Мифы месопотамии как исторические источники
Мифология Древней Месопотамии
Все статьи сайта → Философия → Мифология Древней Месопотамии
Содержание статьи:
Шумерская мифология
В мифологическом образе Абзу шумеры олицетворяли пресноводный хаос. Именно его они обнаружили в южной части Месопотамии: тростниковые болотистые джунгли, набитые москитами, змеями, львами и другой живностью. В недрах Абзу зародилась праматерь Намму. Абзу и Намму лишь отчасти демифологизированы. Третье звено шумерской теогонии — гигантская гора Кур с глиняным основанием и оловянной вершиной. Это не является случайным, так как там, где жили шумеры, почва глинистая, а раскаленное небо похоже на жидкое олово. Шумеры делали из глины и дома, и книги. Таковы три первых звена шумерской теогонии. Они космогоничны, особенно третье, где олицетворение отсутствует.
Однако далее представлена настоящая теогония. В основании горы находится богиня земли Ки, а на вершине — бог неба Ан. Ан и Ки, Небо и Земля, порождают воздух, т. е. богиню воздуха Нинлиль и бога воздуха Энлиль. Именно Энлиль разделил Небо и Землю, поднял Ан над Ки. Так образуется космическое зияние, та сцена, на которой развертывается далее жизнь людей и богов. Другой сын Ан и Ки, Энки, — бог подземных вод и Мирового океана. Внуки Неба и Земли — бог Луны Наннар, бог подземного царства Нергал и др. Правнук — бог Солнца Уту; правнучки — богиня подземного царства Эрешкигаль, супруга своего дяди Нергала, и богиня планеты Венера, царица неба, богиня любви и плодородия Иннана. Перечислять других богов шумерской мифологии слишком утомительно и не имеет смысла. В этой кровнородственной системе и осваивались явления природы. Солнце происходило от Луны, Луна — от воздуха, воздух — от Земли и Неба. Как ни фантастична такая картина, она позволяла неким образом ориентироваться в мироздании.
Людей, согласно шумерской мифологии, создал вышеупомянутый Энки, брат Энлиля, сын Ан и Ки. В отличие от Абзу — пресноводного хаоса, Энки — это уже освоенная людьми стихия воды. Энки мудр и добр к людям. Он заселяет Тигр и Евфрат рыбой, леса — дичью, учит людей земледелию и строительству. Остальные боги враждебны к человеку. Решив погубить людей, они задумывают всемирный потоп. Энки предупреждает о нем некоего Зиусидру, и этот шумерский Ной спасается сам и спасает своих ближайших родственников. Таковы шумерские истоки библейского мифа о всемирном потопе. Шумерская мифология знала и прототип библейского рая. В стране Дильгун нет ни зла, ни болезней, ни смерти.
Аккадо-вавилонская мифология
Она сложилась на основе шумерской. Шумерскому Ан соответствует аккадский Ану, Энлилю соответствует Эллиль, Иннане — Иштар, Энки — Эа. Однако аккадский бог Солнца — Шамаш, а не Уту. Были и другие расхождения между шумерской и аккадской мифологиями.
«Энума элиш»
Наиболее значительным явлением аккадо-вавилонской месопотамской мифологии в целом была теогоническая поэма «Энума элиш» («Когда вверху. »). Она записана на семи глиняных табличках, найденных в библиотеке Ашшурбанипала. Поэма начиналась так: «Когда вверху небеса не были названы и не имела названия внизу земля, а изначальный Апсу, их родитель, Мумму и Тиамат, родившая всех, вместе воды мешали, когда еще не были сформированы деревья и не был виден тростник, когда никто из богов еще не появился, когда имена еще не были названы, не определялась судьба, тогда боги были созданы посредине небес».
Новые боги стремятся организовать хаос, олицетворяемый в смутных образах Апсу, Мумму и Тиамат. Организовать первородный хаос значило прежде всего отделить влагу от тверди, воздух от огня. Аккадский Энки — бог Эа усыпляет Апсу и расчленяет его. Он же связывает Мумму. Однако третье лицо хаоса — Тиамат плодит чудовищ и склоняет на свою сторону бога Кингу. Все новые боги в ужасе. Лишь сын Эа бог Мардук решается сразиться с Тиамат и ее союзниками. Но предварительно он вырывает у деморализованных богов согласие на свое превосходство. Так вавилонские жрецы обосновали возвышение дотоле рядового городка Вавилона над другими городами. Мардук был богом города Вавилона, другие боги — богами других городов. Это пример идеологической функции мифологии в условиях раннеклассового общества.
