мемуарам С.Ю.Витте в статье «Граф Сергей Юльевич Витте (материалы для биографии)», напечатанной в 1915 г. в нескольких номерах «Исторического вестника». [5] Не скрывая того, что в последние годы жизни Витте он принимал участие в различных литературных предприятиях отставного министра, Глинский писал, что предлагал Витте напечатать в «Историческом вестнике» некоторые отрывки из его мемуаров, но последний заявил: «Напечатать в вашем журнале кое-что из своих воспоминаний мне было бы, несомненно, интересно, но это как-нибудь потом, а сейчас будем продолжать опубликовывать документы». [6] Николай II, разумеется, знал о существовании мемуаров задолго до появления этих газетных и журнальных сообщений. Бумаги Витте были опечатаны сразу же после его смерти, а 5 марта в его особняк на Каменноостровском проспекте явились генерал-адъютант Максимович, кн. Трубецкой и представитель полиции. Архив Витте был просмотрен и значительная часть его увезена. Искали мемуары, но не нашли. [7] Обнаружено было только оглавление к стенографическим рассказам, [8] которое еще больше разожгло любопытство Николая II, заявившего через генерал-адъютанта вдове Витте о своем желании ознакомиться с мемуарами, в чем ему было отказано со ссылкой на то, что мемуары хранятся за границей. В ответ на это и последовал описанный в предисловии М.И.Витте к «Воспоминаниям» обыск в заграничной вилле Витте в Биаррице, произведенный чиновником русского посольства в Париже в отсутствие хозяев. Но и он оказался безрезультатным. Витте слишком хорошо знал повадки русской полиции и Николая II (он и сам прибегал к подобным приемам), чтобы решиться хранить рукописи мемуаров обычным способом даже далеко за пределами России. Они долгое время хранились в одном из парижских банков на имя его жены и незадолго до смерти Витте были переведены в Байонну на имя другого лица. Хотя о существовании мемуаров Витте стало широко известно сразу же после его смерти, прошло более пяти лет, прежде чем
они увидели свет. Только в конце 1920 г. выяснилось, что рукописи мемуаров попали в руки созданного в Берлине весной 1920 г. книгоиздательства «Слово». Член правления этого издательства и одновременно редактор белоэмигрантской газеты «Руль» И.В.Гессен, подготовлявший издание мемуаров, стал помещать в этой газете отдельные отрывки из них, [9] а спустя некоторое время, в 1921 г., вышел из печати первый том «Воспоминаний». [10] Однако издательство «Слово» не было первым, опубликовавшим мемуары С.Ю.Витте. Рукопись мемуаров, если не при жизни автopa, то после его смерти, попала все-таки в руки американских издателей. В 1921 г. в американском журнале «Worlds Work» были опубликованы три отрывка из мемуаров [11] и в том же году, несколько опередив выход первого тома берлинского издания, появилось американское однотомное издание мемуаров Витте на английском языке. [12] На титульном листе американского издания значилось, что оно представляет собой перевод с оригинала рукописи, подготовленной к печати А.Ярмолинским, который в течение многих лет был заведующим славянским отделом Нью-Йоркской публичной библиотеки.
Витте писал свои рукописные заметки за границей и закончил над ними работу в октябре 1912 г. Зимой 1910-1911 гг., находясь в Петербурге, он начал параллельно диктовать «стенографические рассказы», тематически самым тесным образом связанные с рукописными заметками и во многом их повторяющие. Эти рассказы начинаются воспоминаниями о детстве и доведены до 1911 г. Так появилась еще одна составная часть мемуаров. Каждую из этих трех работ, как уже говорилось выше, Витте и завещал после своей смерти опубликовать отдельно. Однако это завещание было нарушено прежде всего им самим. В течение последнего года своей жизни Витте под чужим именем опубликовал «Возникновение русско-японской войны». [18] После его смерти завещание также не было исполнено в точности при издании рукописных заметок и стенографических рассказов. Как мы знаем из вступительных замечаний Гессена, на основании «стенографических записей (17 томов in folio)» и «заграничных заметок (9 тетрадей in quarto)» им были составлены три тома «Воспоминаний». Преследуя, очевидно, коммерческие цели, Гессен, вместо того чтобы в соответствии с завещанием издать каждую из рукописей отдельно, свел их в единый текст, разбил его на главы, а в случаях «параллельности изложения» установил «сводную редакцию», беря в таких случаях за основу «более «откровенный» рассказ рукописных заметок». [19] Результаты произведенного Гессеном «упорядочения» оставленного Витте материала таковы, что на основании подготовленных им к печати «Воспоминаний» невозможно получить полного представления о рукописях, которые имел в своем распоряжении издатель, хотя Гессен и выделил в «Воспоминаниях» звездочками части текста, взятые им из «рукописных заметок». Наличие в издании текста, составленного Гессеном в результате «сводной редакции», уже само по себе исключает возможность восстановить первоначальный вид рукописей, не говоря уже о том, что в «Воспоминаниях» имеется довольно большое количество купюр, как обозначенных, так и не обозначенных издателем. Однако при всех его недостатках берлинское издание мемуаров Витте является значительно более полным и в научном отношении более ценным по сравнению с изданием мемуаров на английском языке, также подготовленным по рукописи. Что касается этого издания, то достаточно его сопоставить с берлинским, чтобы убедиться в том, что это не более как вольное изложение мемуаров в переводе на английский язык, сжатое в один
