Маргинальность как возможное проявление социальной мобильности

в ответе допущены отдельные неточности/недостатки, не искажающие его по существу

Отсутствуют видовые характеристики, существенные признаки понятия / указаны только несущественные признаки, не раскрывающие смысла понятия.

Иные ситуации, не предусмотренные правилами выставления 2 и 1 балла

При оценивании не засчитываются:

– предложения, содержащие сущностные ошибки, искажающие смысл понятия и/или его отдельных аспектов;

– предложения, раскрывающие соответствующие аспекты на бытовом уровне, без привлечения обществоведческих знаний;

Источник

Социальная мобильность и маргиналы

Вы будете перенаправлены на Автор24

Понятие «социальная мобильность»

Социальная мобильность выступает в качестве особого понятия, которое характеризует процесс изменения индивидом или более широкой социальной группой своей социальной позиции в социальной структуре. Впервые в научную сферу это понятие было введено еще в 1927 году известным исследователем и социологом Питиримом Сорокиным. Именно им были выделены два основных типа социальной мобильности:

Под вертикальной социальной мобильностью автор подразумевает совокупность всех социальных перемещений, которые сопровождаются непосредственным или опосредованным повышением собственного социального статуса. Но при этом индивид может не только повышать свой статус и роль, но и понижать ее, становясь на ступень ниже своего первоначального статуса.

Таким образом, в зависимости от направления, в котором происходит перемещение, исследователями принято выделять восходящую вертикальную социальную мобильность (социальный подъем на несколько позиций вверх) и нисходящую социальную мобильность (так называемое «социальное падение»).

В отличие от вертикальной социальной мобильности, горизонтальная мобильность – это переход индивида от одной социальной позиции к другой, причем специфика такого перехода заключается в том, что обе социальные позиции находятся на одном и том же уровне, мало чем отличаются в качественном или количественном плане.

В качестве примера мы можем привести перемещение индивида из одного гражданства в рамки другого гражданства, из одной профессии в другую, которая будет иметь тот же статус, что и его первоначальное призвание.

Существует также несколько разновидностей горизонтальной мобильности. Чаще всего к ним относят географическую мобильность. Она подразумевает перемещение из одной территории на другу. При этом индивид сохраняет свой статус (переезд на другое место жительство, переезд в связи с работой, туристическая деятельность). Если при переезде меняется социальный статус индивида, то географическая мобильность меняет свое название на «миграцию».

Готовые работы на аналогичную тему

Если индивид меняет свою социальную позицию в обществе, то в соответствии с этим процессом следует выделить две основные формы мобильности:

Групповая мобильность проявляет себя в том случае, когда перемещения совершаются не в одиночестве, а в рамках одного коллектива. Что касается индивидуальной мобильности, то она означает социальное перемещение одного конкретного человека. Прежде всего, индивидуальная мобильность связана с достигаемыми статусами, а групповая – со статусами предписанными, заранее обозначенными и закрепленными в одной социальной группе.

Проблема маргинальности в общественной системе

Маргинальность – это понятие не только социальное, но и психологическое. Свое название оно получило от французского ‘Marginal’, что переводится как «крайний» человек, не имеющий определенного места в общественной системе по тем или иным причинами. По сути, маргинал – это не только тот, кто занимает промежуточное положение в социальной структуре: это также и собственная идентификация, отношение к тем событиям, которые происходят в обществе.

Так, например, если человек без определенного места жительства чувствует себя вполне комфортно в той социальной среде, в которой он существует, то его нельзя назвать маргиналом. Но если человек испытывает трудности в адаптации, не знаю, кто он и каково его призвание, то в этом случае, в связи с неопределенностью как социальной, так и психологической мы можем смело отнести его к маргинальной структуре. Таким образом, маргинал – это тот человек, который считает, что его нынешнее состояние и положение – полностью временно, и что при более благоприятных условиях он сможет исправить его. Но есть и те, кто тяжело переживает свою маргинальность: люди которые решили изменить стиль жизни, профессию, социальную и культурную среду обитания.

