Международная организация как субъект мчп
Субъекты международного частного права
1. Субъекты международного частного права — это участники гражданских, семейных, трудовых правоотношений, осложненных иностранным элементом. К ним относятся физические лица: граждане; лица без гражданства; иностранные граждане; лица, имеющие двойное гражданство; беженцы; иностранные и российские юридические лица; международные организации; государства, а также субъекты федеративного государства.
Физические и юридические лица по общему правилу пользуются на территории РФ национальным режимом, т.е. тем же объемом правоспособности, что и российские субъекты. В то же время в соответствии со ст. 1194 ГК Правительством РФ могут быть установлены реторсии, т.е. ответные ограничения в отношении имущественных и личных неимущественных прав граждан и юридических лиц тех государств, в которых имеются специальные ограничения имущественных и личных неимущественных прав российских граждан и юридических лиц.
2. Правоспособность и дееспособность иностранных физических лиц. Гражданская правоспособность физического лица определяется личным законом, т.е. тем нормативным актом, иным источником права, который определяет правоспособность в стране, гражданином (подданным) которой является это лицо. Для лиц без гражданства личный закон определяется правом места их постоянного жительства.
По общему правилу иностранцы и лица без гражданства пользуются в РФ гражданской правоспособностью наравне с российскими гражданами. В то же время иностранцы могут быть ограничены в правоспособности: они не могут быть судьями, прокурорами, занимать должности в органах государственной власти и управления РФ. В соответствии с п. 3 ст. 15 ЗК иностранцы, лица без гражданства и иностранные юридические лица не могут иметь на праве собственности земельные участки, находящиеся на приграничных территориях и на иных установленных особо территориях России. Ограничения правоспособности не являются раз и навсегда установленными. Так, если ранее в силу п. 4 ст. 56 Воздушного кодекса в состав летного экипажа гражданского воздушного судна РФ могли входить только российские граждане, то в настоящее время такое ограничение снято.
Гражданская дееспособность физического лица также определяется по закону гражданства, а для лиц без гражданства — по закону их места жительства. В то же время физическое лицо, не обладающее дееспособностью по своему личному закону, не вправе ссылаться на отсутствие у него дееспособности, если оно является дееспособным по праву места совершения сделки. Однако если будет доказано, что другая сторона знала или заведомо должна была знать об отсутствии дееспособности, то суд должен применить личный закон иностранца в части ограничения его дееспособности. Личным законом по общему правилу также определяется право физического лица на имя, его использование и защиту (иное может быть предусмотрено ГК или другими законами).
Право физического лица на занятие предпринимательской деятельностью в качестве индивидуального предпринимателя определяется по праву страны, где такое физическое лицо зарегистрировано в этом качестве. В то же время такие вопросы, как признание лица безвестно отсутствующим, объявление умершим, признание недееспособным или ограниченно дееспособным, подчиняются российскому праву и обращение к иностранному праву не требуется.
3. Правосубъектность иностранных юридических лиц определяется их личным законом. В соответствии с п. 1 ст. 1202 ГК личным законом юридического лица считается право страны, где учреждено юридическое лицо. На основании личного закона устанавливаются статус организации в качестве юридического лица, организационно-правовая форма, порядок создания, реорганизации и ликвидации юридического лица, порядок приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей. Следует указать на две особенности статуса иностранного юридического лица на территории РФ.
Во-первых, юридическое лицо не может ссылаться на ограничения полномочий его органа или представителя на совершение сделки, не известное праву страны, в которой была совершена сделка, кроме тех случаев, когда другая сторона знала об указанном ограничении.
Во-вторых, если юридическое лицо осуществляет свою предпринимательскую деятельность преимущественно на территории РФ, то к требованиям об ответственности по обязательствам юридического лица его учредителей (участников), других лиц, которые имеют возможность определять его действия, применяется российское право либо по выбору кредитора личный закон такого юридического лица.