Судя по приводимому Гессеном предисловию Витте к первой части рукописных заметок (от отставки с поста министра финансов до возвращения из Портсмута), Витте написал ее, «не имея под руками документов». [26] В дальнейшем же он постоянно имел возможность пользоваться своим архивом как в Петербурге, так и за границей (заграничный архив был образован, очевидно, в 1908-1909 гг.). Помимо того, что личный фонд Витте содержит документальную основу его мемуаров, он ценен еще и тем, что дает возможность даже при отсутствии рукописных заметок и стенографических рассказов получить некоторое представление о ходе работы над ними. В фонде сохранились прямые следы этой работы: уже упоминавшееся оглавление к стенограммам [27] и хронологические таблицы, охватывающие весь затрагиваемый мемуарами период. [28] Весь машинописный текст таблиц перечеркнут, очевидно, по мере его использования. Остался не перечеркнутым лишь текст, относящийся к периоду с 15 сентября 1905 г. по конец апреля 1906 г., который, как известно, в стенограммах был пропущен. [29] Можно поэтому предположить, что хронологические таблицы служили Витте пособием при стенографических диктовках. Таким образом, мемуары, в которых упоминаются лишь некоторые документы и почти совсем нет дат, на самом деле написаны с использованием не только обширной коллекции документов, но и тщательно выверенной хронологической канвы. Однако архив собирался Витте отнюдь не только как документальная база для рукописей мемуаров, предназначенных к посмертному опубликованию. Устраненный в 1906 г. от активной государственной деятельности, он до самой смерти вел напряженную политическую борьбу за власть, за непогрешимость собственной репутации и дискредитацию своих противников. Важную роль в этой борьбе играла его публицистическая деятельность (мы имеем здесь в виду не только статьи и книги, которые появлялись под собственным именем Витте, или открыто даваемые им интервью, но и значительную инспирированную им литературу). Эта деятельность Витте, следы которой также сохранились в его личном фонде, находилась в прямой связи с писанием мемуаров и проливает, как нам кажется, новый свет на характер мемуаров и цели, которые ставил перед собой их автор. В результате публицистических выступлений Витте основные темы его мемуаров
Название: Политика и политики в воспоминаниях Витте Раздел: Рефераты по истории Тип: доклад Добавлен 08:34:44 03 июня 2011 Похожие работы Просмотров: 195 Комментариев: 20 Оценило: 2 человек Средний балл: 5 Оценка: неизвестно Скачать
Новосибирский государственный университет
Кафедра отечественной истории
Скоморохов Вадим Викторович
Доклад по отечественной истории на тему
«Политика и политики в воспоминаниях Витте»
Дмитриев Андрей Владимирович
Глава 1. Исторический портрет Витте
· воспоминания современников о Витте. Личность Витте
Глава 2. Воспоминания Витте по его мемуарам
· Внутренняя политика. Хар-ка Кабинета министров.
· Экономическая политика и реформа Витте
Глава 3. Политики в воспоминаниях Витте:
В нашей науке много говорят относительно этого времени, высказывают много точек зрения относительно политики, проводимой императорами, относительно самих императоров и, конечно, относительно министров и политических деятелей. Но как бы мы не старались оценить и понять развитие дел в тот период времени, в наших суждениях все равно будет присутствовать влияние того времени, в которое эти точки зрения высказывались. Непосредственно точно, или правильнее сказать приближенно понять историческую картину, ход тех или иных ситуаций можно понять непосредственно опираясь на мемуары современников тех лет, а тем более людей, которые занимали не последнее место в системе управления. Целью моей работы является на основе воспоминаний одного из таких политических деятелей, а именно Сергея Юльевича Витте, проанализировать ситуацию и положение дел в Российской империи конца XIX- начала XX вв, выявить проблемы, которые стояли перед государством и пути их решения. А так же попытаться найти ответ на вопрос: кем же был Витте для Российской империи, какую роль он сыграл для ее развития и улучшения.
Исторический портер Витте.
Родился Витте в Тифлисе в 1849 г. и детство провел на Кавказе. Предки его были голландцы, которые переселились в прибалтийские провинции еще в шведскую эпоху, отец его был родом из остзейской губернии, хотя и принадлежал к дворянству Псковской губернии. Мать его, напротив, была русской, ее отцом был А. М. Фадеев, который одно время был саратовским вице-губернатором, а затем перешел на службу на Кавказ при наместнике кавказском к Н. Воронове. Ее мать была из рода князей Долгоруких. Отец Витте познакомился с семьей Фадеевых в Саратове, где он служил агрономом. Он женился на одной из девиц Фадеевых, для чего должен был перейти из лютеранства в православие. Так как строго православная семья Фадеевых поставила это условием своего согласия на брак, и с тех пор совершенно вошел в семью своего тестя. Вместе с нею он переехал в Тифлис, где служил по ведомству государственного имуществ под начальством своего тестя.
Экономическая «система» Витте явно пошатнулась. Это дало возможность его противникам (Плеве, Безобразову и др.) постепенно оттеснить министра финансов от власти. Кампанию против Витте охотно поддержал Николай II. В августе 1903 г. кампания против Витте увенчалась успехом: он был снят с должности министра финансов и назначен на пост председателя Комитета министров. Несмотря на громкое название, это была «почетная отставка», так как новый пост был несоизмеримо менее влиятелен. Вместе с тем Николай II не собирался окончательно удалять Витте, ибо тому явно симпатизировали императрица-мать Мария Федоровна и брат царя великий князь Михаил. Кроме того, на всякий случай Николай II и сам хотел иметь под рукой такого опытного, умного, энергичного сановника.[4]
Потерпев поражение в политической борьбе, Витте не вернулся к частному предпринимательству. Он поставил себе целью отвоевать утраченные позиции. Оставаясь в тени, он добивался того, чтобы не потерять окончательно расположения царя, почаще привлекать к себе «высочайшее внимание», укреплял и налаживал связи в правительственных кругах. Начать активную борьбу за возвращение к власти позволила подготовка к войне с Японией. Однако надежды Витте на то, что с началом войны Николай II призовет его, не оправдались.
23 августа 1905 г. был подписан Портсмутский мир. Это была блестящая победа Витте, подтверждавшая его выдающиеся дипломатические способности. Из безнадежно проигранной войны талантливому дипломату удалось выйти с минимальными потерями, добившись при этом для России «почти благопристойного мира». Несмотря на свое нерасположение, царь по достоинству оценил заслуги Витте: за Портсмутский мир ему был присвоен графский титул.
Скончался С. Ю. Витте 28 февраля 1915 г., немного не дожив до 65 лет. Хоронили его скромно, «по третьему разряду». Никаких официальных церемоний не было. Более того, рабочий кабинет покойного был опечатан, бумаги конфискованы, на вилле в Биаррице произведен тщательный обыск.
