Миф как основа всякой культуры рассматривал
Основания мифа в культуре и миф как основание культуры
Идеалы научности, объективности, рациональности, господствовавшие в философии и культурологии, на долгое время вытеснили миф на самую окраину культуры, представив его в лучшем случае как одну из составных частей её предыстории и трактуя его то как «недоразвитую науку», то как «недоразвитое творчество», то попросту как «заблуждения наивного ума». Во всяком случае, казалось, что миф есть не что иное, как пройденный этап истории человеческого духа, предшествовавший становлению системы культуры в собственном смысле этого слова.
Однако удивительная «живучесть» мифа, его проявление в различных областях и сферах жизни общества в разные исторические периоды — от явного доминирования в традиционных культурах и до латентного, зачастую неосознаваемого, прояляющегося лишь исподволь и время от времени существования мифа в обществах, называемых, по терминологии М. Элиаде, «историческими», — а также отмечаемая многими исследователями универсальность мифологических структур заставляет, скорее, согласиться с тем, что миф не разрушает универсальность культуры, а, напротив, воспроизводит её и является никак не преддверием или предшествующим «недоразвитым» типом культуры, а одной из важнейших её форм и именно поэтому постоянно присутствует в ней.
Употребление термина «миф» указывает на некоторую двойственность в его понимании. С одной стороны, миф относится к специфическим коллективным представлениям древности — и именно как таковой, с учётом всей специфики мировосприятия, которую предполагает такая трактовка мифа и которую отражают тексты непосредственно древних мифов и фольклор — более поозднее «хранилище» мифопоэтического типа мировосприятия — миф рассметривается в фольклористике и этнографии. Но, с другой стороны, нельзя так просто отмахнуться и от второго употребления данного термина, трактующего миф как всякой неосознаваемое и не поддающееся логическому объяснению коллективное представление, лежащее в основании поведения некоторого лица или — чаще — группы лиц (именно в этом понимании миф фигурирует в социологии и культурологии). Однако же, если обратить внимание на эту вторую трактовку, то нельзя не заметить, что в таком случае миф оказывается распространён не только в мифопоэтических обществах, но существует во всех без исключения культурах — и во вполне явном виде. Существование множества социальных мифов, так называемых «мифов обыденного сознания», мифов науки и пр. заставляет согласиться с тем, что природа мифа неизмеримо глубже, чем это принять считать в фольклористических теориях и в теориях «традиционных» мифов, и что проявления мифа не ограничиваются каким-либо одним временем и какой-либо одной определённой культурой. Миф вообще оказывается не чем иным, как базисным коллективным представлением или же совокупностью базисных коллективных представлений — таким образом, что всякая культура и всякое общество необходимо основывается на своей совокупнности таких представлений. Иными словами, миф оказывается обязательным фундаментом всякой культуры и всякого типа социальности, обосновывающим их и обеспечивающим психологическую защиту человеку, включённому в эту культуру и являющемуся членом этого общества. И в этом смысле мифы «традиционные» и «современные» оказываются абсолютно равны — несмотря на всю ту специфику «традиционного» мифопоэтического мировосприятия, которому было уделено столько внимания в данном исследовании. Равны, ибо имеют одни и те же психологические основания и психо-социальные функции. Равны, ибо одинаково являются бессознательными коллективными представлениями. То есть — мифами.
Мифы как «коллективные представления» являются «цементирующей основой» любого общества, и выбор того или иного их набора, происходящий по большей части бессознательно, определяет и тип мировосприятия, доминирующий в данном обществе, и саму организацию и тип общества — ибо эти две компоненты, определяющие специфику социального типа, оказываются, в конечном счёте, неразрывно связаны между собой. Сравнение пространственно-временных представлений мифопоэтики и классической науки, а также восприятия причинности в мифопоэтических и «цивилизованных» обществах показывает, что сами эти основания нашей культуры оказываются в достаточной мере произвольными. Вернее сказать, — не единственными. Ибо если речь идёт о необходимой связи типа мировосприятия (а восприятие причинности, пространства и времени являются его существеннейшими моментами) и типа социальности, то формирование определённого типа мировосприятия уже вряд ли можно назвать произвольным. Выбор некоторого набора коллективных представлений и определённое их соединение образует основу всякой культуры и позволяет существовать всякому обществу — как мифопоэтическому, так и «цивилизованному». Различие состоит в том, какие именно коллективные представления, какие именно мифы ложатся в основу данной конкретной культуры, как они определяют восприятие времени, пространства и причинности, как влияют на специфику языка и какому типу общества соответсттвуют. Однако механизм адаптации и легитимации определённого социального типа оказывается единым для любого общества — как мифопоэтического, так и «цивилизованного».