Рассматривая особенности деятельности иностранных юридических лиц на территории Российской Федерации, следует отметить, что они вправе заключать договоры, совершать иные сделки, создавать юридические лица, представительства т.п. Создание и ликвидация коммерческой организации с иностранными инвестициями осуществляются по общему правилу, на условиях и в порядке, которые предусмотрены ГК и другими федеральными законами. Исключения могут быть установлены отдельными законодательными актами РФ.
Особенности создания филиала иностранного юридического лица, его представительства определяются Законом об инвестициях. Такие структурные подразделения создаются, открываются, прекращают свою деятельность на территории РФ на основании решения юридического лица. Государственный контроль за созданием филиала иностранного юридического лица, открытием его представительства, прекращением деятельности этих филиала, представительства осуществляется посредством их аккредитации, которую осуществляют органы ФНС РФ.
4. Государство как субъект международного частного права. Государства по общему правилу не вступают в хозяйственные, коммерческие отношения и поэтому, например, поставку нефти и газа осуществляют соответствующие юридические лица РФ. В то же время государство может быть участником отношений, связанных с использованием государственного имущества на основании договоров аренды, государственных займов, деликтных, наследственных и ряда иных отношений. Не случайно в ст. 1204 ГК закреплено правило, в силу которого к гражданско-правовым отношениям, осложненным иностранным элементом, с участием государства коллизионные нормы применяются на общих основаниях.
Важной чертой статуса государства является наличие юрисдикционного иммунитета, т.е. неподвластности юрисдикции, прежде всего судебной, иностранного государства. Юрисдикционный иммунитет иностранного государства и его имущества состоит из трех элементов:
1) судебного иммунитета, понимаемого как обязанность судов РФ воздержаться от привлечения иностранного государства к участию в судебном процессе;
2) иммунитета в отношении мер по обеспечению иска, т.е. обязанности судов РФ воздержаться от применения в отношении иностранного государства и имущества иностранного государства ареста и иных мер, обеспечивающих впоследствии рассмотрение спора и (или) исполнение решения суда;
Федеральный закон от 3 ноября 2015 г. N 297-ФЗ «О юрисдикционных иммунитетах иностранного государства и имущества иностранного государства в Российской Федерации».
Иммунитет государства бывает двух видов: абсолютный и функциональный. Абсолютный предполагает, что государство пользуется иммунитетом в полном объеме, независимо от того, в каких именно отношениях оно участвует. Функциональный — это пользование иммунитетом только при осуществлении суверенных властных полномочий в целях реализации суверенной власти.
Российское право исходит из наличия у государства именно функционального иммунитета. Закон о государственных иммунитетах с рядом оговорок и исключений говорит о неприменении судебного иммунитета иностранного государства в отношении следующих категорий споров:
— связанных с участием иностранного государства в гражданско-правовых сделках и (или) осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности; возникших на основании трудового договора между этим иностранным государством и работником относительно работы, которая была или должна быть выполнена полностью либо частично на территории Российской Федерации за рядом исключений, в частности если работник принят на работу для выполнения конкретных обязанностей по осуществлению суверенных властных полномочий иностранного государства;
— связанных с участием в юридических лицах; о возмещении иностранным государством вреда, причиненного жизни, здоровью, имуществу, чести и достоинству, деловой репутации физического лица или имуществу, деловой репутации юридического лица, если требование возникло вследствие действия (бездействия) или в связи с иным обстоятельством, имевшим место полностью или частично на территории РФ, и причинитель вреда находился на территории РФ в момент такого действия (бездействия);
— о правах на имущество, а также в ряде иных случаев, когда государство не осуществляет суверенных властных полномочий.