Мардук победил Тиамат. Он рассек ее тело на две половины. Из нижней Мардук сотворил землю, из верхней — небо. Далее бог Вавилона сын Эа создает созвездия, времена года и двенадцать месяцев, животных, растений и человека.
Человек двойствен. Его тело состоит из глины с примесью крови казненного Мардуком бога-предателя Кингу. Его душа — плод дыхания Мардука.
Нисхождение Иштар
Нисхождение Иштар — это земледельческий календарный миф. Такие мифы были у всех народов. Они объясняли смену времен года и годовой цикл земледельческих работ. В Шумере это миф о Иннане и Думузе. В Вавилонии ему соответствовал миф об Иштар и Таммузе. Таммуз — возлюбленный Иштар — умирает, уходит в «страну без возврата», в подземное царство мертвых, где царствуют Нергал и Эрешкигаль, ненавидящая свою младшую сестру Иштар. Поэтому, когда Иштар, желая вернуть Таммуза, нисходит в мертвое царство, Эрешкигаль насылает на нее 60 болезней и задерживает. На земле нет больше богини плодородия и любви, не рождаются ни животные, ни люди. Боги встревожены. Не станет людей — кто будет приносить им жертвы? Поэтому они вынуждают Эрешкигаль отпустить и Иштар, и Таммуза. На земле снова наступает весна — пора любви.
Эпос о Гильгамеше
Сказание о Гильгамеше — величайшее поэтическое произведение древневосточной литературы. Песни о Гильгамеше записаны клинописью на глиняных табличках на четырех древних языках Ближнего Востока — шумерском, аккадском, хурритском и хеттском. Древнейшие тексты шумерские. Им три с половиной тысячи лет. Чуть моложе первые сохранившиеся записи аккадской поэмы о Гильгамеше. Окончательная версия поэмы сложилась в первой половине первого тысячелетия до н. э. Соответствующий текст сохранился. Это и есть «Эпос о Гильгамеше, или О все видавшем». Если «Энума элиш» — пример религиозно-мифологического мировоззрения, то «Эпос о Гильгамеше» — выражение художественно-мифологического мировоззрения. В центре эпоса человек-богоборец, претендующий на бессмертие.
Гильгамеш отправляется в путешествие за бессмертием к Утнапишти. Это аккадский Зиусидру. Утнапишти-Зиусидру некогда получил от богов дар бессмертия. Утнапишти вручает Гильгамешу «траву бессмертия», но тот ее на обратном пути теряет.В эпосе о Гильгамеше с большой силой прозвучала мировоззренческая тема жизни и смерти, тема трагизма бытия человека. Человек осознает свою конечность на фоне бессмертия богов и вечности мироздания. Необузданный нрав деспота Гильгамеша обуздывается сознанием своей смертности, не утрачивая при этом своего деятельного начала. Гильгамеш начинает благоустраивать свой город. В нем зарождается догадка, что бессмертие человека в его делах, в его творчестве.
Легенда о Гильгамеше. Мультфильм
«Беседа господина и раба»
Здесь отражено сознание тщетности жизни. Все тщетно: и надежда на щедрость царя, и надежда на радость пиршества, и надежда на любовь женщины, и надежда на благородство людей, и, наконец, надежда на посмертное воздаяние и на саму жизнь после смерти.
Однако дальше сомнения и отчаяния предфилософская мысль Вавилонии не идет. Эта мировоззренческая мысль обращается против самой себя и проповедует бездумье. Господин приходит к выводу, что надо ни о чем не думать и прожигать свою жизнь.
«Беседа господина и раба» — свидетельство глубокого кризиса авторитарного религиозно-мифологического мировоззрения и в тоже время бессилия мировоззренческой мысли подняться в условиях общества бронзового века на второй, философский уровень, где осознание своей смертности человеком компенсируется сознанием бессмертия человеческой мысли.