Воспоминания современников о Витте.
В памяти общества характеристика самого Витте двоится. В 90-х г. он слыл «либералом», революция и опыт его «конституционного» министерства, в 1905-1906 г., стяжали ему репутацию лютого реакционера.
Ясное дело, что появление провинциала С.Витте среди столичной правящей элиты вызвало негативные эмоции. Вокруг его имени выдумывались всякие легенды, он фигурировал в злобных анекдотах, а вицмундирные молодчики не переставали оттачивать свое остроумие над его поведением в обществе, его фигурой, манерами. Черту характера оттенил В.Тимирязев — член Государственного совета, много лет проработавший рука об руку с С.Витте: «Мы, знавшие его близко, не можем забыть его исключительно прекрасной души и редкой отзывчивости к нужде ближнего».
Струве, признавая его одаренность как государственного деятеля, превосходившего талантом всех сановников царствования трех последних российских самодержцев, в то же время отмечал, что в отношении нравственность « личность Вите… не стояла на ровне его исключительности государственной одаренности», что « он был по своей сути натуры беспринципен и безыдеен». В леворадикальных кругах Витте оставил о себе память как беспощадный каратель революции, жестокий и циничный бюрократ, строивший могущество империи на костях подданных. И все эти отзывы действительно в той или иной мере отражали какую-то грань этой сложной и противоречивой натуры, оставившей заметный след в российской истории конца 19 – начала 20 века.
Для тусклого «вицмундирного» высшего света Российской империи С.Ю.Витте был «выскочкой» из провинции. По сути дела он представлял для рубежа XIX—ХХ вв. принципиально новый тип чиновника-менеджера, талантливого администратора, слабо связанного с сословными традициями дворянства и внесшего существенный вклад в первую российскую модернизацию.[10]
В качестве директора департамента, а затем и министра Витте принял недюжинные административные способности и организаторский талант. Пользуясь положением царского выдвижения, он ведет необычную для государственного аппарата кадровую политику: набирает людей, отдавая приоритет не происхождению, чинам и выслуге, а прежде всего профессиональной подготовке, знаниям и деловитости, резко меняет стиль работы руководимых им подразделений. Он удивительно легко воспринял методы достижения целей, которые широко практиковались в высшей бюрократической и придворной среде: лесть, умение вести закулисные интриги, используя в борьбе с противником далеко не джентльменские приемы, прессу, подкуп, слухи и сплетни. Стремительное появление Витте в среде высшей бюрократии и столичного общества произвело сильное, но далеко не однозначное впечатление. Небезызвестный князь В. П. Мещерский близкий ко двору реакционнейший публицист и издатель, так вспоминал свою первую встречу с новой звездой, внезапно вспыхнувшей на петербургском небосклоне: « Я увидел перед собой высокого роста, хорошо сложенного, с умным, живым и приветливым лицом человека который сильнее всего впечатлил меня полным отсутствием всякого чиновничьего типа… Витте мне сразу стал симпатичен своей естественностью, безыскусности в проявлении им своей личности.» В профессиональной области он был хорошо знаком с научной литературой. У Александра III он вызывал симпатию. Ему нравились в нем ясность ума, твердость, умение излагать свои идеи четко и убедительно.[11]
Витте хорошо знал человеческие слабости и беззастенчиво подкупал нужных ему людей. В качестве министра финансов он располагал широчайшими возможностями для раздачи денежных субсидий, предоставления привилегий, концессий, назначения на доходные места. Он одним из первых понял силу печатного слова и пользовался газетами для проведения собственных планов. Заказные статьи практиковались и до него, но Витте придал этому делу соответствующий размах. На него работали десятки российских и зарубежных журналистов, по его заказу издавались брошюры и солидные труды. Через прессу велись кампанию по дискредитации противников Витте и продвижении его собственные планы. Сам Витте не был чужд публицистике, хотя степень его личного участия в изданных под его именем трудов, всегда вызывала споры. Характеризуя деятельность министра финансов, П. Б. Струве писал: «Экономический гений Витте следует искать не в плохих трактатах по политической экономии, написанных чужими руками, а в государственном творчестве, свободном от пут доктрин и с какой-то державной легкостью разрешавшей трудности, перед которыми останавливались мудрецы и знатоки».
Какой политический строй считал он в первый период своей деятельности наиболее целесообразным для России? По-видимому, самодержавие. И именно такое, когда самодержцем был бы Александр III, а великим визирем или, если нельзя, то хоть министром финансов был бы С. Ю. Витте. Гораздо хуже самодержавие Николая II, при котором все же долгие годы работал Витте.
В молодые годы Витте исповедовал сугубо консервативные, даже реакционные взгляды. После покушения народовольцев на Александра II возмущенный Витте предложил бороться с террористами их же методами, то есть убивать их так же подло и изменнически, как убивают они сами. Его идея нашла отклик на самом верху, из числа аристократической молодежи была составлена «Святая дружина», которую великий сатирик М. Е. Салтыков-Щедрин саркастически называл обществом взволнованных лоботрясов. Витте принес присягу благонамеренному тайному обществу, получил шифры, пароли, один раз съездил по поручению дружины за границу, но террориста из него не вышло, и впоследствии он со смущением вспоминал об этом эпизоде своей жизни.
Лишившись власти после одиннадцатилетнего управления русскими финансами, Витте усомнился в достоинствах государственного строя, который прежде казался ему нормальным для России. Русско-японская война сделала Витте доступным влиянию конституционных идей. В качестве председателя комитета министров он пытался еще совместить принцип законности с самодержавием, но выработанный в этом смысле под его руководством указ 12 декабря 1904 г. остался мертвой буквой. С устранением его от практической государственной деятельности усилилась его популярностью в русском обществе, и, когда в июне 1905 г. предстоял выбор уполномоченного для ведения мирных переговоров с Японией, то общественное мнение выдвинуло кандидатуру Витте, как самого авторитетного и выдающегося из официальных деятелей того времени.