Иностранное государство может само дать согласие на осуществление судом РФ юрисдикции в отношении конкретного спора в силу: международного договора; письменного соглашения, не являющегося международным договором, а также заявления в суде, письменного уведомления суда в рамках судебного процесса в отношении конкретного спора. Характерно, что РФ допускает для себя возможность отказа от иммунитета в иностранных судах. Так, в Законе о разделе продукции содержится положение о том, что в соглашениях, заключаемых с иностранными гражданами и иностранными юридическими лицами, может быть предусмотрен отказ Российской Федерации от судебного иммунитета, иммунитета в отношении предварительного обеспечения иска и исполнения судебного решения.
Кроме того, иностранное государство может быть признано отказавшимся от судебного иммунитета, если оно предприняло в суде РФ процессуальное действие по существу дела, например предъявило иск, вступило в судебный процесс по существу спора в качестве стороны, заявило встречный иск и т.д. Отказ иностранного государства от судебного иммунитета в отношении конкретного спора не может быть отозван и распространяется на все стадии судебного разбирательства.
Что касается иммунитета иностранного государства в отношении мер по обеспечению иска и исполнения решения российского суда, тут действуют следующие правила. Иностранное государство пользуется иммунитетом в отношении мер по обеспечению иска, за исключением случаев, если иностранное государство само явно выразило согласие на принятие соответствующих мер либо зарезервировало или иным образом обозначило имущество на случай удовлетворения требования, являющегося предметом спора.
В отношении исполнения решения российского суда иностранное государство на территории РФ по общему правилу пользуется иммунитетом, кроме тех случаев, если оно явно выразило согласие на принятие соответствующих мер, зарезервировало или иным образом обозначило имущество на случай удовлетворения требования, являющегося предметом спора, либо имущество иностранного государства используется и (или) предназначено для использования данным иностранным государством в целях, не связанных с осуществлением суверенных властных полномочий.
Международные организации как субъекты международного частного права
В международной практике широкое распространение получил термин «международное юридическое лицо». Этот термин применяется к юридическим лицам публичного права, которые созданы:
– непосредственно в силу международного соглашения (Международный банк реконструкции и развития (МБРР), Европейское общество химической обработки облученных горючих материалов);
– на основании национального закона одного или более государств, принятого в соответствии с международным договором (Европейское общество по финансированию закупок железнодорожного оборудования («Еврофирма»), Банк международных расчетов (БМР).
Как правило, личный закон и личный статут международных юридических лиц установлены в соответствующем международном соглашении. Международные юридические лица – носители прав и обязанностей цивилистического характера, возникающих в международном обороте, обладают обособленным имуществом, могут от своего имени приобретать имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в качестве истцов или ответчиков по частно‑правовым спорам в правоприменительных органах (И. И. Лукашук).
Основная разновидность международных юридических лиц – международные организации. Понятие «международная организация» включает международные межправительственные (ММПО) и международные неправительственные (МНПО) организации. Международные организации – субъекты международного права особого рода. Они создаются для выполнения конкретных задач и могут вступать в те правоотношения, которые определены их функциями и задачами и соответствуют их уставу. Компетенция организации ограничена целями, во исполнение которых она создана.
Международные организации – субъекты МЧП. Каждая организация обладает совокупностью прав и обязанностей, свойственных юридическому лицу, имеет частно‑правовой статус. Это международное юридическое лицо, созданное на основе международного договора, а не на основе национального законодательства. Статус организации как юридического лица закреплен в международно‑правовых актах (ст. 104 Устава ООН; ст. 105 Конвенции о привилегиях и иммунитетах объединенных наций (г. Лейк‑Саксесс, Нью‑Йорк, 13 февраля 1946 г.). В учредительных документах организаций фиксируется их гражданско‑правовая правоспособность (ст. 104 Устава ООН; ст. 12 Устава ЮНЕСКО).
Государства – члены межправительственных организаций признают, что международные учреждения имеют статус юридических лиц. Закон Великобритании о международных организациях (1981 г.) предусматривает, что на территории Великобритании в качестве юридического лица может действовать любая межправительственная организация, в том числе та, в которой Соединенное Королевство не участвует. Юридический комитет ООН провел анализ международной арбитражной и национальной судебной практики на предмет установления случаев отказа в признании статуса юридического лица за международными организациями. Был сделан вывод, что судебная и арбитражная практика не знает примеров такого отказа (А. А. Рубанов).