Мифы Месопотамии
Древние наблюдатели видели в Месопотамии земной рай, не всегда сознавая, какими титаническими усилиями здесь создавалось изобилие. Текущие с гор Урарту Тигр и Евфрат с их многочисленными притоками переполнялись весною талыми водами и превращали низины Междуречья в сплошное болото. Требовались постоянные усилия, чтобы отводить излишние воды в каналы, очищать русла каналов от ила. Зато урожай на поливных землях был фантастически велик. Кроме воды и почвы Месопотамия не имела природных богатств, какими обладали соседние страны. Ни камня, ни леса, ни металлов. Жилища приходилось строить из глины и тростника, используя в лучшем случае обожженные на солнце кирпичи. Нефть, которой славится современная Месопотамия, была известна в самые отдаленные времена. Но применение ее в древности было ограниченным.
Древнейшим народом Месопотамии, о котором нам известно из оставленных им же письменных памятников, были шумеры. Эти памятники были извлечены еще в прошлом веке из песчаных холмов, возникших на месте древних городов. Но только в XX в. удалось прочесть и понять шумерские тексты, открывшие поразительный мир шумерской культуры. Теперь ни у кого не вызывает сомнений, что в этот мир уходят корнями выросшие на территории обитания шумеров (нижнее течение Тигра и Евфрата, впадающих в Персидский залив) аккадская, вавилонская, ассирийская цивилизации, а вслед за ними культуры всей Передней Азии.
Наряду с текстами хозяйственного назначения и государственными актами шумеры оставили на глиняных табличках и записи своих мифов. Вслед за шумерами их пересказывали аккадяне, вавилоняне, ассирийцы, хетты. Значение мифов один современный знаток шумерской культуры, много сделавший для их понимания, выразил заголовком своей книги «История начинается в Шумере». Вместе с мифами мы погружаемся на глубину пяти и более тысячелетий. Мифы раскрывают представления о месте человека в мире, о его зависимости от могущественных сил природы и от богов, сотворенных по образу людей. Мифы – это священная история, где наряду с богами выступают предки, прародители, давшие жизнь «черноголовым» (так себя называли шумеры) и лишившие их по оплошности главного блага, которым пользовались сами, – бессмертия. В мифах существуют в неразрывном единстве религия, философия, история, поэзия и искусство. Из этих текстов мы узнаем, что думали шумеры и аккадяне о происхождении вселенной и небесных светил, гор, морей, природных явлений, как они представляли себе возникновение человечества и начало его хозяйственной деятельности. Мифы, в отличие от близких к ним по форме, но более поздних по времени возникновения сказок, не только развивают наше воображение, но и обогащают знаниями об отдаленном историческом прошлом. Наиболее очевидным проявлением историзма шумерских мифов является то, что мифологическое повествование открывается введениями‑запевками такого типа: «в давние дни», «в давние ночи», «в стародавние ночи», «в давние годы», «в стародавние годы». В то же время в шумерских мифах, как правило, отсутствует действие – оно заменяется пересказом монологов или диалогов, будто бы произносимых богами и предметами‑символами. Можно думать, что эти тексты исполнялись хором или двумя хорами в храмах. Не случайно под некоторыми из них имеются приписки типа – «песня под литавры», «плач на флейте», «песня под барабаны». В ходе раскопок выявлены музыкальные инструменты, равно как печати и рельефы с их изображениями. Сохранились и нотные знаки, пока еще не дешифрованные.
Формы, в которых мифы Месопотамии донесли до нас историю, не во всем понятны современному человеку. Поэтому надо себе представить обстановку, в которой они создавались. В конце IV тысячелетия до н. э. страна шумеров и жившего с ними с середины III тысячелетия народа семитского происхождения, аккадян, была в нижнем течении Тигра и Евфрата разделена на десятки общинных поселений. Средоточием каждой общины, центром ее хозяйственно‑административной деятельности был храм, считавшийся обиталищем определенного божества. До появления городов‑государств и царской власти правителем каждой шумерской или аккадской общины был верховный жрец ее храма. От имени этого бога или богини правитель общины осуществлял свою административную и религиозную власть.
