Медвежья голова сказка как называется
Медвежья голова сказка как называется
Медвежья голова. Миф. Легенда. Сказка!!
П овадился как-то раз ходить к деревне медведь.
С лишком рано поднялся он из берлоги, был зол, голоден, да ещё напоролся на самострел, вот и затаил зло на весь род людской.
Д ля начала завалил неосторожного охотника. А как отведал разок человечины, так и начал искать сладкого мяса снова и снова.
М ногих людей задрал, и тогда назначили старейшины награду, целое стадо! – Храбрейшему охотнику, который избавит народ от людоеда.
В доказательство старейшины просили принести в деревню голову и шкуру зверя.
Д ва самых отважных молодца решили попытать счастья. Звали одного Корень, другого, Бугор.
У шли поутру в лес, а вечером вернулись. У одного в руках правая половина медвежьей шкуры, у другого, левая.
— А где же голова? – Спросил кто-то.
— Г олову и мясо зверя мы принесли в жертву Зевонии, богине охоты, – ответили удальцы.
А потом завязался между ними спор.
— Я одолел людоеда! – Похваляется один, по имени Корень. – Напоролся он на мою рогатину, пробила она ему самое сердце.
Р азвели руками старейшины и порешили отыскать правду с помощью божьего суда.
Э то значило, что ранним утром выйдут храбрецы на поединок, и кто одолеет соперника, за того боги заступились, он и есть истинный победитель медведя-людоеда.
Н очью Бугор тайком пошёл к колдунье, жившей на окраине деревни. – Просить помощи на божьем суде. Посулил он ей в случае победы разделить с ней награду, и дала старуха ему такой совет:
Г де был? – С ним ты ничего не говори.
П оклонился Бугор старухе и ушёл в лес искать змею черную.
Т олько стихли его шаги, чу! – Снова кто-то скребётся в двери, да это Корень явился подмоги чародейной просить! И тоже сулит богатую награду. Усмехнулась колдунья. – Не послать ли и его в лес за чёрной змеёй?
Н о сжалилась над молодцем и сказала так:
— К огда пойдёшь на суд божий, положи в сапог три зубчика чесноковые, а под правую пазуху привяжи себе утиральник.
И вот наутро принесли волхвы жертвы в капище, призвали всевидящего Дажьбога и грозного Перуна помочь правдивому и покарать обманщика.
Б угор и Корень вышли на божий суд. Оба в латах и шеломах, в руках держали мечи.
У одного под воротами язык змеиный зарыт. У другого в сапоге чеснок.
С ошлись неприятели, ударились. И оба упали замертво. Поразили друг друга с первого удара!
Ч то за напасть, думают люди, почему же божий суд покарал равно того и другого?!
И вдруг тут из лесу вышел воин. Вся одежда на нем изорвана и окровавлена, на теле глубокие раны, а в руках, огромная, как пивной котёл, медвежья голова. Увидал воин мёртвых Корня и Бугра, да так и ахнул:
— З начит, наказали боги этих жестокосердных!
И тут откуда ни возьмись появились два охотника. Не обращая внимания на стоны раненого и мольбы о помощи, они освежевали тушу и ну тянуть шкуру каждый к себе! В конце концов разрезали её пополам и бросились наперегонки прочь.
Э то и были Корень, да Бугор. Наверно, думали, что раненый скоро умрёт и никто не откроет их лжи.
О днако божий суд не обманешь, тут и колдовство не поможет!
Каждой Марьюшке по Иванушке. С медвежьей головой
… «Дедушка» увозил родную дочку всё дальше и дальше от дома: легко одетую, в снежный лес, на верную погибель… А она его ещё утешала, старого козла: «Ничего, ничего батюшка…». Потому что и вправду очень его любила. От того, вероятно, и желала ему прожить остаток своей старой, никчёмной мужской жизни так, как он (родненький родитель) и мечтал: под вожделенным теплым боком и другими женскими прелестями, пусть и рядом с чужой дочкой в доме в придачу, но зато – под крышей над головой, тарелкой горячих щей с ломтём хлеба и кружкой кваса. И впрямь, много ли ему, старому греховоднику, надо? А время придёт, глядишь, они же его и на погост с радостью снесут: всё равно ведь, дом с хозяйством теперь им целиком останется.
