиан — к тропам. Оставляя в стороне эти несогласия, можно установить следующие виды Т., описанные у теоретиков древности, Ренессанса и Просвещения:
1. Эпитет (греческое epitheton, латинское appositum) — определяющее слово, преимущественно тогда, когда оно прибавляет новые качества к значению определяемого слова (epitheton ornans — украшающий эпитет). Ср. у Пушкина: «румяная заря»; особое внимание теоретики уделяют эпитету с переносным значением (ср. у Пушкина: «дней моих суровых») и эпитету с противоположным значением — так наз. оксюморону (ср. Некрасова: «убогая роскошь»).
2. Сравнение (латинское comparatio) — раскрытие значения слова путем сопоставления его с другим по какому-то общему признаку (tertium comparationis). Ср. у Пушкина: «быстрее птицы младость». Раскрытие же значения слова путем определения его логического содержания называется истолкованием и относится к фигурам (см.).
3. Перифраза (греческое periphrasis, латинское circumlocutio) — «способ изложения, описывающий простой предмет посредством сложных оборотов». Ср. у Пушкина пародийную перифразу: «Юная питомица Талии и Мельпомены, щедро одаренная Аполлоном» (вм. молодая талантливая актриса). Одним из видов перифразы является евфемизм — замена описательным оборотом слова, по каким-либо причинам признаваемого непристойным. Ср. у Гоголя: «обходиться с помощью платка».
В отличие от перечисленных здесь Т., построенных на обогащении неизмененного основного значения слова, следующие Т. построены на сдвигах основного значения слова.
4. Метафора (латинское translatio) — «употребление слова в переносном значении». Классический пример, приводимый Цицероном — «ропот моря». Стечение многих метафор образует аллегорию и загадку.
5. Синекдоха (латинское intellectio) — «случай, когда целая вещь узнается по малой части или когда по целому узнается часть». Классический пример, приводимый Квинтилианом — «корма» вместо «корабль».
6. Метонимия (латинское denominatio) — «замена одного названия предмета другим, заимствуемым у родственных и близких предметов». Ср. у Ломоносова: «читать Вергилия».
7. Антономасия (латинское pronominatio) — замена собственного имени другим, «как бы извне заимствованным прозвищем». Классический пример, приводимый Квинтилианом — «разрушитель Карфагена» вместо «Сципион».
8. Металепсис (латинское transumptio) — «замена, представляющая как бы переход от одного тропа к другому». Ср. у Ломоносова — «десять жатв прошло. здесь через жатву разумеется лето, через лето — целый год».
Таковы Т., построенные на употреблении слова в переносном значении; теоретики отмечают еще возможность одновременного употребления слова в переносном и прямом смысле (фигура синойкиозы) и возможность стечения противоречащих друг другу метафор (Т. катахрезы — латинское abusio).
Наконец выделяется ряд Т., в к-рых изменяется не основное значение слова, но тот или иной оттенок этого значения. Таковы:
9. Гипербола — преувеличение, доведенное до «невозможности». Ср. у Ломоносова: «бег, скорейший ветра и молнии».
10. Литотес — преуменьшение, выражающее посредством отрицательного оборота содержание положительного оборота («немало» в значении «много»).
11. Ирония — выражение в словах противоположного их значению смысла. Ср. приводимую Ломоносовым характеристику Катилины у Цицерона: «Да! Человек он боязливой и прекроткой. «.
Основными Т. теоретики нового времени считают три Т., построенных на сдвигах значения — метафору, метонимию и синекдоху. Значительная часть теоретических построений в стилистике XIX—XX вв. посвящена психологическому или философскому обоснованию выделения этих трех Т. (Бернгарди, Гербер, Вакернагель, Р. Мейер, Эльстер, Бэн, Фишер, на русском языке — Потебня, Харциев и др.). Так пытались обосновать различие между Т. и фигурами как между более и менее совершенными формами чувственного воззрения (Вакернагель) или как между «средствами наглядности» (Mittel der Veranschaulichung) и «средствами настроения» (Mittel der Stimmung — Т. Фишер). В том же плане пытались установить и различия между отдельными Т. — напр. хотели видеть в синекдохе выражение «непосредственного воззрения» (Anschaung), в метонимии — «рефлексии» (Reflexion), в метафоре — «фантазии» (Гербер). Натянутость и условность всех этих построений очевидны. Поскольку, однако, непосредственным материалом наблюдения являются языковые факты, ряд теоретиков XIX в. обращается к лингвистическим данным для обоснования учения о Т. и фигурах; так Гербер противопоставляет Т. как стилистические явления в области смысловой стороны языка — фигурам как стилистическому использованию синтактико-грамматического строя языка; на связь стилистических Т. с кругом семантических явлений в языке (в особенности на ранних ступенях его развития) настойчиво указывают Потебня и его школа. Однако все эти попытки найти лингвистические основы стилистических Т. не приводят к положительным результатам при идеалистическом понимании языка и сознания; только при учете стадиальности в развитии мышления и языка можно найти лингвистические основы стилистических Т. и фигур, в частности разъяснить текучесть их границ как результат текучести границ между семантикой и грамматикой в языке, — см. «Семасиология«, «Синтаксис«, «Язык«. Следует далее помнить, что лингвистическое обоснование стилистических Т. отнюдь не заменяет и не устраняет необходимости литературоведческого их рассмотрения как явлений художественного стиля (как это пытались утверждать футуристы). Оценка же Т. и фигур как явлений художественного стиля (см.) возможна лишь в результате конкретного литературно-исторического анализа; в противном случае мы вернемся к тем отвлеченным спорам об абсолютной ценности тех или других Т., к-рые встречаются у риторов древности; впрочем, и лучшие умы древности оценивали Т. не абстрактно, а в плане применимости их в жанрах реторических или поэтических (так — Цицерон, Квинтилиан).