Изображение царя Саргона Аккадского. Бронза. Иракский музей. Багдад
Главными богами шумеров были Ану (Небо), покровитель Урука, Энлиль (Ветер, Воздух, Буря), культовым центром которого был Ниппур; подземные воды и Мировой океан были отданы Энки, главному богу г. Эриду. В Уруке почиталась также Инанна, богиня любви и распри. Солнечному богу Уту поклонялись в Сиппаре, позднее – в Ларсе. Нанна, бог Луны, был покровителем города Ура.
Общин в междуречье Тигра и Евфрата было больше, чем главных богов и богинь, в них почитавшихся. Поэтому складывавшиеся мифы, имея определенную единую основу, порой существенно отличались друг от друга. В разных общинах одни и те же боги имели различную «родословную». Им приписывались подвиги, относившиеся к данной общине, а не ко всем шумерам и аккадянам, двум народностям, различным по языку, но близким по хозяйственной и общественной организации. При этом одни и те же боги в соседних шумерских и аккадских общинах назывались по‑разному. Так, у шумеров богиня любви и плодородия называлась Инанна, у аккадян – Иштар, солнечным божеством у шумеров был Уту, а у аккадян – Шамаш и т. д.
Была еще одна сложность, о которой надо иметь представление: мифы шумеров и аккадян, по большей части, дошли до нас в пересказах более поздних народов – вавилонян (II тыс. до н. э.) и ассирийцев (первая половина I тыс. до н. э.), которые жили в иных условиях и находились под властью могущественных царей. В вавилонских и ассирийских пересказах архаических шумерских и аккадских мифов нашла отражение более развитая и сложная политическая организация. При этом не всегда удается выделить в мифах то, что относится к древнейшей эпохе, а что к более поздней.
Наличие множества вариантов мифов Шумера и Аккада выдвигает для каждого, кто хочет с ними ознакомить современного читателя, проблему выбора – какой вариант предпочтительнее. Осуществляя этот выбор в пользу одного из вариантов, мы неизбежно обедняем картину и ограничиваем свой кругозор. Особенно болезненным оказалось это вынужденное ограничение для главного произведения литературы Двуречья – «Поэмы о Гильгамеше». Этому монументальному эпосу, созданному в Вавилоне, предшествовали дошедшие до нас шумерские поэтические рассказы о подвигах героя, которые были использованы вавилонским поэтом как источник, как трамплин для мощного полета фантазии. Выиграв после этой переработки в художественном отношении, древние легенды о шумерском правителе многое потеряли в своей информативности.
Ассирийская клинообразная надпись, высеченная на камне
Гильгамеш – первый из этих героев не только по времени, но по гуманистической мотивировке поставленной им перед собой цели. Он совершает немыслимое путешествие в страну, откуда нет возврата, в подземный мир, ради своего побратима и друга Энкиду. В союзе Гильгамеша и Энкиду впервые выражена идея, которая впоследствии будет без конца разрабатываться поэтами и философами, – идея противоположности естественного состояния человечества и прогресса. Гильгамеш – человек древнейшей городской цивилизации, уже в самые ранние эпохи враждебной миру природы. Гильгамеш испорчен преимуществами своего происхождения (на две трети бог и на одну треть человек), своей властью, дающей ему возможность осуществлять произвол над подданными. Энкиду – дитя природы, естественный человек, не знающий ни благ, ни зла цивилизации. В схватке между Гильгамешем и Энкиду нет победителя (герои равны физической силой), но Энкиду одерживает моральную победу над Гильгамешем. Он уводит его из города в степь, выпрямляет характер, очищает душу.
Гора небес и земли [112]
(Миф шумеров)
Имелась гора, на которой поселилось многочисленное потомство Ану и Ки. Видя, что она отягощена, решил отец богов Ану расширить обиталище своих подопечных. Для этого он призвал старшего отрока, своего первенца Энлиля и сказал ему:
– Стала тесна гора для тебя, братьев и сестер твоих. Давай оторвем ее верхушку и разделим гору на две части.