Авторы акцентируют внимание на необходимости различать маргинальность как составную часть естественной социальной мобильности, а также вынужденную маргинальность. Второй тип становится настоящей трагедией для более обширных социальных групп, поскольку вынужденная маргинальность чаще всего происходит вне воли народа, в связи с резко возникшей кризисной ситуацией. Что касается «естественной маргинальности», то она не имеет долговременного и массового характера, и авторы не видят в ней серьезной угрозы для развития и становления социальной системы.

Маргинальность и маргинализация ведет к своим особым последствиям. Например, несмотря на все предрассудки, нельзя однозначно говорить о том, что маргинализация приводит к так называемому «оседанию на дно». Если маргинализация естественная, то она напрямую зависит от горизонтальной мобильности, или от вертикальной, но восходящей мобильности. Если же маргинализация – это следствие радикальных изменений, произошедших в социальной структуре, то она может привести к понижению социального статуса, причем не на индивидуальном, а на более массовом уровне. Также маргинальность может привести к межрегиональным миграциям, к социальному неравенству в обществе, к кризисам в различных областях человеческой жизни (экономической, политической, социальной или духовной). К тому же, в результате маргинализации с большим трудом возможно совмещение ролей в группах, которые в принципе взаимоисключающие.

В качестве причин маргинальности выделим следующие:

Источник

Маргинальность в современной России

ОГЛАВЛЕНИЕ

3. Маргинальная ситуация: исследовательские подходы

3.1. Маргинальность и социальная мобильность

Причины такой ситуации понятны. Исторически сложилось так, что концепции маргинальности и мобильности развивались в русле разных методологических традиций. Наиболее сильные теории социальной мобильности возникли в русле структурно-функционального подхода, и основные вопросы, на которые старались дать ответ исследователи мобильности это вопросы динамики макроструктур какие потоки мобильности преобладают в обществе, какие факторы (опять же, макропорядка) определяют направление и интенсивность этих перемещений. Концепция же маргинальности зародилась в рамках Чикагской школы, символического интеракционизма и развивалась (по крайней мере в наиболее продуктивных вариантах) в русле микросоциологии. В центре внимания человек в ситуации маргинальности, и фокус исследования направлен, скорее, на психологическое состояние, ролевые конфликты личности. Поэтому при попытке совместного рассмотрения маргинальности и мобильности возникает проблема методологической совместимости двух концепций. Необходим взаимоперевод терминов, поиск точек соприкосновения.

В то же время объединение этих концепций представляется возможным и крайне перспективным. Возможность объединения заключается в очевидной связи между этими социальными явлениями, выраженная в дефинициях: и в том и в другом случае в определении присутствует переходность, промежуточность положения человека между социальными статусами. Перспективность объединения концепций связана с тем, что совместное рассмотрение проблем маргинальности и мобильности, на наш взгляд, будет полезным для развития и того и другого направления.

В исследованиях маргинальности одна из важнейших проблем эмпирическая фиксация этого феномена, решается с привлечением традиций исследования мобильности, когда мы диагностируем состояние маргинальности по факту перехода в другую (чаще всего, «окраинную») социальную группу. С нашей точки зрения, одного факта перехода недостаточно. Возникает целый ряд вопросов при любом ли социальном перемещении возникает состояние маргинальности? Какие дополнительные индикаторы помогают нам его фиксировать? Для ответа на эти вопросы необходимо привлечение теоретических наработок относительно социальной мобильности.

Рассуждая о взаимосвязи маргинальности и мобильности, необходимо иметь в виду, что ни одна из этих социологических тем не имеет четкого и однозначного концептуального решения. И в том, и в другом случае можно говорить лишь о сосуществовании нескольких конкурирующих теоретических подходов. Поэтому важным представляется определиться, в рамках какого из подходов к исследованию маргинальности и мобильности мы будем продолжать рассуждение.

