Мама одела сына как дочь
Несправедливость современной моды. Часть 1
Когда истёк срок отпуска по уходу за новорожденным, родители сначала отдали его в ясли, а когда он подрос, определили в детский сад.
И вот наступил такой момент, когда Ваня заметил различия в одежде мальчиков и девочек. Девочки носили платья и юбки, а мальчики брюки. НО. Некоторых девочек их родители приводили в садик в брюках, а потом таких девочек становилось всё больше. И у маленького Вани появилась мысль: почему девочки вместо платьев стали слишком часто носить брюки? Он спросил об этом маму, и она ответила:
— В брюках удобнее и теплее.
— Ты же мальчик, зачем тебе платье?
— Выходит, девочкам можно всё носить, а мальчикам платья нельзя, можно только штаны?
— Мальчики не носят платьев, потому что они не девочки, а девочки брюки носят потому, что им так удобно!
И тогда у Вани появилась мысль: а что если попробовать одеться в мамино платье? И он стал ждать подходящего момента.
Однажды летом в выходной после обеда, пятилетний Ваня лёг поспать, а родители куда-то ушли. Он, проснувшись и не найдя никого дома, решил наконец понять, почему же платья нельзя носить мальчикам.
Дойдя в платье до своей комнаты, Ваня удивился тому, что ощущал какую-то свободу и лёгкость. И подумал: «Если в платье так приятно ходить, почему тогда мальчикам их не дают? И почему их отказываются носить девочки? Ведь они, наверное, в платьях чувствуют себя так же хорошо.»
Сделав такой вывод, Ваня от удивления даже раскрыл рот: ему понравились ощущения, испытанные им от платья! Но он испугался, что его отругают родители, поэтому он платье снял и повесил его на место.
Родителям он ничего не сказал, но с тех пор с завистью смотрел на девочек, когда они были в платьях, но чаще всего половина девочек его группы в детском саду была в брюках, и он думал: «Вот девочкам можно носить и штаны и платья, а мальчикам платья нельзя, можно только штаны! Почему такая несправедливость?»
А время между тем подошло к школе. Ване купили костюм, и он 1 сентября пошёл в первый класс. Там он увидел много детей, одетых так же красиво, но девочки ему казались красивее, потому что они были в платьях и юбках, ведь он помнил те ощущения, которые испытал однажды.
Начались занятия, но Ваня, как и все мальчишки, немного отвлевался, и когда в конце первой четверти на родительском собрании учительница пожаловалась на Ваню, родители по дороге домой задумались, как же его наказать? Лишить игрушек и просмотра мультов? Нет, это был не совсем корректный вариант. И тогда папа рассказал маме про то, что он читал в Интернете и они решили попробовать, тем более что они заметили давно, что сын как-то странно смотрит на девочек в платьях. Забежав в «Детский мир», они купили пару платьев и пару ночных рубашек.
Ваня был уже дома, и мама сразу сказала Ване:
— Ну ты и отличился, сынок! Отвлекался в школе, учителя на тебя пожаловались. Будешь наказан! Но лишать тебя игрушек мы не станем, сам выбирай способ своего наказания!
Ваня немного подумал и сказал:
— Я хочу такой способ наказания, какой однажды смотрел по ТВ: там одного мальчика в наказание одели в платье! Я давно уже смотрю на девочек с завистью из-за того, что им можно и платья и штаны, а у меня одни только штаны! Оденьте меня в платье!
Развернув одно из платьев, мама прикинула его на сына, оно ему было до середины икр.
— Ну, сыночка, давай раздевайся и примеряй!
Ваня быстро скинул штаны и рубашку, и мама помогла ему надеть платье.
Он испытал те же ощущения, как когда-то, оставшись дома один, примерял платье мамы.
Подойдя к зеркалу, Ваня крутанулся. Платье разлетелось, и на миг он увидел в зеркале свои коленки, измазанные зелёнкой. И снова удивился своим ощущениям. Свобода и лёгкость.
— Ну да! Никто не дразнит и я не дразнил, но мне было досадно от того, что девочкам можно носить и платья и брюки, а мальчикам почему-то нельзя носить платья! Это несправедливо, на мой взгляд! Если девочки носят и то и другое, почему же мальчикам не разрешают ходить в платьях и юбках!
Ваня ушёл к себе в комнату и не прошло и полчаса, как он поймал себя на мысли, что в платье быть ему очень нравится, а так как он что-то читал, то ему было легче запомнить прочитанное.
Незаметно прошло оставшееся время, и мама заглянула к нему, но он даже не оглянулся. Слегка тронув его за плечо, мама спросила:
— Ну что, сынок, ты решил?
— Ой, мама, знаешь, я так увлёкся, что не заметил, как ты вошла! Ничего себе! И это так на меня действует платье?! Решил, что лучше останусь в нём!
— Ну и замечательно! Иди мой руки и будем ужинать!
— Ваня, пора спать, одевай эту ночнушку и ложись.
— Папа! А я не хочу быть девочкой, я всего лишь хочу носить платья! У девочек банты, а я не хочу их носить! Девочки красятся и носят всякие заколки и другую мелочь, а мне этого ничего не нужно! Ничего, кроме платьев и юбочек!
— Насчёт платьев будь спокоен, мы поняли причину твоего угнетённого состояния! Тебе ведь хотелось их носить? Вот и носи теперь на здоровье!