Сказано – сделано! Поднатужившись, разорвали Ану и Энлиль гору. Поднял вершину Ану вверх, а Энлиль опустил плоское подножие вниз. Так появилось небо в виде свода и земля, как плоский диск с неровностями, горами и ущельями, ибо гора была разорвана, а не разрезана ножом. Ану избрал себе для обитания небо, а землю оставил сыну, и стал Энлиль носиться над ней, проникая взором в самые дальние ее концы и наполняя ее дыханием жизни. Без Энлиля не было бы ни летучих облаков, впитывающих и отдающих влагу, как губка, ни растений, ни трав, ни зарослей тростника, ни деревьев, приносящих плоды. Братья и сестры Энлиля осветили и согрели землю. И пришлась она им по сердцу. И захотели они остаться на ней и обратились к старшему брату своему Энлилю:
– Выдели нам место, где бы мы могли жить на земле не разлучаясь.
И соорудил Энлиль в самом центре земного диска город, дав ему имя Ниппур, и поселил там братьев и сестер своих. И жили они там по справедливости, ибо не было среди них высокомерных и жадных нарушителей договоров и доносчиков. Дал Энлиль городу законы и наблюдал сверху, чтобы злодеи и преступники их не нарушали.
– Иди, дочь моя, – сказала Нунбаршегуну. – Только знай, что на раскинувшиеся за Ниппуром луга спускается из своего храма сам Энлиль. Если увидит тебя огнеокий бык, не соглашайся на то, что он тебе предложит. Скажи ему: «Я еще молода. Еще не созрели груди мои, и рот мой еще мал, не знает он поцелуев». Отступит от тебя Энлиль!
Все было так, как предвидело и чего опасалось материнское сердце. Узрев со своих высот прелести Нинлиль, Энлиль спустился к ней с быстротою ветра. Когда же божественная дева не уступила вспыхнувшей в нем страсти, он удалился, сделав вид, что примирился с отказом. Но, когда Нинлиль явилась омыться на следующий день, Энлиль, притаившийся в камышах, налетел на нее, швырнул на дно челна и насытился ее невинной красотой.
По прошествии положенного времени Энлиль и Нинлиль возвратились на небо и зажили в самом отдаленном его месте, стараясь как можно меньше общаться со смертными. Энлиля раздражало их многолюдство, и в своем гневе он обрушивал на людей различные бедствия. Редко удавалось кроткой Нинлиль усмирить гнев огнеокого быка. И страдало человечество по его вине от чумы, засухи, потопов.
Сотворение людей [122]
(Миф шумеров)
Во дни былые, когда небеса от земли отделились, в былые ночи, когда земля от небес отошла, умножилось небожителей племя и от нехватки пищи страдало.
Заволновались ануннаки: без работников не стало в мире пищи. Собрались они все вместе и запричитали, сетуя, что спит Энки в глубине Энгури, куда никто проникнуть не смеет. И, услышав стоны и жалобы богов, праматерь Намму отправилась к Энки.
Шумерская печать с изображением сцены жертвоприношения
– Проснись, сын мои! Покинь свое мягкое ложе в глубине тихоструйной Энгуры. Сон прогони! Избавь богов от терзаний!
– Я сделал все, что было в силах моих, – ответил Энки, не поднимая головы. – Я от трудов утомился. У братьев моих и сестер на уме лишь пиры да веселье.
– Каких еще помощников! – удивился Энки.
– Людей! – ответила Намму. – Пусть они будут по виду на братьев твоих похожи, но бессмертья не знают.
– Из чего же я их сделаю? – спросил Энки, спуская ноги с ложа.
Разговор этот слышали боги, и собрались они отовсюду и сказали владычице Намму:
– Наконец мы, бессмертные боги, будем жить, забот не зная, как лежебоки. Пригласи же, Намму, на пир нас. Не скупись на ячменное пиво, какое имеешь в запасе.
Так все боги на пир собрались. В сосудах из плоти Апсу светлое пенилось пиво. Боги, честь ему отдавая, хвалу возглашали хозяйке и тем, кто своею работой небожителям даст пропитанье. Энки и Нинмах рядышком сидели, словно жених и невеста, вместе пили и вместе хмелели.