И вот гонит он лошадку всё «глубже» в зимний лес, как и было ему строго наказано женой, чтобы, значит: 1) посадить родную дочь под какую-нибудь ёлку и 2) оставить её там, одну. Почему бы, к примеру, «деду» девчушку (уж больно старым папашка выглядит: пусть дочка и юная совсем, а сорока годков ему точно не дашь) просто в другую деревню не свезти, по-тихому. Изначально, что ли, он такой тормознутый был или стал в такое состояние впадать, потому что своей новой жены ослушаться до смерти боялся. («Хых, бывает…»,- в смущении, взрослый-то зритель думает. Ладно, пусть это только лично мне так кажется, что не может взрослый человек на это «сказочное» безобразие глянув, не подумать, во всяком случае, не отреагировать так).
Ох… Очень трогательная сцена. Только кого он, интересно, старался таким образом обмануть и какой «расплаты» ожидал (не мог же не ожидать, за ослушание, осмелевший враз). И не похожа ли такая смелость на внезапно возникающее и так же внезапно покидающее человека, алкогольное опьянение. Нет.
Но вернемся к другому персонажу сказочному. Доченьке родимой. Сиротинушка, без материнской ласки выросшая, работящая, умница, красавица. Мало, что ли, от мачехи, да от сестрицы названной, натерпелась? И цветочки-то она в память о матери поливает, и с березками как с родными сестричками разговаривает… Ангел, а не девушка. Но, почему-то, именно таким «от жизни» ещё больше – опосредованно, то есть, через кого-то – и «достаётся». Парадокс: почему-то коллективное бессознательное считает, что справедливо их мучить и наказывать, с удовольствием сочиняя подобные мифы, притчи или сказки (жития). (Кстати, не только у наших «русско-народных» соотечественников замечен, сей факт, а и во всём мире).
Так, вероятно, наслушавшись в детстве подобных сказочек взрослый дяденька Ницше уже полностью уверен: если что нас, людей, не убивает, то, человек от этого, автоматически, делается сильнее. Или прочнее. (Закаляется, короче, как сталь. Угу.) Но, знаете, вообще-то, афоризм этот больше похож на те высказывания, какие посещают не совсем здоровых людей в очередном приступе маниакального психоза. Почему? Да, хотя бы потому, что тех, кого –убивает, калечит физически и психически, делает моральными уродами, циниками и т.д. – по статистике (с какой стороны не считай), всё, на круг, выходит значительно больше.
… Не…. В сказке всё заканчивается ХОРОШО: «зло» (олицетворенное в виде злых, завистливых, недобрых мачехи и её дочери) – наказано, а все остальные (добрые и прекрасные (!)) – получают своё скромное «вознаграждение». Хэппи энд.
Вот только, куда теперь отправится тявкать «зло», не изменившее ни себе, ни своей позиции, не раскаявшееся относительно тех, кого так долго и не без удовольствия мучило (и кто, к слову сказать, так долго, практически, безропотно, его терпел, чем, между прочим, всячески потакал) – никому (то есть, не «добрым людям», не зрителям) – не ведомо. Куда-то. А ведь оно, да ещё с такими способностями и наработанными годами умениями (!), уж куда-нибудь обязательно отправится…
ПС1: В отечественном фильме-сказке, пересказанный мною (вкратце) сюжетец – основной. Но там и «вставные» истории имеются, из серии: «Не было бы счастья, да несчастье помогло». Например, рассказ о встрече главной героини со своим будущим «суженым-ряженым». Между прочим, данный сюжет – единственный совпадающий по времени со временем повествования (то есть, от начала и до конца). И показывает он, наглядно: каким таким образом «зло» (а чрезмерное самолюбование, хвастовство и т.п. традиционно к нему причисляются (см., например, древнегреческий миф о «Нарциссе») – может быть наказано. Но, кроме того (что, на мой взгляд, ещё важнее), показано и рассказано как это «заклятье», если самому же искренне ПОРАБОТАТЬ НАД СОБОЙ, можно снять (избавиться от него, как от недуга) (!)…
Но именно ЭТОТ важный «наказ» (пример), по воле снимавших фильм, не особо ярко запоминается. И, в самом деле, зачем? Не про это же сказка (история).