3.1.1. Маргинальность

Опираясь на известное различение культурной и структурной маргинальности, попробуем определиться с тем, какой из подходов в большей степени подходит для наших задач. С первого взгляда представляется, что концепция мобильности согласуется со структурным пониманием маргинальности, поскольку именно в рамках этого подхода отрабатывается связь маргинализации с процессами, происходящими в социальной структуре. Однако, в действительности, такое решение оказывается непродуктивным. В рамках структурного подхода, прежде всего, рассматриваются группы, которые в результате структурных преобразований перемещаются к периферийным областям социальной структуры. Если мы зададимся вопросом в каких ситуациях состояние маргинальности «диагностируется» у индивида, то обнаружим, что ответ дать непросто. Либо необходимо признать существование маргинальности «по определению», которая наступает просто вследствие попадания в периферийную группу. Либо для обозначения границ маргинальности приходится выдвигать множество условий: для индивидуальной мобильности только нисходящая, для маргинальности достаточно долговременное нахождение в группе и т.д. Синтез же концепций маргинальности и мобильности, на наш взгляд, имеет смысл рассматривать только с точки зрения унификации связи между двумя явлениями.

3.1.2. Социальная мобильность

Структуралистский подход в большей степени соответствует нашим задачам, поскольку позволяет различать характеристики социальной позиции и характеристики индивида. Социальные позиции конструируются в ходе сложных общественных взаимодействий и существуют независимо от индивида, мобильность же представляет собой процесс перемещения из одной позиции в другую. Каждую позицию мы можем описать системой параметров, не сводимых к сущностным характеристикам самого индивида, занимающего позицию.

Итак, можно заключить, что совместное рассмотрение проблематики маргинальности и мобильности методологически возможно и продуктивно. Важнейшими теоретическими основаниями такого анализа, на наш взгляд, должны стать:

Подход к маргинальности как динамически развивающейся ситуации, связанной с перемещением индивида между социальными статусами. Основной характеристикой этой ситуации становится нормативная и ценностная неопределенность, связанная с изменением позиции в социальном пространстве.

Признание временного характера маргинальности. Перемещение между социальными статусами имеет и временной параметр измерения время, необходимое для адаптации к новому ролевому комплексу, наработки новых социальных связей. Поэтому ситуация неопределенности по определению ограничена, имеет потенциал разрешения через успешную адаптацию. Временной параметр маргинальности требует, на наш взгляд, специального изучения. В качестве гипотезы можно предположить, что одним из «симптомов» маргинальности является субъективное ощущение разрыва непрерывности временной перспективы. Эмпирически такое состояние может фиксироваться как нарушение темпоральных характеристик индивида: утрата перспективы, жизнь «сегодняшним днем», трудности в планировании будущего.

Универсальность связи мобильности и маргинальности. Иными словами, любое перемещение в социальной структуре сопровождается временной маргинальностью. В социологии основное внимание уделяется изучению проблем, связанных с нисходящими перемещениями потерей работы, бедностью и пр. Маргинальность, сопутствующая восходящей мобильности, новая тема, требующая специального изучения.

Самозакрытие («исключение » ) — характер н о в основ н ом для гр упп, находящихся наверху с оциальной пирамиды. Самозакрытие происхо д ит посредством ко н троля ос н овных социальных ресурсов и ис п ользования символических, культурных о г раничений доступа в группу. Поэтому, пережив восходящую мобильность, «новичок» неизбежно сталкивается с сопротивлением группы, новое окружение не сразу принимает его. Если даже принять как аксиому позитивное отношение человека к новому статусу и связанную с этим готовность принять новую идентичность, необходимо учитывать сопротивление группы, которое осложняет адаптацию.