– Я сделаю то, что ты просишь, – обратилась Нинмах к Энки. – Но как бы узнать, хорошо или плохо творенье, и судьбу ему как назначить?
– Ты лепи, что душе угодно. Лишь бы люди были на нас, бессмертных, похожи. А судьба их – моя забота.
Нинмах руки в воде смочила, глины кусок отщипнула. И задвигались быстрые пальцы, создавая богов подобья. Голова же богини кружилась, и земля под нею шаталась, словно хмельная. И фигурки, что появлялись на ее ладони, совершенством не обладали. Вот возникает первый. Руки его слабы, ни согнуться, ни взять ничего не могут; а вот и второй, подслеповатый, и третий, с ногою слабою и кривою, на червя похожей.
Видит Нинмах, что получились у нее уродцы, и хотела их расплющить, но Энки уже дал сотворенным вкусить хлеба жизни.
– Пусть остаются! – сказал он веско. – Да будет первый стражем дворцовым, второй же певцом пусть станет в гареме, мастером дел серебряных третий.
Затем вылепила Нинмах еще одну пару людей, а вслед за ней и третью. И вновь получились уроды. Дал и им Энки вкусить хлеба и определил им судьбы. А потом он молвил:
– Давай поменяемся местами. Я буду лепить, а ты подыщешь применение.
И принялся Энки за работу. Со второй попытки ему удалось слепить существо с двумя руками и двумя ногами. Но были его ноги тонки, как тростинки, живот вздут, спина сгорблена. Был это старец, о которых говорят: «Его день позади».
Обрадовавшись удаче, Энки обратился к Нинмах:
– Назначь этому человеку судьбу, чтобы он мог пропитаться.
Демоны с головами орлов у пальмы, олицетворяющей древо жизни. Рельеф из дворца Ашурбанипала II. Британский музей. Лондон
– Какая может быть судьба у такого калеки! Видишь, у него дрожат руки и он трясет головой.
С этими словами она подошла к созданию Энки и хлеб ему предложила. Он же не мог его взять. Нинмах головой покачала:
– Не живой это человек. Нет ему на земле применены!.
– Но я же нашел примененье для твоих ублюдков, – вскипел Энки. – Отыщи и ты примененье для моего созданья.
Так между Нинмах и Энки разгорелась ссора. Много они наговорили друг другу обидных слов. Но женщина, даже если она богиня, всегда старается высказаться последней, и Нинмах произнесла заключительное слово:
Энки и мироздание [129]
(Миф шумеров)
Отец богов Ану положил начало жизни на земле. Энки, сын богини Намму, ее упорядочил. До него землю покрывали непроходимые чащи и болота – не пройти, не проскакать. Не было никакого спасения от змей и скорпионов. Стаи свирепых зверей рыскали повсюду, загоняя смертных в мрачные пещеры.
Заметив, что люди усерднее ухаживают за тем, что принадлежит им, Энки провел между участками земледельцев межи, наметил границы между городами.
Шумерская печать с мифологической сценой
Энки создал город Эриду, подняв в него пресные воды из подвластного ему подземного пресного океана.
Шумеро-аккадские мифы о творении
Шумеро-аккадская мифология — мифология населения Древней Месопотамии, говорившего на шумерском и аккадском языках.
Первая цивилизация Месопотамии или Междуречья возникла около IV тыс. до н.э. в южной части долины Тигра и Евфрата. Древнейшие шумерские мифы были созданы примерно 3500 лет до н. э. в период возникновения первых городов, изобразительного искусства и письменности.
Примерно с 3000 г. до н. э. в Месопотамию с Аравийского полуострова начинают переселятся семиты, предки аккадцев. Они мирно сосуществовали с шумерами, переняв их культуру, образ жизни и мифологию. Аккадский язык стал широко использоваться в повседневной жизни, шумерский язык сохранял статус священного языка.
Ок. 2270 до н. э. на территории Месопотамии царь Саргон Древний (правил 2316—2261 гг. до н. э.) основал Аккадское царство, в котором сохранили влияние боги Шумерского пантеона, однако многие из них были переименованы – Эллиль (шум. Энлиль), Эа (шум. Энки), Иштар (шум. Ианна). Таким образом можно говорить о существовании единой шумеро-аккадской мифологии и общих космогонических мифах.