Витте считал, что только государство может сконцентрировать огромные ресурсы для воплощения самых дерзких замыслов. Ярким примером была Транссибирская магистраль.
По инициативе Витте и при его непосредственном участии были проведены крупные преобразования, давшие мощный импульс процессу модернизации российской экономики, социально и политического строя страны.
Витте добился более четкого разграничения чрезвычайного и обыкновенного бюджетов, до того носивших случайный характер. Каковы были источники пополнения? Одним из таких источников стали внешнеторговые таможенные пошлины. Мысль о привлечении иностранного капитала не была изобретена Витте. Эта идея высказывалась еще Бунге и Вышнеградским. Последний, обосновывая необходимость реорганизации финансовой системы, указал, что «эта мера облегчит прилив в Россию иностранных капиталов, потребность в которых вызывается прямыми жизненными интересами торговли и промышленности.»[22] Предложение его тогда было отклонено. Лишь при Вите политика привлечения в российскую промышленность прямых заграничных инвестиций начала реализовываться в достаточно широких масштабах. В условиях жестоких нападок ему удалось удержаться на высоте благодаря тому, что протекционистская политика зиждилась на довольно определенном изъявлении высочайшей воли и проводилась под «националистическим» лозунгом.
Основным пороком денежно-тарифной системы России первых пореформенных десятилетий были избыток кредитно-бумажной массы, девальвация рубля и его крайняя неустойчивость. В начале министерство финансов попыталось смягчить остроту проблемы административными методами. В течении года министерство пыталось установить контроль за циркулированием денежной наличности: были введены таможенные пошлины на вывоз валюты, запрещены сделки, основанные на курсовой разнице рубля, усилен контроль за биржевыми операциями в России и наложен запрет на производство биржевых сделок маклерами-иностранцами. Какое-то время Витте предлагал преодолеть кризис денежной наличности путем дополнительной эмиссии кредитных билетов. Но Витте довольно скоро понял ошибочность таких расчетов и обратил свои взгляды на более глубокое изучение опыта своих предшественников, пытавшихся заложить предпосылки для перехода к введению золотого обеспечения рубля и размена бумажных денег на металлические. Уходя в отставку, Вышнеградский передал Витте записку, в которой излагались его соображения о предстоящей реформе денежного обращения. В ряду предварительных мер перечислялись и определенная сдержанность в расходах бюджетных средств, и прохождения политики по увеличению доходов от экспорта и импорта, и конверсия внешних займов, рассчитанная на увеличение процентов доходов от облигаций и закладных листов земельных банков, что должно было способствовать переливанию капиталов в торгово-промышленную сферу. Фактически Витте и придерживался этой линии.
Великий акт освобождения крестьян от крепостной зависимости, сделанный великим императором Александром III, был совершен с наделением их землей. Наделение это было принудительное, ибо помещики обязаны были подчиниться самодержавной и неограниченной царской воле. Можно преклоняться и восторгаться этим актом – это другой вопрос, но не следует не усматривать в нем того, что он действительно представляет – нарушение принципа собственности. Этого не только тогда не понимали, но многие не понимают или не желают понимать и теперь. Водворению сознания собственности был нанесен и другой ущерб. Наделение землей всего населения – это акт бесконечной сложности. Составление положения и затем введение его требовало, даже при гениальности творцов и исполнителей, многих лет. Все же было сделано спешно, наскоро. При таких условиях сам вопрос об общинном и индивидуальном наделении не был ни по положению ясно и определению разработан, но еще менее определенно проведен в действительность жизнь. Появилась масса недомолвок и вопросов, висевших в воздухе.
Витте составил себе также совершенно определенные мнения. В чем заключается беда и как ее нужно лечить. Государство не может быть сильно, коль скоро главный оплот его – крестьянство – слабо. «Мы все кричим о том, что российская империя составляет 1/5 часть земной суши и что мы имеем около 14 млн. населения. Но что же из этого, когда громаднейшая часть поверхности, составляющей Российскую империю, находится или в совершенно некультурном или в полукультурном виде и громаднейшая часть населения, с экономической точки зрения, представляет не единицы, а полу- и даже четверти единиц.»[28] Богатство и экономическая, и политическая мощь страны заключается в трех факторах производства: природе – природных богатствах, капитале, как материальном, так и интеллектуальном, и труде. Российская империя чрезвычайно богата природой, хотя значение этого богатства в довольно серьезной степени умаляется неумеренностью климата во многих ее частях, да весьма слаба капиталами, накопленными ценностями. Следует обратить внимание на развитие труда. Труд русского народа крайне слабый и непроизводительный. Этому во многом содействуют климатические условия. Десятки миллионов населения по этой причине в течение нескольких месяцев в году бездействует производительности труда препятствует отсутствие путей сообщения. «Он не может ни передвигаться, ни оставлять свое, часто беднее птичьего гнезда, жилище без паспорта, выдача которого зависит от усмотрения, когда, одним словом его быт в некоторой степени похож на быт домашнего животного с той разницей, что в жизни домашнего животного заинтересован владелец, ибо это его имущество, а Российское государство этого имущества имеет при данной стадии развития государственности в излишке, а то, что имеется в излишке, или мало, или совсем не ценится».
Крымская война открыла глаза наиболее зрячим, они осознали, что Россия не может быть сильна при режиме, покоящемся на рабстве. «Ваш великий дед Самодержавным мечем разрубил гордиев узел. Он выкупил душу и тело своего народа у их владельцев. Нужно окончить то, что начал император Александр II и не мог докончить, и что теперь возможно довершить, после того как император Александр III навел Россию на единоверный путь управления Самодержавной властью. Император Александр II выкупил душу и тело крестьян, не сделал их свободными от помещичьей власти, но не сделал их свободными сынами отечества, не устроил их быта на началах прочной закономерности. Император Александр III, позлащенный восстановлением нашего международного положения, укреплением боевых сил, не успел завершить дело своего августейшего отца. Эта задача осталась в наследство вашему императорскому величеству. Она выполнима и ее нужно выполнить. Иначе Россия не может возвеличить так, как она возвеличивалась.»[30]
Инстинктом Витте понимал всю ошибочность и эфемерность национального самохвальства, окружавшего его в течение большей части его жизни, но особенно усилившегося с 1894 г., со времени вступления Николая II на престол. Дипломатическая его деятельность началась блистательным успехом в Берлине в 1894 г., в год русско-германского торгового договора, и закончилась блистательным успехом в Париже в 1906 г., в год миллиардного займа, и за все двенадцать лет, отделяющих эти две даты, всякий раз, когда русская политика шла не по той дороге, которую указывал Витте, дело кончалось неудачами и опаснейшими осложнениями. сила его была в другом — в понимании, когда именно нужно остановиться или даже нужно повернуть назад. У него в высочайшей степени было то, чего мало было у Николая II и чего не было вовсе у Вильгельма II,— понимания психологии противника. И Витте тоже делал ошибки, но он умел вовремя их обезвреживать; во всяком случае, знал, как их обезвредить.