Внешне е закрытие группы. Характерно для гру пп, н аходящихся на нижних п озициях «со ц иальной лестницы». Возможности п ерехода в гру п пу более вы с окого стат у са ограничены необходимостью приобретения для этого определе н ных социаль н ых и культурных ресурсов, причем набор этих ресурсов устанавливается «сверху» — группой высокого статуса. При этом происходит стереотипизация образа низших групп, в которой присутствуют негативные оценки. Например, бедность может быть связана в общественном мнении с ленью, нежеланием приложить усилия для исправления положения. В то же время нисходящая мобильность в обществе с преобладающей достижительской культурой воспринимается как несчастье, показатель неуспешности жизненного пути. Распространенность подобных стереотипов, на наш взгляд, позволяет предположить, что в случае нисходящей мобильности маргинальность связана с нежеланием человека принимать новую идентичность, новый ролевой комплекс. Следовательно, маргинальность может приобрести длительный, затяжной характер.

Таким образом, при восходящей и нисходящей мобильности общие признаки маргинальности ценностная и нормативная неопределенность, кризис идентичности, сочетаются со специфичными для каждого из типов чертами. Эти различия зависят, прежде всего, от особенностей социального конструирования высших и низших социальных позиций, и, соответственно, ситуаций восходящей и нисходящей мобильности.

3.1.3. Возможности концепций маргинальности и мобильности для анализа прцессов трансформации российского общества

Например, реструктуризация экономики, рост доли сектора услуг и торговли при одновременном сокращении производственного сектора привели к возникновению значительных потоков мобильности. Промышленные рабочие, меняя профессию, переходят в сферу услуг. Для многих этот переход связан с деквалификацией, сменой квалифицированного труда на неквалифицированный, для других, наоборот, это шаг вверх по социальной лестнице, иногда связанный с открытием собственного дела. Однако, в любом случае, такой переход сопровождается сменой ролевых и идентификационных характеристик и может анализироваться с позиций теории маргинальности. Можно предположить, что усиление «проблемности» состояния маргинальности, увеличение времени, требуемого для адаптации, будет зависеть от того, воспринимает ли человек смену статуса как позитивное событие, или как вынужденную меру, единственный способ сохранить привычный уровень жизни в условиях экономического кризиса.

Все сказанное выше может расцениваться лишь как наиболее общие замечания, первая заявка на возможную тематику исследований на стыке проблем маргинальности и мобильности. В заключение заметим, что соединение концепций маргинальности и мобильности может оказаться полезным именно для понимания российской социальной структуры, которая в течение ХХ века пережила несколько масштабных преобразований, имеющих скорее революционный, а не эволюционный характер.

Park R.E. Human migration and the marginal man // Amerikan Journal of Sociology.- Chicago, 1928. — Vol. 33, N 6.

Бергер П. Капиталистическая революция (50 тезисов о процветании, равенстве и свободе): Пер. с англ. М.: Издательская группа «Прогресс» – «Универс», 1994.

См.: Попова И. П. Маргинальность. Социологический анализ: Учебное пособие. М., «Союз», 1996.

Ильин В.И. Государство и социальная стратификация советского и постсоветского обществ. 1917 – 1996 гг. Опыт конструктивистско-структуралистского анализа. Сыктывкар: Сыктывкарский ун-т, Институт социологии РАН, 1996.

Качанов Ю.Л. О проблеме реальности в социологии // Социологос постмодернизма. Альманах Российско-французского центра социологических исследований Института социологии РАН. М.: Институт экспериментальной социологии, 1996.

Parkin F. Marxism and Class Theory: a Bourgeois Critique. L.: Tavistock, 1979.

Трансформация социальной структуры и стратификация российского общества / Отв. ред. З.Т. Голенкова. М.: Изд-во Института социологии РАН, 1998.

Корель Л.В. Социология адаптаций: этюды апологии. Новосибирск: ИЭОПП СО РАН, 1997.

Борисов В. Социальная мобильность в Советской России // Социологические исследования. — 1994. №4.

Голенкова З.Т., Игитханян Е.Д., Казаринова И.В. Маргинальный слой: феномен социальной самоидентификации // Социологические исследования. 1996. № 8.

Куколев И. Формирование бизнес-элиты // ОНС. 1996. №2.

Источник

• ← Маргаритки на газоне как посадить
• Марго как вырастить новые волосы →