Главные боги шумеров
В начале 3-го тыс. до н. э. в Двуречье существовало около полутора десятков городов-государств. В условиях неразвитой системы коммуникаций, каждый город-государство имел свой пантеон, собственную генеалогию важнейших богов и местные варианты мифов.
Среди городов в начале становления Шумерского царства особое место занимали:
• Эриду (древнейший город в истории, возникший в 5400 году до н. э.), верховный бог Энки (бог мудрости, водной стихии)
• Ниппур (4 тыс. лет до н.э.) со своим храмом Энлиля (бог воздуха и дыхания);
• Урук (3500 г. до н. э.) покровителем которого был верховный бог Ан (бог неба), позже Инанна, богиня любви, плодородия и распри.
Шумерский космогонический миф
До сотворения мира не было ничего кроме вод соленого изначального океана, первобытного хаоса, источника и причины всего сущего. Первородный океан не имел ни начала, ни конца, его никто не создал, и он существовал всегда. Изначальный соленый океан олицетворялся богиней Намму, праматерью всего сущего. Могучая богиня породила гигантскую гору, основание которой было из мягкой глины, а вершина из блестящего гибкого олова. На самой вершине на полушарной горы обитал праотец Ан (бог неба), а внизу на плоском диске, плававшем в предвечном океане Ки (богиня земли).
Изначально Небо и Земля были недифференцированным единым целым. Ан и Ки начали кричать друг на друга, рассорились, раскололись и разошлись. Когда Небо и Земля разделились ветром-воздухом, тотчас зародилась жизнь.
В одной из версий Ан и Ки порождают Энлиля, бога Ветра, Воздуха и Бури.
Вслед за Энлилем у первой супружеской пары появлялись все новые и новые дети. Семь старших богов и богинь, самых мудрых и самых могучих, стали править всем миром и определять судьбы вселенной. У старших богов рождались все новые дети и им становилось все теснее в мироздании. В мифе о мотыге и топоре говорится, что Энлиль, бог воздуха медным ножом надрезал края небосвода. Великая мировая гора с треском раскололась, и супружеская пара разделилась. После этого Ан забрал себе небо, а Энлиль землю и стал хозяином земли.
Согласно одному из мифов Ан породил Энки, бога мудрости, водной стихии, владыку земли и подземных пресных вод.
Более поздний синтетический миф приписывает сотворение вселенной четверке великих богов Ан, Энлиль, Энки и богиня-мать Нинхурсаг, первоначально Ки, богиня земли и мать Энлиля, а затем супруга бога Энки.
Таким образом шумерско-аккадской мифологии в качеств богов прародителей выделялись:
Богиня-Мать
• Намму, которая почиталась под различными именами и ипостасями (богиня Дамкина, Дамгальнуна, Нинхурсаг, Нинмах, Нинту, Мама, Мами).
• Ки (аккад. Нинхурсаг) (букв. «Владычица лесистой горы») – богиня земли, породившая вместе с верховным богом неба Ану, бога воздуха — Энлиля,
• Нинмах — богиня земли, богиня-мать, супруга бога Энки.
Первородный Бог
Абзу (аккад. Апсу), воплощение подземного пресноводного океана и мировых вод, его ипостась Мумму, воплощение изначальных вод хаоса, в вавилонском мифе «Энума элиш», персонифицированное божество, советник Апсу.
Верховная творческая триада
При этом творением управлял общий пантеон богов, структура которого сложилась ок. 2111 до н. э. — 2003 до н. э. и в основалась неизменной.
Во главе пантеона богов и всего мира находилась верховная творческая триада Ан, Энлиль и Эйя, окруженные советом из семи или двенадцати «великих богов.
• Ан (аккад. Ану) – бог неба и отец всех богов
• Энлиль (аккад. Эллиль) – верховный бог-демиург, персонификация природных сил, бог ветров, управляющий стихией воздуха, создатель пространства порядка внутри хаоса, а также бог плодородия, жизненной энергии и разрушительных сил природы. Сын Ан (неба) и богини Ки (земли), которых в аккадской мифологии звали соответственно Аншар и Кишар.