Вслед за тем Витте устроил для Китая заем под русской гарантией на парижском денежном рынке и создал Русско-Китайский банк, где вкладчиками были как французы, так и русская государственная казна. Словом, мысль Витте выявлялась в эти годы (1895—1896) так: охранение территориальной целости Китая, решающее влияние России в Пекине на центральное китайское правительство, финансовая опека над Китаем, получение концессии на проведение железной дороги через Северную Маньчжурию. В 1895—1896 гг. политика Витте торжествовала. С Китаем отношения были самые дружеские. Было лишь условлено, что дорогу будет строить не непосредственно русское правительство, а особое Общество Восточно-китайской дороги. Со своей стороны, Россия обязывалась отныне защищать Китай от нападения со стороны Японии. Договор должен был храниться в тайне. Одновременно удалось заключить и договор с Японией, по которому определялись права России и Японии в Корее. Этот договор давал обеим сторонам одинаковые права.
Витте остался до конца дней своих убежден, что дальневосточные дела России, устроенные им в 1895—1896 гг., были улажены безукоризненно прекрасно и что он ничуть не отступил от традиций Александра III, ничуть не приобщил к России опасность войны. Он круто, с угрозами, с ультиматумом, вмешался в японо-китайские дела, отнял у Японии плоды ее побед и этим, конечно, надолго и болезненно раздражил и настроил японцев против России, японские публицисты, писавшие впоследствии о русско-японской войне, возводили начальные этапы этого события именно к вмешательству России в Симоносекский договор. С 1897 г. он стал резко бороться против опасного внедрения и готов был на все пойти, чтобы избежать обострения отношений. И прежде всего, никогда бы он не допустил нарушения дружбы с Китаем.
Союз с Китаем — такова была в 1895—1896 гг. основа азиатской политики Витте. Но у него к этому времени была уже готова и программа европейской политики.
В начале ноября 1897 г. Витте получил приглашение на заседание, которое должно было состояться под председательством Николая II и должно было быть посвящено рассмотрению записки графа Муравьева; в этой записке предлагалось занять русскими войсками Порт-Артур или Дальний. Мотивировалось это предложение необходимостью получить компенсацию ввиду занятия Циндао немцами. Указывалось при этом и на огромное стратегическое значение пунктов, которые предлагалось занять. все было ясно: существовало соглашение с Вильгельмом о захвате частей китайской территории, и Россия начинала дело завоевания Северного Китая и прежде всего Ляодунского полуострова. Граф Муравьев объявил, что «берет на свою ответственность» Англию и Японию: они не воспротивятся. Ванновский, признаваясь, что он «не судья» в международной политике, всецело уверился словами Муравьева и заявил, что следует захватить Порт-Артур или Дальний. Тыртов полагал, что лучше было бы иметь порт где-нибудь на берегу Кореи, но по существу не возражал. Что Николай II хочет захвата указываемых в записке пунктов, конечно, не могло быть никакого сомнения. В этой-то обстановке Витте и начал ту долгую борьбу против Николая II, которая кончилась первым крушением карьеры министра финансов и русско-японской войной.
Но чем дальше шел процесс захвата Китая, тем решительнее Витте боролся против всякой активной политики России на Дальнем Востоке.
С 1900 г. начинается новый этап в безнадежной борьбе Витте против Николая II. Витте выехал на Дальний Восток, посетил Маньчжурию и Квантун и вернулся полный самого черного пессимизма. Он явился к Николаю, подал ему обширный доклад, в котором определенно утверждал, что России грозят большие бедствия от продолжения той же политики в Маньчжурии и Корее, горячо настаивал на немедленной эвакуации Маньчжурии, но государь не желал его «подробно выслушивать». В это время Николай II начинает утверждаться в той мысли, что дело о Квантуне и Маньчжурии уже, собственно, покончено, а разговор должен идти только о Корее, и притом в таком смысле, что Россия вовсе не должна исполнять своего обещания, данного после захвата Квантуна, — не насаждать своего влияния в Корее, а, напротив, иметь полную возможность внедриться также и в Корею.
Витте развил свою идею относительно Европы: «Вообразите себе, что вся Европа представляет собой одну империю; что Европа не тратит массу денег, средств, крови и труда на соперничество различных стран между собой, не содержит миллионы войск для войн этих стран между собой и что Европа не представляет собой того военного лагеря, каким она ныне в действительности является, так как каждая страна боится своею соседа; конечно, тогда Европа была бы и гораздо сильнее и гораздо культурнее; она действительно явилась бы хозяином всего мира, а не дряхлела бы под тяжестью взаимной вражды, соревнований и междоусобных войн. Для того чтобы этого достигнуть, нужно прежде всего стремиться, чтобы установить прочные союзные отношения между Россией, Германией и Францией. Раз эти страны будут находиться между собой в твердом, непоколебимом союзе, то, несомненно, все остальные страны континента Европы к этому центральному союзу примкнут, и таким образом образуется общий континентальный союз, который освободит Европу от тех тягостей, которые она сама на себя наложила для взаимного соперничества. Тогда Европа сделается великой, снова расцветет, и ее доминирующее положение над всем миром будет сильным и установится на долгие времена. Иначе Европа и вообще отдельные страны, ее составляющие, находятся под риском больших невзгод».[35] Великий континентальный союз трех военных держав — России, Франции и Германии. Такова идея Витте. Этот союз гарантирует Россию от наиболее для нее опасной войны — от войны с Германией. Морских держав — Англии и Японии — Витте не боялся: завоевательные их экспедиции против России невозможны, а на них Россия тоже никогда не нападет. Следовательно, состоя в Азии в союзе с Китаем, а в Европе — в союзе с Францией и, в будущем, с Германией, Россия может не бояться никаких внешних опасностей.