ПС2: Все мы «родом из детства». Возможно, те, кто сочинял очередную сказку на потеху малышей, были гораздо наивнее самих малышей… Возможно. (Не все же, повально, даже с приходом весьма внушительного возраста, – мудрее становятся…). Но лично у меня ещё с детства, после просмотров чудо-фильма осталось множество (а их, понятное дело, было ни один и не два, как и оставшихся без ответа) вопросов. Своеобразные маркеры (тесты), по которым – если кого-то удивляло тоже самое – безошибочно узнаешь «своих» или «сказочных героев». И, наоборот. Особенно любопытно, когда человек стал уже достаточно взрослым (читай: приобрёл жизненный опыт и навык размышлять самостоятельно), но ничего странного в рассказанной/показанной истории не видит и поныне. Имеет право, разумеется. Говорить не о чем, остаётся лишь беспомощно разводить руками…
Невероятно, но факт: в моём детстве фильм-сказка «Морозко» оставлял ощущение чего-то доброго, светлого, справедливого, волшебного. А ведь, кроме самой «магии кино», ничего в ней такого и нет. Практически… (Если «чего-то» туда не потрудилась вложить собственная душа).
ПС3: Фильм, на самом деле, интересен ещё и тем, что снят Александром Роу не по какой-то конкретной сказке, а «по мотивам русских народных сказок «Иван с медвежьей головой».
Более того, у подобных русских народных сказок, явно имеющих языческие корни, есть свой христианский «прототип»-перевёртыш Ивана – святой Христофор. Кому интересно, может самостоятельно удостовериться: оказывается, химерические создания обитали не только на стенах гробниц и папирусов Древнего Египта…их можно встретить и на христианских иконах.
ПС4: Думайте, размышляйте, задавайтесь вопросами. Иногда. это бывает не только интересно, но и полезно. Для жизни ;)))
«Морозко»
=========
Жанр – киносказка
Режиссёр – Александр Роу
Автор сценария: Николай Эрдман; Михаил Вольпин
Оператор – Дмитрий Суренский
Композитор – Николай Будашкин
В главных ролях:
—————————
Александр Хвыля
Наталья Седых
Эдуард Изотов
и др.
Киностудия имени М. Горького
Длительность – 84 мин.
Страна – СССР
Год – 1964 г.
Медвежий облик
Диву порой даёшься, какая глубокая нравственная идея и мудрость заключены в сказках. Среди которых особо хочется выделить фильм-сказку “Морозко” (снятый по мотивам двух русских народных сказок: “Морозко” и “Иван-медвежья голова”). Поскольку он являет собой яркую и очень точную иллюстрацию важнейшей евангельской истины, имеющей для каждого из нас колоссальное значение (а для тех политиков, бизнесменов, представителей шоу-бизнеса и т.д., кои любят заниматься благотворительностью перед объективами телекамер, она вообще может явиться шоком).
Итак, каким вначале предстаёт перед зрителями один из главных героев фильма – Иван, “вдовий сын”? Он смотрит на себя в зеркальце и любуется собой. Вспомним слова его песни:
— не косой и не рябой;
— а такой, как надо…
И вот ходит Иван по лесу и ищет, кого бы облагодетельствовать. Но люди, естественно, от него шарахаются; с криками “оборотень” разбегаются врассыпную… Лишь однажды успевает Иван бросить денежку в кружку нищего с покалеченной ногой. Тот благодарит его, оборачивается и… вмиг забывает о своей хромоте, в несколько секунд преодолевая довольно крутой холм.
А что же Иван? Интересуется, где этот калека живёт, на какие средства существует, кто за ним ухаживает? Нисколько. Герой сразу после своего “благодеяния” смотрит НА СЕБЯ в зеркальце, которое постоянно носит с собой. Мол, не слетела ли с его физиономии медвежья шерсть? Оказалось, нет. Однако Иван и здесь совершает ошибку: он пытается постигнуть духовную истину не сердцем, а умом. И делает соответствующий “деловому человеку” вывод:
— Знать, одного пятака МАЛО… (характерный для наших дней элемент покупки “имиджа”).