• Энки (аккад. Эа) – бог мудрости, водной стихии, владыка земли и подземных пресных вод и подземного мира, покровитель наук и ремесел, учитель и покровитель человечества. Бог –творец, создатель людей, культурных изобретений, реки Тигр
Создание человека
Энки и его супруга Нинмах, решили создать людей, чтобы они трудились на богов, обрабатывали землю и пасли скот, чтобы кормить богов своими жертвами.
Энки и Нинмах лепят человека из глины подземного мирового океана Абзу и привлекают к процессу создания саму богиню Намму – «мать, давшую жизнь всем богам».
Когда человек был изготовлен, боги определили его судьбу и устроили по этому случаю пир.
На пиру захмелевшие Энки и Нинмах начинают снова лепить людей, но у них получаются уроды: женщина, неспособная рожать, существо, лишенное пола.
В мифе о мотыге утверждается, что раньше люди росли под землей. Энлиль проделал мотыгой дыру в земле и оттуда вышли люди.
Культурные герои Шумеров
В шумерско-аккадской мифологии творцами-демиургами и культурными героями выступают в основном Энлиль и Энки. Кроме этого культурными героями являются богиня Нинкаси – зачинательница пивоварения, богиня Утту – ткацкого ремесла, Энлиль – создатель колеса, зерна, Шукалитудда изобрел садоводство, Энмеркар и Гильгамеш – создатели градостроения, Энмеркар таакже письменности, Нингаль-Папригаль изобретатель арфы.
Вавилонский космогонический миф
Мардук согласился сразиться с Тиамат, но выдвинул условие: в случае победы он получит высшую власть над богами, его слово станет определять судьбы, его воля будет неоспоримой.
Перед лицом угрозы старшее поколение богов, Лахму и Лахаму, соглашаются с этим условием и даруют ему победоносное оружие: лук со стрелами, палицу, сеть и семь ветров.
Мардук, как новый бог был наделён чрезвычайной мудростью и огромной силой: его отличали гигантские конечности, четыре головы и одеяние из солнечных лучей.
Мардук вызвал молнии, поднял чудовищную бурю и наводнения, и в колеснице, запряжённой четвёркой ужасных коней с острыми зубами, сочащимися ядом, отправился на битву с Тиамат.
Ужаснувшись облику праматери, Мардук всё же вступает с ней в бой, набрасывает на Тиамат сеть, пускает ей в пасть ветры и поражает стрелой в сердце. Воины Тиамат в страхе разбегаются, но Мардук ловит их в сеть, в том числе Кингу, у которого он забирает «Таблицы судеб».
Сотворение мира. Только после победы в этой второй божественной войне началось собственно сотворение мира, в котором Мардук сыграл главную роль.
Он разделил тело поверженной Тиамат на две части – небесный и земной океаны, создав между ними новый мир – пространство, где господствуют ветры (стихия воздуха).
В небесном океане, снабженном задвижкой, чтобы не выливалась вода, он построил небесный дворец для богов Ану, Энлиля и Эа, создал светила и звезды, знаки зодиака, установил законы движения небесных светил.
Из другой части тела Тиамат, из океана и праха, доставленного Ану, он создал землю, из головы— великую гору, из глаз чудовища вытекли реки Тигр и Евфрат, грудь стала цепью холмов, хвост — преградой для вод Апсу, чтобы те не затопили землю. Мардук передал Ану «Таблицы судеб» на хранение. Боги признали героя своим царём.
Создание людей
По одной версии, Энлиль-Мардук создал людей из глины и поверженного бога огня Кингу. Боги убили пленённого Кингу, разрубили его артерии. Из глины, замешанной на крови Кингу, Эа сотворил людей, чтобы те служили богам и выполняли их волю.
По другой версии, людей сотворил Эа, также вылепив их из глины. В эпосе о Гильгамеше Эа выступает как один из немногих богов, дружественных по отношению к людям. Когда Энлиль насылал на мир людей бури, потопы, голод и прочие бедствия, а также инициировал всемирный потоп, только благодаря помощи Эа людям удавалось спастись.