Что касается мифопоэтических обществ, то со времён Дюркгейма идея мифа как «коллективного сознания», являющегося существенной социальной силой и своеобразной проекцией вовне самого общества, обеспечивающей устойчивость и жизнеспособность данного общества, оказалась весьма популярной. Достаточно привести имена таких сторонников этой
МИФ – КАК ТЕКСТОВАЯ ОСНОВА КУЛЬТУРЫ.
Истоки мифотворящей культуры уходят корнями в прачеловеческое восприятие. Мифы – предания о фантастических существах, о богах и героях. О происхождении космоса (космогонические мифы) и о его устройстве (космологические мифы). Мифы обобщали и объясняли явления природы и жизнь социума. Понятие «миф» в переводе с древнегреческого означает собирать воедино. Мифологической культуре свойственна образность, антропоморфизм (перенесение свойств человека на природные объекты и стихии), аналогии (сходство,соразмерность) и ассоциативность (соединение). М. Мамардашвили писал, что: «. миф есть способ организации и конструирования человеческих сил или самого человека. Миф. – восполнение и созидание человеком себя в бытии, в котором для него нет природных оснований».
Представление о том, что мифология есть способ объяснения непонятного мира неточно. Это вовсе не просто – увидеть мир непонятным. Саму непонятность мира еще нужно обнаружить. В обыденной жизни мир понятен, представлен предметно, а вот чтобы представить мир образно, его зарождение и устройство и возникает на заре развития человечества мифология. Миф же выступает в истории культуры как способ самосозидания человека через созидание мира. Б. Малиновский отмечал: «миф, каким он существует в первобытной общине, т. е. в его живой первозданной форме, – это не история, которую рассказывают, а реальность, в которой живут. практическое руководство первобытных верований и поведения». Потеряв свое природное предназначение, прачеловек теряет и ощущение единства и гармонии с природой и самим собой. И вот эту гармонию, разорванную потерей единства с природой, он и старается восстановить. Задавая собственную ценность, он как бы затягивает разрыв в естественной гармонии, создавая новую, но уже искусственным путем, путем мифотворчества.
Миф становится способом самоорганизации человека через утверждение его ценности, которое достигается развертыванием определенной картины мира вокруг человека, понятого как ее смысловой центр. Тем самым бытию во всех его проявлениях придается ценностный смысл. Это придание смысла задает и определенный “сценарий” деятельности человека во всех сферах, как хозяйственной, так и социальной жизни. Но не нужно думать, что все протекало именно в такой причинной последовательности. В первобытности жизнедеятельность обладает синкретичным характером, при котором все виды деятельности слиты. Все взаимосвязано, все взаимопроникает друг в друга, все взаимообусловлено.
А.Ф. Лосев в работе «Диалектика мифа» также пишет, что «Миф – не идеальное понятие и также не идея и не понятие. Это есть сама жизнь. Миф не есть бытие идеальное, но – жизненно ощущаемая и творимая, вещественная реальность и телесная, до животности телесная действительность».