(То же, только расширенный вариант)
Тропы — семантические преобразования языковых единиц, которые в определенном контексте трансформируют их значение путем установления отношения адекватности с единицами из другой предметной области.
Ср., например, контекст из Б.Пастернака, в котором отношение адекватности устанавливается между неживой и живой природой: Роса бросает ветки в дрожь, Струясь, как шерсть на мериносе.
При образовании тропов активную роль играет ассоциативное мышление. Тропы реорганизуют семантическое пространство языка и, снимая в нем границы между реальным и возможным, создают основу для постижения глубинной структуры реальности особым, «новым» способом, порождая «парадоксальную семантическую ситуацию».
В число основных тропов входят метафора, метаморфоза, метонимия, синекдоха (разновидность метонимии), гипербола, литота. По способности реорганизовывать семантическое пространство высказывания к тропам близко примыкают стилистические фигуры — сравнение, эпитет, оксюморон, которые часто вступают во взаимодействие с основными тропеическими преобразованиями. Вместе они образуют так называемые фигуры переосмысления, которые объединяются в определенные группы.
Обычно по типу семантической трансформации в один ряд ставят сравнение, метафору и метаморфозу как разноструктурные «компаративные тропы».
Сравнением называется образное словесное выражение, в котором изображаемое явление явным образом уподобляется другому по какому-либо общему для них признаку, и при этом в объекте сравнения выявляются новые, неординарные свойства. Так, в контексте из А.Ахматовой Был голос как крик ястребиный, Но странно на чей-то похожий непосредственно сопоставляются два явления — голос и крик ястребиный: в данной стилистической фигуре голос — это сравниваемый предмет, крик ястребиный — образ сравнения (предмет, с которым происходит сопоставление), причем основанием сравнения является тональность звучания того и другого. Затем у И.Бродского в стихотворении Осенний крик ястреба новая сравнительная конструкция будет служить продолжением ахматовской, но в ней уже крику ястреба будет присваиваться свойство «визга эриний», при этом Бродский выделяет как объект сравнения и клюв, из которого летит крик, а образом сравнения для него выступает паронимичный «крику» крюк: ср. И тогда он кричит. Из согнутого, как крюк, клюва, похожий на визг эриний, вырывается и летит вовне механический, нестерпимый звук… Само же заглавие Бродского Осенний крик ястреба в сопоставлении с «голосом» поэта представляет собой метафору.
Метафора — это такое семантическое преобразование, при котором образ, сформированный относительно одного класса объектов, прилагается к другому классу или конкретному представителю класса (в нашем примере: образ ’пронзительного крика птицы’ прилагается к ’голосу поэта’). Сокращая сравнение, метафора вносит изменения в интерпретацию того свойства, которое служит основанием для уподобления.
При своей реализации в тексте метафора может актуализировать и признаки буквального значения, создавая единый метафорический контекст: ср…….. и при слове «грядущее» из русского языка Выбегают мыши и всей оравой Отгрызают от лакомого куска Памяти, что твой сыр дырявой… Жизнь, которой, как дареной вещи, не смотрят в пасть, обнажает зубы при каждой встрече… (И.Бродский). При этом развертывание метафоры в тексте Бродского интертекстуально: оно задано пушкинской генитивной метафорой жизни мышья беготня.