Международная организация получает статус юридического лица с момента регистрации ее устава либо включения в реестр юридических лиц в государстве по месту нахождения ее штаб‑квартиры, она обладает привилегиями и иммунитетами (собственности, от национальной юрисдикции, от применения национального права). Вступление организации в частно‑правовые отношения предполагает отказ от этих привилегий и иммунитетов. Международные организации как международные юридические лица имеют осложненный, двойственный правовой статус.
Коллизионное регулирование частно‑правовых отношений международных организаций
Ранее было принято считать, что личный закон международных организаций как субъектов гражданских правоотношений определяется на основе теории оседлости: международная организация – юридическое лицо права того государства, на чьей территории расположена ее штаб‑квартира (НАТО – юридическое лицо бельгийского права, Совет Европы – юридическое лицо французского права).
Доктрина
В настоящее время господствует иная точка зрения. Международные организации возникают в рамках международного правопорядка и получают качество юридического лица на основе международно‑правовых норм (С. В. Черниченко). Право, на основе которого возникает и действует международная организация, «должно иметь международный характер; им не может быть территориальное право местонахождения штаб‑квартиры межправительственной организации или какой‑либо другой системы муниципального права. В противном случае будет нарушен международный характер… организации… Персональное право… организации состоит из международных правил, применимых потому, что принципы их деятельности не могут быть подчинены какому‑либо муниципальному праву как таковому» (В. Дженкс).
В Российской Федерации гражданско‑процессуальная правоспособность международной организации устанавливается на основе международного договора, в соответствии с которым она создана, ее учредительных документов или соглашения с компетентным органом РФ (п. 3 ст. 400 ГПК РФ). Толкование этой нормы позволяет утверждать, что личный закон международной организации определяется не по праву страны места нахождения штаб‑квартиры организации, а на основании международно‑правовых актов.
Проблема регулирования деятельности международной организации национальным правом какого‑либо государства возникает в случае:
– совершения гражданско‑правовых сделок;
– заключения трудовых контрактов;
– представления документов организации в национальные компетентные органы.
Гражданско‑правовые отношения международных организаций регламентируются посредством комбинированного правового комплекса. Составные элементы этого комплекса включают:
– нормы международного публичного права (положения международных соглашений о месте пребывания штаб‑квартиры организации);
– внутреннее право международной организации (финансовые правила ООН);
– положения национального права (как правило, страны места пребывания штаб‑квартиры организации), например земельный кадастр.
В доктрине признается, что к сделкам с участием международных организаций применяются коллизионные привязки «закон места подписания акта» и «закон автономии воли». Эти традиционные коллизионные принципы в подобных сделках трактуются шире, чем при заключении контрактов между национальными юридическими лицами. Права и обязанности международной организации как юридического лица определяются международным правом, поэтому коллизионное регулирование гражданских правоотношений с участием ММПО подчиняется не только национальному, но и международному праву.
В 1975 г. Комитет по контрактам Секретариата ООН разработал Типовые правила и образцы контрактов для международных организаций системы ООН. В специальном заключении Юридического отдела Секретариата ООН (2002 г.) подчеркивается, что последней тенденцией в контрактной практике ООН «является стремление избежать, когда это возможно, ссылки на любое конкретно применяемое право, в особенности на любую внутригосударственную систему права». Наиболее приемлемой считается отсылка к внутреннему праву данной организации.
Форма и порядок заключения контрактов международными организациями определяются на основе внутреннего права организации. В соответствии с Типовыми правилами контракт должен быть подписан уполномоченным помощником главного должностного лица организации (в ООН – главой Управления общего обслуживания). Он подписывает контракты на сумму до 10 тыс. долл. Сделки на сумму свыше этой суммы заключаются с разрешения Комитета по контрактам ООН. Несоблюдение данных условий влечет недействительность контракта (А. М. Лаптев).