Политики в воспоминаниях Витте.
Александр III, в глазах Витте – идеал государя.
Императора Александра III его современники и ближайшее поколение далеко не оценили. И большинство относятся к его царствованию скептически. Он был великий император.
Для того, чтобы судить о его царствовании, не следует забывать: что он к царствованию не был готов, наследником был его старший брат, не следует забывать условия при которых он вступил на престол.
Он был идеальным казначеем. Он терпеть не мог излишней роскоши. Терпеть не мог излишнего бросания денег. Когда император вступил на престол он сейчас изменил обмундирование, сделав его весьма простым и поэтому сравнительно дешевым.
Он понимал, что Россия может сделать великой лишь тогда, когда она будет страной не только земледельческой, но страной промышленной.
Александр смотрел на крестьян с глубокой симпатией. Нужно сказать, что при императоре Александре III великие князья ходили по струнке. Покойный император держал их в респекте и не давал им возможности вмешиваться в дела, их не касающиеся. Император Александр III и в области их управления имел сдерживающее влияние на великих князей и пользовался среди них полным авторитетом. Все великие князья любили Александра III, но в то же время и боялись его.
«О делах с ним я говорил мало, знаю, что он совсем не опытный, но и не глупой, и он на меня производил всегда впечатление хорошего и весьма воспитанного молодого человека. Я редко встречал так хорошо воспитанного человека, как Николая II, таким он и остался. Конечно, Николай II не Павел Петрович, но в его характере немало черт последнего и даже Александра 1. Победоносцев (был преподавателем Николая) боялся, что император Николай по молодости своей и неопытности не попал под дурные влияния.»[40]
Вступив неожиданно на престо, император Николай был совершенно к этому не подготовлен, а потому и находился под всевозможным влиянием, преимущественно под влиянием великих князей. В первые годы его царствования доминирующее влияние на него имела императрица, но влияние это было непродолжительным, затем на него постоянно влияли великие князья. Нужно сказать, что при императоре Александре III великие князья ходили по струнке. Покойный император держал их в респекте и не давал им возможности вмешиваться в дела, их не касающиеся. Император Александр III и в области их управления имел сдерживающее влияние на великих князей и пользовался среди них полным авторитетом. Все великие князья любили Александра III, но в то же время и боялись его. С воцарением молодого императора все это было перевернуто, что вполне естественно объясняется разностью лет и разностью жизненного авторитета между молодым Императором и некоторыми великими князьями, родственным уважением молодого Императора к старшим, и наконец, мягкостью характер и темпераментом нового Императора. Это обстоятельство и было одною из причин многих неблагоприятных явлений, скажу даже больше – бедствий царствования императора Николая II.
Первоначально от Николая исходил можно сказать дух благожелательности, он всем желал счастья, ибо у него сердце весьма хорошее, доброе. Но в последующие годы проявились иные черты характера, он всегда был убежден, что поступает хорошо. Во всяком случае, он человек очень добрый и чрезвычайно воспитанный. Он чувствует себя в своей тарелке тогда, когда имеет дело с людьми, которые менее даровиты, нежели он, или наконец те, которые, зная эту его слабость, представляются таковыми.
Он недолюбливал и даже не переносил лиц, твердых в своих мнениях, своих словах и своих действиях. Коварство, молчаливая и неправда, неумение сказать да или нет и затем сказанное исполнить, болезненный оптимизм, т.е. оптимизм, как средство подрыть искусственно нервы – все это черты, свойственные Николаю. «Бедный и несчастный Государь! Что он получил и что оставит? И ведь хороший и неглупый человек, но безвольный, и на этой черте его характера развались Его государственные пороки, т.е. пороки, как правителя, да еще такого самодержавного и не ограниченного.» Николая II был на столько невежествен, что он, по утверждению Витте, «никогда не открыл ни одной страницы русских законов и не сумел бы разъяснить, какая разница между кассационным департаментом сената и другими его департаментами.» Между тем иногда его высочайшие отметки на разных бумагах вдруг начинают пестреть ссылками на такой-то закон и на такое-то решение кассационного департамента. Откуда это? «Очень просто: даже высочайшие собственноручные отметки им только переписываются, а проекты их подсовываются ему приближенными, в 1905 г. подсовывались Треповым, который тоже писал их не сам, а поручал состоявшему при нем сенатору Гарину, перо Гарина как раз имело особенное тяготение к ссылкам на законы и кассационные решения.»
В октябре 1905 г. в России шла революция, первая русская революция. Царь дрожал за свою власть и чувствовал необходимость обратиться за спасением к ненавистному Витте. Стесняться законами Николая II никогда не считал нужным, его понятие самодержавия делало это излишним. Конечно, в современном государстве все же существуют известные учреждения, которые играют роль некоторых сдержек, но против одного учреждения всего можно выдвинуть другое. министр юстиции докладывает императору по всем делам, «касающимся правосудия, тогда же нужно творить уже совершенно явное правосудие, то нужно обращаться к другому докладчику, главноуправляющему делопроизводителю одного из отделений его канцелярии. Николай советовался с Витте.
Да, Россией управляли или дети, облеченные неизмеримой властью, или люди, которые, по своим корыстным соображениям, потакали всем слабостям этих детей, разыгрывая на них желательные им мелодии.
Зима 1902—1903 гг. в бюрократических петербургских сферах прошла под знаком борьбы Плеве с Витте, той борьбы, которую опытное в этом деле петербургское чиновничество предчувствовало и предсказывало еще при самом назначении Плеве министром внутренних дел. Вызвана была эта борьба как личными свойствами этих двух властолюбивых по природе людей, так и коренной разницей в их политических взглядах.