Нередко в поэтических контекстах сравнение непосредственно перерастает в метафору, в том числе и генитивную, раскрывая основание ее образности: ср. Вон, точно карты, полукругом расходятся огни. Гадай, дитя, по картам ночи, Где твой маяк (А.Блок). Сравнение, перерастающее в метафору-сравнение, может задаваться и сравнительной степенью прилагательного, что подчеркивает плавность перехода одного преобразования в другое: ср. Пронзительный, резкий крик страшней, кошмарнее ре-диеза алмаза… (И.Бродский).
Общность компаративных тропов выражает себя также в том, что возможен и обратный порядок семантических трансформаций — а именно, метафора разрешается сравнением: Безоблачное небо. Вороны черный зонт. Сверкнул, как ручка, клюв (А.Вознесенский). В этом случае метафора не самодостаточна, и для ее понимания необходимо обнажение основания сравнения — отсюда раскрытие генитивной метафорической конструкции в чисто сравнительную.
Очевидно, что в развитии метафорического значения в компаративных тропах большую роль играют эпитеты — определения, акцентирующие в образном объекте признаки, которые одновременно необходимы как для развития переносного значения метафорической конструкции, так и для ее соотнесения с реальностью: ср. Плывет над нами синим парашютом Большое небо родины моей (Е.Долматовский). В то же время эпитет сам по себе может придавать всей конструкции метафорическое значение, формулируя образные признаковые сближения: ср. Отлетела от меня удача, Поглядела взглядом ястребиным На лицо, померкшее от плача…
Последние примеры впрямую подводят нас к тропеическому преобразованию, носящему название метаморфозы. В метаморфозе признак сравнения заключен в форму творительного падежа имени: ср. И слава лебедью плыла Сквозь золотистый дым (А.Ахматова). Недаром метаморфозу считают переходным преобразованием между метафорой и сравнением, на что указывает возможность ее семантического развертывания при помощи глагола казаться: ср. у И.Анненского: Пятым действием драмы Веет воздух осенний, Каждая клумба в парке кажется свежей могилой (ср. клумба, как свежая могила). В то же время сама форма творительного падежа преобразованного имени в метаморфозе всегда находится в зависимости от глагольного действия (ср. Пятым действием драмы Веет воздух), которое, собственно, и создает метаморфозу, т. е. переводит значение имени в творительном падеже в иную семантическую плоскость. Точнее, имеет место предикативная ассимиляция, свойственная всем компаративным тропам, но в метаморфозе она проявляет себя наиболее очевидно. Ср. Снежный лебедь Мне под ноги перья стелет (М.Цветаева), где «снежный лебедь» является метафорой снега, и На пушистых ветках Снежною каймой Распустились кисти Белой бахромой (С.Есенин), где мы имеем дело с двойной метаморфозой.
Метонимия является таким семантическим преобразованием, которое является дополнительным по отношению к метафоре. А именно, метонимия — это троп, который переносит наименование предмета или класса предметов на другой класс или отдельный предмет, ассоциируемый с данным по смежности, сопредельности или вовлеченности в ту же ситуацию на основании временных, пространственных характеристик или причинных связей.
Ср.Чей-то пьяный голос молил и злился У соборных стен (М.Цветаева); Полюбил я грустные их взорыС впадинами щек (С.Есенин); Будто флейта заиграла Из-за толстого стекла (М.Кузмин).
Различие метафоры и метонимии сводится к тому, что метафора создает словесный образ, проецируя друг на друга два различных денотативных пространства, тогда как метонимия осуществляет преобразование на основании соположения двух вербальных образов в пределах одного и того же денотативного пространства. Такая разнонаправленность позволила в свое время Р.Якобсону связать метафору с парадигматическими, а метонимию — с синтагматическими механизмами порождения языковых значений и текста.
Именно благодаря взаимодействию метафоры и метонимии в книге Сестра моя — жизнь и наблюдается синтез поэтических методов импрессионизма и кубизма, присущих Пастернаку: признаковая стереоскопия обретает реальность в значимом для каждого текста денотативном пространстве за счет уподобления предикатов и взаимопроникновения субъекта и объектов в формально-семантической структуре текста. Такое взаимопроникновение на поверхностном уровне текста часто выражается метаморфозой — творительным падежом имени, который, собственно, и вовлекает в образную ситуацию все множество временных, пространственных и инструментальных связей и признаков: Сестра моя — жизнь и сегодня в разливе Расшиблась весенним дождем обо всех… у Пастернака.
Иногда в числе тропов называют и олицетворение, однако данная семантическая трансформация, состоящая в присвоении признака «духовности» объектам неживого мира, нередко основывается на метафорических и метонимических смещениях значения. Чаще всего олицетворение возникает за счет привлечения в общий метафорический контекст «олицетворяющей» детали, благодаря которой и происходит распространение образного смысла по метонимической оси: Пели пули, били пулеметы, ветер упирал ладони в грудь…; Все безрадостнее, все явственнее ветер за плечи рвет года (Н.Асеев).