И снова идёт совершать подвиги…
В фильме снимались: Александр Хвыля, Наталья Седых, Эдуард Изотов, Инна Чурикова, Павел Павленко, Вера Алтайская, Георгий Милляр, Галина Борисова, Анатолий Кубацкий, Валентин Брылеев, Татьяна Пельтцер, Татьяна Барышева, Варвара Попова, Зинаида Воркуль, Анастасия Зуева
Режиссер: Александр Роу
Сценаристы: Михаил Вольпин, Николай Эрдман
Оператор: Дмитрий Суренский
Композитор: Николай Будашкин
Художник: Арсений Клопотовский
Премьера фильма состоялась 24 марта 1965
Награды: Премия II-го Всесоюзного кинофестиваля «За фильм для детей и юношества»
Александр Артурович Роу завоевал своё особое место в советском кинематографе. Вся его жизнь была полностью посвящена киносказке. Он создал такие фильмы, как «По щучьему велению», «Марья-искусница», «Кащей Бессмертный», «Варвара-краса, длинная коса», «Золотые рога», «Огонь, вода и медные трубы», «Конёк-Горбунок» и «Василиса Прекрасная».
Многолетние поиски режиссёра нашли своё наилучшее выражение в «Морозко». Тринадцатый фильм Роу приняли единодушно и у нас, и за рубежом. О нём много писали как о произведении гармоничном, ярком, высокохудожественном.
В фильме был вполне самостоятельный сюжет и в то же время связанный с фольклором, и прежде всего с мотивами многочисленных вариантов сказки «Морозко» и сказки «Об Иване с медвежьей головой».
Николай Эрдман и Михаил Вольпин — знатоки русского фольклора, талантливые, опытные сценаристы-комедиографы — создали великолепную литературную основу фильма.На роль Морозко был сразу определён Александр Хвыля, любимец режиссёра. Сказочного Ивана доверили играть Эдуарду Изотову, а Настеньку — школьнице из Ленинграда Наташе Седых.
С четырех лет она занималась фигурным катанием. Когда Наташа поступила в балетную школу Большого театра, со спортом пришлось расстаться. Однако «коронный» номер Седых, потрясающе красивый «Умирающий лебедь», помнили долго. Однажды её уговорили выступить с этим номером на большом новогоднем празднике. Номер пятнадцатилетней Наташи увидел по телевизору Александр Роу.
Перед фотопробами Наташа смотрела на фотографии своих потенциальных соперниц по «Морозко» и думала: «Какие же они все красивые, что мне тут делать?». В финале осталось двое: Наташа и Надежда Румянцева, которая к тому времени была уже известной актрисой. Наташа была уверена, что выберут именно Надежду, поэтому особенно не беспокоилась. Но через два месяца ей позвонили и сказали, что она может приступать к съемкам.
На моей кандидатуре настоял сам Роу, хотя абсолютное большинство членов худсовета выступили против: маленькая девочка, не актриса, да ещё и пищит как мышь (уж очень высокий у меня был голос). Но Александр Артурович был непреклонен: сниматься будет Наталия Седых! „Только сделайте с ней что-нибудь, — попросил он гримёров, — чтобы она выглядела хотя бы на шестнадцать лет“»
Кинематографический опыт у Наташи к тому времени был. Правда, очень небольшой. Лет в шесть ее сняли для рекламного ролика «Берегись пожара», потом она снималась в учебном фильме на французском языке. Но со съемками в «Морозко» это, конечно, не сравнить. В хореографическом училище за воспитанницу не обрадовались.