В мифе задаются параметры бытия человека во всех сферах его жизнедеятельности, но главным, основным в мифе является то, каким способом миф «выстраивает» действительность, окружающую человека. Надо отметить, что обязательной принадлежностью мифа выступает его объясняющая функция. В мифе присутствует смысл делать мир простым и понятным. Он настаивает на принципиальной внятности действительности человеку. И сама эта понятность позволяет таким образом организовывать жизнь, чтобы снять все возможные трагические противоречия и создать слаженную и обозримую картину. М.К. Мамардашвили писал: «в мифе работают совершенно другие структуры сознания, на основе которых в мире воображаются существующими такие предметы, которые одновременно и указывают на его осмысленность. В мифе мир освоен, оформлен, причем так, что фактически любое происходящее событие уже может быть вписано в тот сюжет и в те события и приключения мифических существ, о которых в нем рассказывается». И далее: «мифический мир есть мир освоенный, осмысленный, понятный. То есть события в этом мире. являются носителями смысла».
В символике мифов разных культур встречаются похожие образы. Эти образы можно считать архетипами. Это образы умирающего и воскресающего Бога (Осирис, Христос), Дерева Жизни, Матери Земли, Мирового яйца. Похожи и космогонические мифы. Сравните, например, ведический, полинезийский и греческий мифы.
В гимне «Песнь творения» – представлен космогонический миф: вначале все существующее было бесформенным хаосом, в нем возникло стремление, и прорезался свет, оформилось небо и царство воды. Из небытия вышло бытие, так возник мир. Это мифологическое представление о возникновении мира находится на границе религиозного и философского мировосприятия, т.к. уже поставлен вопрос о происхождении мира, но ответ дан в образной форме.
Полинезийский миф о происхождении мира.
У истоков мира было Пу (корень, начало). Из него появился хаос– Коре (пустота). Из Коре образовалась По (ночь или подземный мир). Из ночи и света образовалась пара супругов – Земля и Небо. У них родились семь главных верховных божеств.
Вначале существовал вечный, безграничный, темный Хаос. Из него возник мир и бессмертные Боги. Из Хаоса произошла богиня Земли – Гея. Она раскинулась широко, могучая и дающая жизнь всему, что растет и живет на ней. Далеко под Землей, так далеко, как далеко от нас необъятное, светлое небо, в неизмеримой глубине родился мрачный Тартар – ужасная бездна, полная вечной тьмы. Из хаоса родилась и могучая сила, всеоживляющая Любовь – Эрос. Безграничный Хаос породил вечный Мрак – Эреб и темную ночь – Нюкту. А от Ночи и Мрака произошли вечный свет – Эфир – и радостный светлый день – Гемера. Свет разлился по миру и стали сменять друг друга день и ночь.
Вопросы и задания:
1.Существуют ли современные мифы? В каких формах они представлены?
2.В мифах множество антропоморфных существ. Приведите примеры.
3. Приведите примеры мифов, в которых объясняется устройство мира?
Миф как феномен культуры. Теории и интерпретации мифа
Миф как феномен культуры. Само слово «миф» имеет древнегреческое происхождение и означает именно предание, «сказание». Европейским народам вплоть до XVI-XVIIвв. были известны лишь знаменитые и поныне греческие и римские мифы, позже им стало известно об арабских, индейских, германских, славянских, индийских сказаниях и их героях. Со временем сначала ученым, а потом и более широкой публике оказались доступны мифы народов Австралии, Океании, Африки. Выяснилось, что в основе священных книг христиан, мусульман, буддистов также лежат различные, подвергшиеся переработке мифологические предания.
Источник: Бенгтсон Г.Б. Правители эпохи эллинизма. М.,2005, стр.112.
Сегодня большинство ученых склоняются к тому мнению, что секрет происхождения мифа следует искать в том, что мифологическое сознание явилось древнейшей формой понимания и осмысления мира, понимания природы, общества и человека. Таким образом, миф возник из потребности древних людей в осознании окружающей его природной и социальной стихии, сущности человека. Об особенностях этого способа осмысления мира будет сказано ниже, после того, как мы рассмотрим вопрос о содержании мифических сказаний.