Подобные «олицетворяющие» детали как раз и проявляются за счет формирования общих ассоциативных линий в пространстве метафорических и метонимических переносов, при этом ассоциативные элементы могут дополняться и признаками, вводимыми эпитетами и открытыми сравнениями: Снедаемый небом, с зимою в очах, Распухший кустарник был бел, как испуг (Б.Пастернак).
Оксюморон также является семантическим преобразованием, образный потенциал которого рождается на взаимопроникновении разнонаправленных смысловых элементов. Однако в нем взаимодействуют не различные денотативные пространства, а разнонаправленные, антонимичные семантические признаки, соприкосновение которых на поверхностном уровне происходит преимущественно в атрибутивных (ср. живой труп у Л.Толстого, горячий снег у Ю.Бондарева — конструкция прилагательное + существительное и отрава поцелуя у М.Лермонтова — генитивная конструкция) либо адвербиальных синтаксических конструкциях, в основе которых также лежит принцип согласования противопоставленных признаков (ср. Смотри, ей весело грустить, / Такой нарядно обнаженной у А.Ахматовой), а также нередко и в форме образного сравнения (ср. у Пастернака: Жар наспанной щеки и лоб / В стекло горячее, как лед, / На подзеркальник льет).
Во всех этих случаях слияние компонента, представляющего предицирующий признак, и компонента, представляющего предмет, действие или явление, подвергающееся определению, гораздо сильнее обычного семантического согласования. А именно, в них предикативное уподобление происходит за счет устранения разнонаправленности семантики каждого из компонентов, и поэтому эти компоненты перестают существовать в отдельности, а мыслятся как единое целое. Нередко такая ассимиляция отражает цветовосприятие (ср. И осенняя белая копоть Паутиною тянет в окно у Пастернака) или становится основой синестетического восприятия, отлитого в форму сложного эпитета (ср. И над миром, холодом скован, Пролился звонко-синий час… у Блока). Ср. подобные же синестетические конструкции со сложными эпитетами: глухо-пепельно-оранжевая туча (Ю.Нагибин), влажно-зеленая тишина (В.Шугаев), тоскливо-белые стены (И.Анненский); мучительно-черный стручок (И.Анненский).
По несоразмерности выведенного на поверхность качества к подобным преобразованиям близко примыкают такие тропы, как количественная метафора (Буйство глаз и половодье чувств у С.Есенина) и гипербола (Небо в бездне поводов, Чтоб набедокурить у Б.Пастернака), семантический перенос в которых основан на нагнетании признакового значения до полного неправдоподобия. Такое нагнетание часто наблюдается и в конструкциях со сложными эпитетами, одна часть которых называет цвет или признак, а вторая его усиливает, нередко подчеркивая губительную природу данного признака или переводя его из одной сферы восприятия в другую: адски-черные очи (В.Бенедиктов), ядовито-красные губы (М.Горький), нестерпимо белые стены (Ю.Нагибин), приторно-белое лицо, резко-белые руки (И.Бунин).
Основой гиперболы так же, как в оксюмороне, является особое внутреннее напряжение внутри всей тропеической конструкции, которое может создаваться разными формальными средствами. Кроме чисто семантических преобразований, большую роль при создании гиперболического образа может играть и звуковая организация текста, в частности, явление паронимической аттракции, как, например, в тексте Б.Пастернака Десятилетие Пресни:
Тому грядущему, быть ему
Второе понимание литоты связано с намеренным ослаблением в тексте классифицирующего признака или свойства предмета. Оно достигается либо двойным отрицанием признака (небесполезный, не без любви), либо присоединением отрицания к словам и выражениям, имеющим негативное значение (не лишенный чувства юмора, неглупый). В результате мы имеем дело с высказываниями, которые, с одной стороны, по своему логическому содержанию равны конструкциям, лишенным отрицания (ср. полезный, с любовью, с чувством юмора, умный), но с другой — в которых сильно ослаблена уверенность, что данный признак или качество присущи объекту в полной мере: Разлуку, наверно, неплохо снесу, Но встречу с тобою — едва ли (Ахматова).
К тропам (или стилистическим фигурам) также часто относят и иронию — высказывание, в котором языковые выражения приобретают смысл, обратный буквально выраженному или отрицающий его: Нам всем грозит свобода Свобода без конца Без выхода, без входа Без матери-отца (начало стихотворения Д.Пригова, написанного в начале 1990-х годов).