Генеральная коллизионная привязка договорных отношений – автономия воли сторон – применяется к сделкам с участием международных организаций. Организации вправе подчинять свои контракты любому национальному праву, избранному по соглашению с партнером.
На практике международные юридические лица стремятся избежать подчинения своих коммерческих контрактов национальному законодательству. Согласно заключению Юридического отдела Секретариата ООН ни в Уставе ООН, ни в процедурных правилах ее органов, ни в международных договорах не содержится норм, указывающих на конкретную правовую систему, применимую к частно‑правовым сделкам ООН. Секретариат рекомендует всем организациям заключать гражданско‑правовые соглашения на основе внутренних правил межправительственных организаций. Современная контрактная практика международных организаций демонстрирует устойчивую тенденцию отказа от применения национального права и подчинении сделки международному праву, общим принципам права, общим принципам международного права, lex mercatoria.
Коллизионные вопросы «международных трудовых контрактов» решаются на основе уставов и внутренних документов международных организаций. Например, в ст. 101 Устава ООН подчеркивается: персонал ООН назначается Генеральным Секретарем согласно Правилам о персонале Организации Объединенных Наций, утвержденным Генеральной Ассамблеей. В Соглашение ЮНЕП (Программа ООН по окружающей среде) с Ливией включен раздел, посвященный специалистам младшей категории. «Младшие сотрудники категории специалистов» на территории Ливии действуют на основе права ЮНЕП. На «младших сотрудников категории специалистов на период их назначения в Программу Организации Объединенных Наций по окружающей среде в качестве гражданских служащих распространяется действие Правил и Положения о персонале ООН» (С. В. Черниченко).
Международные организации обладают многими видами собственности: зданиями, имуществом, морскими судами, летательными аппаратами, автомобилями, банковскими вкладами, ценными бумагами. На это имущество не может быть наложен арест, оно не может быть конфисковано, национализировано, экспроприировано и т. п. Собственность международных организаций не подлежит публичной продаже или иным действиям подобного характера, предусмотренным национальным законодательством. Иммунитет собственности международных организаций предусмотрен во многих международных соглашениях: Конвенция о привилегиях и иммунитетах объединенных наций устанавливает, что имущество и активы ООН не подлежат обыску, реквизиции, конфискации и какой‑либо иной форме вмешательства путем исполнительных, административных и судебных действий.
Соглашение ЭКОСОС с Ираком о штаб‑квартире Экономической комиссии для Западной Азии декларирует «освобождение имущества ООН от обыска, конфискации, ареста, экспроприации; свободное открытие счетов в любом банке, обладание фондами в любой валюте; свободный ввоз и вывоз валютных средств; освобождение от налогов, таможенных сборов», ограничений на экспорт и импорт аудио и видеотехники, аудио и видеокассет.
Право собственности международной организации закрепляется в договоре организации с государством ее места пребывания (соглашения между ООН и Швейцарией, между Францией и ЮНЕСКО). Международный характер собственности межправительственных организаций порождает специфические коллизионные проблемы. Исходное начало коллизионного регулирования права собственности – закон места нахождения вещи. Международный характер собственности требует трансформации общей коллизионной привязки в специальные – место нахождения штаб‑квартиры организации, место регистрации собственности, место нахождения вещи в международном районе. Трансформация традиционных коллизионных принципов означает применение к регулированию права собственности ММПО внутренних правил самой организации. Точно так же принято трактовать закон места заключения сделки – закон места заключения контракта в международном районе.