2. Мифы космогонические (большей частью менее архаические и более сакрализованные, чем этиологические) повествуют о происхождении космоса в целом и его частей, связанных в единой системе. В космогонических мифах особенно отчётливо актуализуется характерный для мифологии пафос превращения хаоса в космос. В них непосредственно отражаются космологические представления о структуре космоса (обычно трёхчастной вертикально и четырёхчастной горизонтально), описывается его вегетативная (мировое древо), зооморфная или антропоморфная модель. Космогония обычно включает разъединение и выделение основных стихий (огонь, вода, земля, воздух), отделение неба от земли, появление земной тверди из мирового океана, установление мирового древа, мировой горы, укрепление на небе светил и т. п., затем создание ландшафта, растений, животных, человека.
7. Мифы тотемические составляют непременную часть комплекса тотемических верований и обрядов родоплеменного общества; в основе этих мифов лежат представления о фантастическом сверхъестественном родстве между определённой группой людей (родом и др.) и т. н. тотемами, т. е. видами животных и растений. По содержанию тотемические мифы очень просты. Основные персонажи наделены в них чертами и человека, и животного. В наиболее типичном виде тотемические мифы известны у австралийцев и африканских народов. Тотемические черты ясно видны в образах богов и культурных героев в мифологии народов Центральной и Южной Америки (таковы Уицилопочтли, Кецалькоатль, Кукулькан). Остатки тотемизма сохранились в египетской мифологии, и в греческих мифах о племени мирмидонян, и в часто встречающемся мотиве превращения людей в животных или растения (напр., миф о Нарциссе).
8. Календарные мифы теснейшим образом связаны с циклом календарных обрядов, как правило с аграрной магией, ориентированной на регулярную смену времён года, в особенности на возрождение растительности весной (сюда вплетаются и солярные мотивы), на обеспечение урожая. В древних средиземноморских земледельческих культурах господствует миф, символизирующий судьбу духа растительности, зерна, урожая. Распространён календарный миф об уходящем и возвращающемся или умирающем и воскресающем герое (ср. мифы об Осирисе, Таммузе, Балу, Адонисе, Ammuce, Дионисе и др.). В результате конфликта с хтоническим демоном, богиней-матерью или божественной сестрой-женой герой исчезает или погибает или терпит физический урон, но затем его мать (сестра, жена, сын) ищет и находит, воскрешает, и тот убивает своего демонического противника. Структура календарных мифов имеет много общего с композицией мифов, связанных с ритуалами инициации или интронизации царя-жреца. В свою очередь они оказали влияние на некоторые героические мифы и эпические предания, на мифы о сменяющих друг друга мировых эпохах, на мифы эсхатологические
Теории и интерпретации мифа:
1. Аллегорическая и эвгемерическая интерпретация мифа. Обе интерпретации обнаруживаются уже на том этапе античности, когда миф начал терять свою силу. В аллегорическом рассмотрении, к примеру у стоиков и эпикурейцев, мифические истории понимаются как аналогии и персонификации природных сил, что является следствием примитивного невежества и общего стремления человека интерпретировать непостижимое по аналогии с самим собой; напротив, для эвгемерического понимания мифа, которое идет от греческого философа Эвгемера (ок. 300 до н. э.) миф есть, помимо прочего, превознесение и обожествление предшествующих царей, героев и мудрецов, которое с легкостью начинается по мере их растущей удаленности во времени. Таким образом, аллегорическая и эвгемерическая интерпретации являются в своей основе психологическими. Среди представителей этого направления были Фонтенель, Ч. Ф. Дюпуи, аббат Фуше и Д. Юм.
2. Интерпретация мифа как «болезни языка». Если основой аллегорического и эвгемерического рассмотрения мифа служит некая незамысловатая психология, то в этом случае обращаются к науке о языке. М. Мюллер представляет, к примеру, концепцию, согласно которой каждый предмет обозначался через множество атрибутов (полионимия), тогда как позже из этого многообразия было выбрано одно имя (синонимия). Другие атрибуты стали с тех пор применяться к различным предметам (древесина, например, не только к деревьям, но и к дому, столу и пр.), так что начали получать известную абстрактную самостоятельность (гомонимия). Некоторые из них, по видимости, утратили вообще всякое содержание и существовали лишь в контексте поговорок, как идиоматические обороты и т. п. Концепцию, подобную Мюллеровой, мы обнаруживаем позже у X. Узенера, который выводит мифических богов из языковых обобщений и ошибочных уточнений первоначальных бесчисленных «единичных и мгновенных богов».