Был жуткий скандал. Ее ведь забирали не на день-два, а на несколько месяцев. Сначала на Кольский полуостров, где снимали зимнюю натуру, а потом в подмосковный Звенигород. Если бы не педагог Наташи, которая поручилась за то, что девушка сдаст экзамены на одни пятерки, ее ни за что бы не отпустили из училища…
Больше всего на съемках «Морозко» Наташу поразила удивительная природа Кольского полуострова: северные низкорослые деревья, огромные ели и чистейший воздух… Мешал наслаждаться этой красотой холод. «Слава Богу, со мной была моя мамулечка. Она не дала мне замерзнуть – отпаивала горячим чаем, подкармливала», – вспоминала актриса
Баба-яга в «Морозко» — восьмой вариант этого образа в исполнении Георгия Милляра. Как и в других картинах, живёт Баба-яга в избушке на курьих ножках, в ступе летает, положительного героя собирается в печке изжарить — вроде бы классическая, так сказать, ведьма, а в то же время и несколько иная: постарела, подряхлела, силы поубавились, радикулит старую замучил. Да и в своих колдовских волшебствах разуверилась.
Получая роль, Милляр в своих «почеркушках» рисовал героя, не ожидая эскизов художника. Собственно, часто он становился изобретателем костюма и грима своих персонажей. В работе над ролью он шёл от внешней характеристики: «Сначала я вижу фигуру, грим, костюм, походку, позже приходит речь. С текстом обращаюсь жестоко, фильтрую его, избавляясь от многословия. Роль „прорезывается“ по кускам, а не в сюжетном порядке. Как ни странно, так „монтировать“ роль я приучился ещё в театре, и это облегчило мне работу в кинематографе».
Именно Милляр практически спас «Морозко». Было это так. Фильм снимали под Звенигородом, в деревне Гигирево, которую киношники в шутку называли ГигиРоу. Пленка с отснятым материалом хранилась в подвале двухэтажного кирпичного дома, где жила съемочная группа. Снимали всю зиму, пленки упаковывали в целлофановые пакеты и укладывали в коробки.
В конце февраля работа была почти закончена. Однажды съемочная группа уехали доснимать какие-то незначительные кадры. Вдруг видят, к ним бежит женщина из деревни, крича: «Ребята! Скорей! Там трубу прорвало! Подвал с вашими пленками затопило!». Киношники бросились к машине, безнадежно думая при этом: «Всё! Конец фильму!».
Но, подъехав к дому, увидели потрясающую картину: на снегу свалены коробки с пленками, а Милляр, мокрый, в семейных трусах, босиком по снегу выносит из подвала последнюю коробку. Когда трубу прорвало, его разбудила хозяйка, и он в чем был с постели побежал спасать пленки. Ключ от подвала найти не могли, но щупленький Милляр выбил дверь с петель. Из дверного проема хлынула вода. На улице 20 градусов мороза… Когда Милляр влез в подвал, вода доходила ему до пояса. Он жутко окоченел, но пленки спас.
Инна Чурикова была ещё школьницей, когда впервые снималась в картине «Тучи над Борском». Роль была маленькая — несколько крупных планов. В съёмочную группу «Морозко» попала случайно. Инна Михайловна поведала о том, почему именно её, студентку театрального училища имени Щепкина, выбрали на роль Марфушеньки-душеньки.
«У нас была замечательная комедийная актриса Тамара Носова, и режиссёр Александр Артурович Роу хотел её снимать. Меня увидела в институте ассистентка и предложила режиссёру такую смешную девчонку. Мы пробовались вместе с Тамарой Носовой, мне, конечно, очень хотелось сниматься, но про себя я думала, что выберут Носову.
Но выбрали меня. На пробах мы грызли орехи, я их очень хорошо грызла, не щадя зубов своих. Наверное, поэтому Александр Артурович меня взял… В „Морозко“ я играла дурашливую девчонку. Когда позвали на озвучание и я увидела себя на экране… так расстроилась, даже плакала. Какая я страшная… Я ж не такая, говорила себе». После этого Инна решила больше не сниматься в кино…
«Съёмки „Морозко“ длились почти год, — рассказывает Владимир Окунев. — Первый съёмочный день пришёлся на 13 марта. Уходящую зимнюю натуру снимали на Кольском полуострове, под Мурманском, за полярным кругом. Там такие красивые леса! Мы даже видели северное сияние! Летнюю натуру снимали под Звенигородом».
Актёры, снимавшиеся у Роу, как правило, весело, с полной отдачей, с темпераментом «играли» в сказку.