Согласно Соглашению между ООН и Правительством Швейцарии ООН владеет в Женеве (район Ариана) строениями, может возводить здания и сооружения для своих нужд, но право собственности на землю остается у кантона Женева. Другие организации – МОТ, ВОЗ, ВМО – в этом же районе владеют землей и строениями. ЮНЕСКО заключила договор с Правительством Франции о земельной аренде на 99 лет. Строения, возводимые на этой земле, принадлежат организации, которая имеет право заключать договоры субаренды, передавать часть земли другим специализированным учреждениям ООН, сдавать помещения внаем.
В недавнем прошлом доктрина утверждала, что коллизионное начало закон места нахождения вещи «полностью применяется к сделкам, в которых международная организация выступает как юридическое лицо. Если международная организация располагает собственностью… то она должна признать закон места нахождения вещи» (В. Дженкс). Такая практика была связана с вопросами правопреемства ООН собственности от Лиги Наций. Земля и здания в Женеве были зарегистрированы в Женевском земельном регистре как собственность Лиги Наций. В 1946 г. был оформлен протокол передачи этой собственности Международной организации труда. Процедура передачи соответствовала швейцарскому праву, правовой статус недвижимостей МОТ регулировался швейцарским правом. В 1960 г. ВОЗ подписала Протокол о праве на владение строениями в кантоне Женева. В документах указывалось, что юридический статус собственности определяется по праву Швейцарии; арбитражное рассмотрение споров, связанных с этой собственностью, строится на основе швейцарского права и «общих принципов права». Указание о применении национального права страны места регистрации собственности международных организаций содержится в договорах между МБРР, МВФ и штатом Нью‑Йорк, ЮНЕСКО и Францией.
Во второй половине 60‑х гг. XX в. правовой режим собственности международных организаций изменился: из договоров организаций с государствами их места нахождения исключаются положения о применении национального права. В настоящее время большинство соглашений о штаб‑квартирах международных организаций не предусматривают обязательного применения к гражданско‑правовым соглашениям организаций и к их собственности национального права государства места нахождения штаб‑квартиры (в соглашениях между ФАО и Италией, ИКАО и Канадой).
Международные организации обладают правом «искать и отвечать в суде» (ст. 104 Устава ООН). Наличие этого права подчеркивается в консультативных заключениях Международного Суда ООН (1949 г. – «дело Бернадотта» о возмещении ущерба, понесенного на службе ООН). Предпочтение отдается разрешению споров путем обращения в международные правоприменительные органы. Международные организации практически не обращаются в национальные суды.
Обращение частных лиц в национальный суд с иском к международной организации влечет отказ в принятии иска (судебный иммунитет международной организации). Национальная судебная практика достаточно единообразна: заявителю дается ответ, что суд не может принять иск к рассмотрению, так как международная организация обладает иммунитетом от рассмотрения исков гражданско‑правового характера в национальных судах (постановление Верховного суда Мексики по иску гражданина Диаса к Экономической комиссии для Латинской Америки (1953 г.). Обоснование отказа в принятии иска – суд не «обладает юрисдикцией в отношении спора в силу иммунитета организации» (А. М. Лаптев).
Международные организации – это международные юридические лица, создающие собственные правовые нормы. Эти нормы включаются в общую систему регулирования международных частно‑правовых отношений и оказывают модифицирующее влияние на действие традиционных коллизионных принципов. «Закон места нахождения вещи» может толковаться как «закон места нахождения вещи в международном районе». К регулированию правового положения такой собственности должны привлекаться правила международной организации. Привязка «закон места подписания контракта» может толковаться как «закон места подписания контракта в международном районе».
Договорные отношения международных организаций регулируются на основе закона автономии воли. В отсутствие выбора применимого права коллизионное регулирование предполагает использование принципа наиболее тесной связи. Практика гражданско‑правовых контрактов международных организаций свидетельствует, что в таких ситуациях принцип наиболее тесной связи имеет в виду международное право, внутреннее право организации, общие принципы права. Национальное право, определенное на основе критерия характерного исполнения или места нахождения вещи, применяется довольно редко.