3. Интерпретация мифа как поэзии и «прекрасной видимости». Эта интерпретация характерна для того классического образа мира, который связывается с именами Винкельмана и Гете. Главным образом он был представлен К. Ф. Морицем и К. А. Бёттигером, однако под его влиянием находились также ранние романтики братья Шлегели. «Преобразование древних историй богов в простые аллегории с помощью всяческих истолкований есть такое же глупое занятие, как и попытка превратить их в подлинно реальные истории путем всевозможных натянутых объяснений». «Чтобы ничего не испортить в этих замечательных текстах, их необходимо с самого начала принять такими, какие они есть, не принимая во внимание то, что они должны значить. «. Итак, согласно этому представлению, миф не является аллегорией, он не прозаическая истина, представленная в образном сравнении, но миф есть поэзия.
4. Ритуально-социологическая интерпретация мифа. Ритуально-социологическая концепция в том виде, как она появилась во второй половине прошлого столетия, впервые представила миф как форму бытия, включающую целостную практическую реальность и определяющую основы человеческих общностей. Данная реальность и данные основания всякий раз описываются через более или менее систематическую связь правил поведения, которые относятся к обычаям частной и общественной жизни, социальному порядку, к природе, к образу жизни вообще. В качестве прообраза и образца этих правил, господствующих в мифическом мире, был взят ритуал. Если говорить о ранних подходах, среди которых следует выделить работы В. Маннхарта, то из их представителей мы назовем таких работавших в Оксфорде и Кембридже ученых, как У. Р. Смит, Дж. Г. Фрэзер», Дж. Е. Гаррисон, Ф. М. Корнфорт, Г. Муррей и Б. Малиновский, которые предложили данную интерпретацию в своих обширных исследованиях. Эта школа первоначально сформулировала концепцию, согласно которой миф развился постепенно из ритуалов, которые характеризуются скорее магическим содержанием, и затем слился с ними в некое единство. Данные ритуалы истолковывались, однако, в терминах тотемизма, в основе которого лежала якобы вера первобытного человека в одушевленность всего сущего и в наличие кровнородственных связей между некоторыми видами животных и определенными человеческими родами. Следствием этого стали разнообразные табу, в частности неприкасаемость «священного» и «нечистого». «Священным» считалось, к примеру, то, что было связано вышеуказанным образом с родом, а «нечистым» — то, что лежало за пределами его жизненной сферы. Из этого возникли в дальнейшем разного рода устойчивые обычаи и ритуалы, которых придерживались с необходимостью не только в целях защиты, но и вообще для обеспечения жизни и выживания общины.
5. Психологическая интерпретация мифа. Психологическая интерпретация мифа, рассмотренная в духовноисторическом аспекте, является частью того открытия субъективности, которое постепенно выявило целый внутренний мир на пути развития картезианского различения субъекта и объекта. Первую разработанную психологию мифических представлений мы находим, в ницшевском «Происхождении трагедии из духа музыки», где дионисийское начало, взятое само по себе в качестве объективного основания бытия, как лежащая в основе всех явлений праисторическая клеточка жизни и вечно рождающейся и умирающей мировой воли, представляет собой лишь один полюс греческого мифа. Другой — аполлоновский — должен быть понят, по Ницше, психологическим образом. Аполлоновское начало является той мечтой, которая несет в себе успокаивающие, полные света образы олимпийских богов.