Плеве и Витте расходились по разным вопросам. Они расходились относительно государственной политики по большинству вопросов. «Мое убеждение, что русский государь должен опираться на народ. Плеве считал, что он должен опираться на дворянство.»[42] Что же касается значения русского дворянства как служилого сословия, то Витте склонен был смотреть на него с интеллигентской точки зрения, разделяемой в последнее время и промышленным классом, а именно как на паразитов, пользующихся неоправдываемыми привилегиями. Плеве видел в землевладельческом классе наиболее консервативный элемент населения страны. Не принадлежа сам к дворянству и не имея в его среде сколько-нибудь обширных связей, он, быть может, даже преувеличивал его значение или, вернее, силу. Возможно, наконец, что он некогда стал на почву защиты интересов дворянства по карьерным соображениям, а затем лишь автоматически следовал по этому пути.
Когда он стал министром внутренних дел, то уже в то время началось крестьянское движение.[43] Крестьяне в различных местностях бунтовали и требовали земли. Бывший в то время в Харькове губернатором князь Оболенский в следствии крестьянских беспорядков произвел всем крестьянам усиленную порку, причем лично ездил по деревням и в своем присутствии драл крестьян. Плеве отправился в Харьков и поощрил действия князя Оболенского, который за такую свою храбрость затем был назначен генерал-губернатором Финляндии и был сделан генерал-губернатором.
Витте расходился с Плеве также по поводу политики на Кавказе. До князя Голицына все правители Кавказа ставили задачей сперва покорение Кавказа, а затем приобщение его к Российской империи посредством привития к нему общих начал русской государственности. Освободительные начала отразились и на Кавказе это дало толчок освободительному движению на Кавказе. Когда умер главноначальствующий Кавказа Шереметев, на его место Государь назначил князя Голицына. Голицын по собственной инициативе явился на Кавказ. С программой его русифицировать, причем и эту программу проводил со страстностью и свойственной ему сумбурностью, пока Плеве не был министром, Голицына сдерживали. Но когда Плеве появился и пронюхал, что государь сочувствует Голицыну, то сейчас же начал его поддерживать.[44] Постепенно Смута росла, и Кавказ разгорелся так, что многие говорят, что Кавказ нужно снова покорять. Голицын пошел против всех национальностей, обитающих на Кавказе, так как он всех хотел обрусить.
Витте расходился с Плеве и по еврейскому вопросу. «В первые годы моего министерства, при императоре Александре 3, Государь как-то раз меня спросил: «Правда, что вы стоите за евреев?» Я сказал, что мне трудно ответить на этот вопрос, и спросил позволения Государя задать ему вопрос в ответ на этот. Получив разрешение, я просил Государя, может ли он потопить всех русских евреев в Черном море. Если может, то я понимаю такое решение вопроса, если же не может, то единственное решение еврейского вопроса заключается в том, чтобы дать им возможность жить, а это возможно лишь при постепенном уничтожении специальных законов, созданных для евреев. Так как, в конце концов, не существует другого решения еврейского вопроса, кроме предоставления евреям равноправия с другими подданными Государя, Его величество на это мне ничего не ответил.
Как говорил Витте, ему приходилось расходиться со взглядами Плеве и по большинству других вопросов. Поэтому Плеве, конечно, не скупился представить Государю всякие самые нелепые о Витте сведения, доходящие до того, как это выяснилось после смерти Плеве из архивов департамента полиции, что Витте чуть ли не революционер, конспирирующийся на священную для всякого честного русского жизнь Государя императора.[45] Плеве знал, что Витте не даст хода его полицейским вожделениям, крайне революционировавшим Россию. А потому, чтобы сохранить пост министра внутренних дел, он во что бы то ни стало, решил его устранить.
В высших правительственных сферах в это время рассматривались два проекта, два варианта выхода из кризиса: введение военной диктатуры (Пален, Игнатьев, Горемыкин) или коренное переустройство страны. Главным сторонником второго варианта был граф С.Ю. Витте. 9 октября он подал царю записку, в которой изложил свой план и аргументы в пользу глубоких преобразований, главный из которых — «угроза русского бунта». Одновременно с созданием Государственной Думы Витте предлагал создать объединённый орган исполнительной власти — кабинет министров, который он сам вскоре, пусть и ненадолго, возглавил. Витте не был либералом, но был прагматиком, который понимал, что другого выхода у власти нет. В какой-то степени он излагал программу, которую уже предлагал в своё время М.Т. Лорис-Меликов: успокоить большинство населения реальными реформами, в то же время жёстко усмирить радикальные, маргинальные силы, применив против них репрессивные меры.
Плеве же считал, что всё можно и нужно контролировать, где надо ублажать, а где и наказывать, чтобы другим неповадно было. Он искренне верил, что так возможно маневрировать бесконечно, что революция — вопрос не политический, а полицейский, что властям по силам с ней справиться и что любой другой путь приведёт к развалу. Он санкционировал практику постоянной полицейской провокации в политической среде, создания параллельных подконтрольных полиции и власти общественных структур, манипулирования социальными процессами. Разработал и возглавлял этот «проект» С.В. Зубатов. Министр внутренних дел Плеве старался всячески распланировать сильно развившееся революционное настроение, но так как он был лишь умный, культурный и бессовестный полицейский, то, конечно, он и не мог придумывать никаких мер для устранения этого общественного возмущения, кроме мер полицейских, мер силы и мер полицейской хитрости, чтобы сдержать рабочее движение. Он начал усиленно проводить «зубатовщину». Такими же полицейскими путями он думал устранить беспорядки в учебных заведениях и в обществе, причем во все время его управления он иначе не выезжал и не выходил, как окруженный полицейскими, так, когда он ездил в карете, то всегда вокруг кареты ездило несколько агентов на велосипедах. И это делалось так неискусно, что его переезда обращали на себя всеобщее внимание.