В фильме много сказочных чудес, сделанных с большим мастерством. На глазах у зрителей появляется и исчезает старичок-Боровичок, деревья мгновенно покрываются инеем, дубинки, заброшенные героем много времени назад, падают на головы разбойников. А сани-самокаты чего стоят! Этот трюк делался методом обратной съёмки.
Сани привязывали на длинном металлическом тросе к мощному грузовику. При этом плёнка в кинокамере крутилась в обратном направлении. Впервые этот способ съёмки Александр Роу применил ещё в 1937 году в кинофильме «По щучьему велению».
В эпизоде, когда Настенька дотрагивается до посоха Морозко, режиссёр применил съёмку методом наложения, с двойной экспозицией. Вместо заледеневшей героини снимали её отражение в прозрачном зеркале, за которым стояли Морозко (Александр Хвыля) и Иван (Эдуард Изотов).
Для Бабы-яги в заполярном лесу построили деревянную избушку, которая приводилась в движение с помощью специальных рычагов. Вторую — танцующую — сделали из поролона. Немало усилий прилагалось и режиссёром, и актёрами, чтобы фильм стал настоящей волшебной сказкой для детей.
Но мало кто знает, что на самом деле, есть две отечественных версии этой русской сказки. Первого «Морозко» сняли еще в 1924 году. Это был первый советский фильм, который делали на только что полученной из-за границы новой аппаратуре. Даже кинопрожекторы тогда были в диковинку. Тем не менее, «Морозко» получился удачным – благодаря подлинно сказочным, подлинно русским и подлинно кинематографическим декорациям и блестящему составу исполнителей.
Новая осветительная техника позволила, например, дать в фильме эффект настоящего солнечного света при съемке декораций и ряд световых ракурсов. Старыми, давно известными приемами, но удачно была решена задача такого показа Мороза, чтобы юные зрители поверили, что это не ряженый дед, а действительно фантастическое существо – сказочный Дед Мороз.
В 1965 году «Морозко» получил на фестивале в Венеции главный приз — «Золотой лев» в разделе детских и юношеских фильмов. Роу очень гордился почётным призом, как и другими наградами, завоёванными фильмом. В залах Дворца кино полторы тысячи итальянских бамбино (детей) азартно аплодировали советской сказке, а потом в перерывах между просмотрами разыгрывали сценки, смешно копируя русскую Бабу-ягу.
На показ пришли (а кто-то и приехал на инвалидной коляске) русские эмигранты. И после окончания фильма многие из них плакали и кричали: «Спасибо за белые березки. Спасибо за русский рассвет».
«Морозко» получил от Консультативного совета по кинематографии США награду Award of Excellence за лучший киносценарий для семейного просмотра. Но в конце 90-х там же, в Америке, «Морозко» вызвал бурю эмоций и вошёл в список 100 худших фильмов всех времён. Американцы, в большинстве своем мало интересующиеся кинопродукцией других стран, узнали о русском фильме 34-летней давности случайно.
Естественно, аудиторию интересует не фильм, а комментарии ведущих. Представляете, во что можно таким образом превратить «Морозко» или «Father Frost», т. е. «Отец Мороз», как назвали его в США. Вот некоторые отзывы посмотревших фильм: «Какая-то фантазия про хвастливого придурковатого парня, превратившегося в медведя, одиннадцатилетнюю аутистку, которую он хочет соблазнить, идиотский дом с ногами, неблагополучную семью уродливых русофилов, длиннобородого уродливого парня, который замораживает деревья и убивает птиц, санки похожие на свинью, гибонообразного гнома….».
«Да, этот фильм кажется ужасным. Но в нем присутствует нездешний сюрреализм…». «Кислотные телепузики!». «Хуже всего, что этот фильм называют детским! Это ужасающая, шизофреническая, психопатная мешанина! Если бы я посмотрел этот фильм в детстве, я бы сошел с ума!».
При случае обязательно пересмотрите «Морозко». Думаю, что в новогодние праздники его покажут не раз. Кстати, традиция ставить эту новогоднюю сказку в эфир есть не только в России. В Чехословакии или в Польше его тоже показывают на каждый Новый Год, правда, называется он там «Мразек»