6. Трансцендентальная интерпретация мифа. Трансцендентализм дает совершенно иное истолкование мифа: согласно ему, миф, даже неразвитый, содержит в себе формы сознания, которые обладают априорной необходимостью. Единственная форма этой интерпретации, еще оказывающей влияние на современное исследование мифа, представлена Э. Кассирером. Вместе с тем ее предшественниками являются Гегель и Шеллинг. Для Гегеля миф был необходимой ступенью развертывания абсолютного духа и потому явлением в рамках априори необходимого процесса самого себя постигающего мышления. Тем самым миф понимается не просто как предрассудок или иллюзия, но он содержит частицу истины, пусть даже на низшей ступени созерцания, а не высшей ступени понятия, которое впервые, согласно Гегелю, полностью высвечивает скрытое в созерцании. Истину мифа Гегель видит, однако, в том, что он в своем стремлении видеть во всем сущем живое и божественное распознает «внутреннее содержание природных явлений» в форме «одушевленной силы», которую он «художественным образом индивидуализирует в форме богов, подобных как внутри, так и снаружи человеку; например, Гомер и Гесиод. «.
7. Структуралистская интерпретация мифа. Структурализм в отличие от трансценденталиста Кассирера задается вопросом не об истинностном содержании мифа, а о том, в чем его когерентность, его внутренняя логическая связь и тем самым его рациональность. Структурализм пронизывает «атмосфера компьютера», по верному замечанию В. Буркерта, и это весьма характерно для современного человека, живущего в техническом мире, который именно так выделяет возможные аспекты мифа.
Миф как явление культуры
Изучение мифологического материала. Культурологические концепции. Функции мифа. Современные мифы и их роль в культуре. Эсхатологические, антропогонические мифы. Мифы о культурных героях. Мифы и мифотворчество в истории человеческого общества и культуры.
Подобные документы
Миф как некое сказание, героями которого являются всевозможные боги, духи, первопредки человечества и тому подобные сущности. Место и значение мифа в истории мира и культуре человечества. Источники для составления мифов, отражение в них верований народа.
доклад [19,9 K], добавлен 26.01.2010
контрольная работа [57,9 K], добавлен 19.01.2011
реферат [27,3 K], добавлен 30.03.2016
Причины возникновения мифологических представлений, особенности мифологического мировоззрения в Древнем Египте. Природные культы, дуализм как часть мифологической системы. Культ зверобогов как наиболее характерное явление древнеегипетской мифологии.
реферат [18,0 K], добавлен 24.11.2009
Миф как культурное наследие. Различное изложение древних мифов, их место в изобразительном искусстве, влияние на развитие античной культуры и на формирование общечеловеческой цивилизации в целом. Миф как основа культуры Древней Греции, его содержание.
контрольная работа [34,7 K], добавлен 18.03.2015
Роль церкви в обществе и популяризация библейских и евангельских сюжетов. История мифологии и степень ее влияния на развитие политической и других сфер жизни в различные исторические эпохи. Характеристика древнегреческой мифологии, мифы о богах и героях.
контрольная работа [42,6 K], добавлен 13.01.2010
Миф как одна из форм культуры, самый ранний способ восприятия мира. Анализ норвежских, кельтских и тевтонских легенд. Дитварт как римский император, прославившийся своими подвигами. Рассмотрение основных особенностей китайской и славянской мифологии.
реферат [73,8 K], добавлен 03.12.2012
Понятие мифа и мифологии. География мифологий мира. Зарождение человечества и происхождение остального мира. Предания, описывающие деяния богов и объясняющие тайны мира в мифах Древнего Египта, Южной и Восточной Азии, в современных мировых религиях.
реферат [24,6 K], добавлен 22.06.2012
Сказки как уникальная форма массового самосознания, мировоззрения и культуры. Сказочные персонажи, их типаж и действия, сравнительная характеристика, черты характера. Противостояние зла и добра в народных сказках, их названия, имена героев и традиции.
творческая работа [26,2 K], добавлен 21.02.2012
Изучение истории средневековой инквизиции. Методы инквизиции, а также процессы над учеными (Николаем Коперником, Галилео Галилеем, Джордано Бруно). Мифы о Великой инквизиции. Нововведения науки, которые, по мнению инквизиторов, подрывали авторитет церкви.
реферат [46,9 K], добавлен 07.05.2013