Спор между Витте и Плеве – это, как сейчас принято говорить, была борьба двух группировок в окружении императора за влияние на него. Противостояние двух бюрократических кланов в администрации государства. Но это были и две принципиально разные стратегии: государственно-охранительная и умеренно-реформаторская. Царю, конечно, были ближе взгляды министра внутренних дел. Поэтому Плеве как будто бы поначалу побеждал в этой борьбе.
Подводя итог работы, нужно сказать, что Витте был все-таки выдающимся человеком. Многие его не понимали и не хотели принимать те рекомендации и пути, которые он предлагал. А многие верили в правильность его суждений и находили в них выход. Фигура Витте на долго останется противоречивой фигурой в ряду политических деятелей нашей Родины. Но, не смотря на расхожесть мнений относительно преобразований Витте, нужно отметить на сколько бы верными или неверными они были, они все-таки давали повод задуматься и что-то менять. Это и крестьянский вопрос, который начал рассматривать только под нажимом Витте. Пусть он ни к чему не привел, но заставил задуматься власть над теми проблемами, которые царили в обществе. Это и экономическая реформа, которая обличила все недостатки нашей экономики, позволила вернуть ее в нормальной жизненной русло. Это и внешняя политика, где Витте на перекор мнению министров иностранных дел, и даже самого царя пытался донести ошибки и ложность линии проведения политики, пытался помочь встать на правильный уровень, чтобы благополучно решить эти проблемы.
Я считаю, что Сергей Юльевич Витте – яркая персона Российской империи. И, по-моему мнению, он сделал много великого, полезного для реабилитации нашей страны и общества, пусть многое из его идей и не было услышано и воспринято.
1. Витте С. Ю. Избранные воспоминания. М., 1991.
2. Из архива С. Ю. Витте. Воспоминания. СПб., 2003. Т. 1-2. Милюков П Н Воспоминания. М., 1990. Т. 1.
3. Водовозов В. В. Граф С.Ю. Витте и император Николай II, 1992
4. Ганелин Р. Ш. Российское самодержавие в 1905 г. реформы революция. СПб, 1991г.
5. Игнатьев А. В. С. Ю. Витте – дипломат. М., 1989
6. Ильин С. В. Витте. М., 2006
7. Корелин А. П., Степанов С. А. С. Ю. Витте – финансист, политик, дипломат. М., 1998
8. Корелин А. П. С. Ю. Витте и бюджетно-финансовые реформы в России конца XIX- начала XX вв.// Отечественная история №3, 1999
9. Корелин А. П. С. Ю. Витте// Россия на рубеже веков: исторические портреты. М., 1991
10. Малахов В. «Возмутитель спокойствия: Штрихи к портрету графа С.Витте»
11. Степанов С. А. С. Ю. Витте: исторический портрет
13. Шиловский М. В. один из творцов Российсккого торгово-промышленного мира. К 150-летию С. Ю. Витте
[1] Водовозов В. В. Граф С.Ю. Витте и император Николай II, 1992
[2] Водовозов В. В. Граф С.Ю. Витте и император Николай II, 1992
[3] Ильин С. В. Витте. М., 2006
[4] Водовозов В. В. Граф С.Ю. Витте и император Николай II, 1992
[5] Игнатьев А. В. С. Ю. Витте – дипломат. М., 1989
[6] Степанов С. А. С. Ю. Витте: исторический портрет
[7] Малахов В. Возмутитель спокойствия: Штрихи к портрету графа С.Витте
[8] Степанов С. А. С. Ю. Витте: исторический портрет
[9] Витте С. Ю. Избранные воспоминания. М., 1991
[10] Шиловский М. В. один из творцов Российсккого торгово-промышленного мира. К 150-летию С. Ю. Витте
[11] Корелин А. П. С. Ю. Витте// Россия на рубеже веков: исторические портреты. М., 1991
[12] Витте С. Ю. Избранные воспоминания. М.1991
[13] Ильин С. В. Витте. М., 2006
[14] Степанов С. А. С. Ю. Витте: исторический портрет
[15] Корелин А. П. С. Ю. Витте// Россия на рубеже веков: исторические портреты. М., 1991
[16] Витте С. Ю. Избранные воспоминания. М., 1991
[17] Степанов С. А. С. Ю. Витте: исторический портрет
[18] Степанов С. А. С. Ю. Витте: исторический портрет
[19] Корелин А. П. С. Ю. Витте и бюджетно-финансовые реформы в России конца XIX- начала XX вв.// Отечественная история №3, 1999
[20] Корелин А. П. С. Ю. Витте и бюджетно-финансовые реформы в России конца XIX- начала XX вв.// Отечественная история №3, 1999
[21] Корелин А. П. С. Ю. Витте и бюджетно-финансовые реформы в России конца XIX- начала XX вв.// Отечественная история №3, 1999
[22] Корелин А. П. С. Ю. Витте и бюджетно-финансовые реформы в России конца XIX- начала XX вв.// Отечественная история №3, 1999
[23] Корелин А. П. С. Ю. Витте и бюджетно-финансовые реформы в России конца XIX- начала XX вв.// Отечественная история №3, 1999
[24] Корелин А. П. С. Ю. Витте и бюджетно-финансовые реформы в России конца XIX- начала XX вв.// Отечественная история №3, 1999
[25] Витте С. Ю. Избранные воспоминания. М., 1991
[26] Ильин С. В. Витте. М., 2006
[27] Витте С. Ю. Избранные воспоминания. М., 1991
[28] Витте С. Ю. Избранные воспоминания. М., 1991
[29] Витте С. Ю. Избранные воспоминания. М., 1991
[30] Витте С. Ю. Избранные воспоминания. М., 1991
[31] Шиловский М. В. Один из творцов Российского торгово-промышленного мира. К 150-летию С. Ю. Витте
[32] Витте С. Ю. Избранные воспоминания. М., 1991
[36] Витте С. Ю. Избранные воспоминания. М., 1991
[37] Витте С. Ю. Избранные воспоминания. М., 1991
[38] Витте С. Ю. Избранные воспоминания. М., 1991
[39] Игнатьев А. В. С. Ю. Витте – дипломат. М., 1989