Все каникулы он дома ходил в платьях, а в школу он пошёл, как всегда, в костюме, но помнил о тех ощущениях, и ловил себя на мысли, что вот скоро уроки кончатся, и он вернётся домой и снова оденет платье, к которому он очень быстро привык за время каникул.
А учиться он стал намного лучше, и к Новому году у него уже было совсем не то, что в первой четверти! Дома, в платье, ему было легче читать, писать и считать, чем когда он постоянно был в штанах! Учителя не скупились на похвалу, и когда перед Новым годом снова было родительское собрание, Копейкиным объявили благодарность за исправление сына.
Застали врасплох
Родители Саши Ямщикова были такими категоричными, что не могли и мысли допустить, чтобы их сын одел платье.
На летних каникулах 8-летний Саша месяц отдыхал в лагере, и на «День наоборот» оделся в летнее платье одной из девочек. Ему так понравились ощущения, испытанные за день его ношения, что он попросил Алёнку Свиридову подарить ему это платье. Алёнка сказала:
— Алёнушка, ну пожалуйста, ну подари, а взамен возьми у меня одну пару шорт! Вам ведь можно носить шорты и никто ничего не говорит, а мне в платье твоём ходить очень понравилось! Я его буду носить дома, когда никого не будет, родители мои всегда приходят домой в одно и то же время, и я всегда успею переодеться к их приходу!
Конец смены наступил незаметно, впереди было ещё два месяца летних каникул. Сашка приехал домой, когда родителей не было дома, но он знал, что они оставили ключи соседям, поэтому, взяв их у соседей, он зашёл в квартиру, и сразу начал разбирать рюкзак.
Ему не терпелось снова побыть в платье хотя бы до прихода родителей. И он переоделся в него сразу же, как нашёл в рюкзаке.
Пару недель ему удавалось скрывать от родителей своё тайное пристрастие к ношению девчоночьей одежды, но, как говорится, тайное рано или поздно становится явным.
В тот день была страшная гроза, и мама Саши, Ольга Викторовна, вернулась намного раньше обычного. У неё на работе зависли все компьютеры, и всех сотрудников отпустили.
Сашка был дома. Мама открыла дверь в его комнату, чтобы проверить, чем занимается её сын, и. замерла. То, что она увидела, было для неё настоящим шоком!
Перед ней стоял её сын, но одетый не в штаны, а в платье! Ольга Викторовна не придумала ничего лучше, кроме как сорваться сразу на крик:
— Ах ты, такой-сякой! Ты чё одеваешь? Это же для девочек одежда, а ты чё, девкой хочешь быть? Ну я те щас покажу!
Ольга Викторовна схватила широкий кожаный отцовский ремень и отстегала Сашку так, что он заревел ревмя.
И в это время зашёл в квартиру отец, Аркадий Вадимович, и услышав рёв, зашёл к Сашке в комнату.
На следующий день мама с папой снова куда-то ушли, а Саша стал искать своё платье, но его нигде не было. Тогда он залез в мамин платяной шкаф и выбрал подходящее по росту, которое ему оказалось по щиколотку.
Заигравшись с конструктором, он не услышал, что щёлкнул замок входной двери и в квартиру вошли. Очнулся он после резкого толчка в спину.
— Мало ли что тебе нравится! Сейчас же переодевайся и поехали! Такси уже ждёт!
Сашка не хотел никуда ехать, и мама силой стащила с него платье, он сопротивлялся, но в конце концов маме удалось его одеть в майку и шорты. Крепко держа Сащку за руку, Ольга Викторовна вышла из квартиры, заперла дверь, и спустившись с сыном на улицу, запихнула его на заднее сидение, сама села рядом с водителем и сказала:
Загудел мотор, машина тронулась.
— А Вы не боитесь, что он станет гомиком? Или захочет сменить пол?
— Послушайте, это, конечно, не моё дело, что Вы задумали, но не ломайте своему ребёнку жизнь! Проблем потом не оберётесь! Лучше давайте заедем в интернет-кафе, и попросим, чтобы нам дали возможность поискать в Сети то, что Вас так раздражает в Вашем сыне. Я знаю, что Ваш сын не один такой, их во много раз больше, чем мы можем представить!
— А Вы, Ольга Викторовна, сами в чём сейчас сидите?
— Как в чём? В брюках.
— Тогда почему никто в Вас не тычет пальцем и не орёт, а сына своего как только увидели в платье, в клинику везёте? Пойдёмте-ка лучше в кафе, я хоть сока выпью, а то в горле пересохло! А Вы полазайте по инету, уверяю Вас, найдёте целую кучу откровений родителей, у которых такая же проблема!
— Тоже лимонадику холодненького хочу!
Зайдя в кафе, и попив чего хотели, все прошли в компьютерный зал. Заплатив за час выхода в Интернет, Сашина мама приступила к поиску.
— Меняем маршрут, едем в «Детский мир»! Пусть у моего сына будут платья!
Остаток каникул да и вообще, после уроков, Сашка, придя домой, переодевался в свою новую, свободную одежду и ходил так по дому. И эта одежда нисколько его не испортила, даже наоборот, подровняла характер и учёбу. А родители настолько привыкли, что перестали обращать внимание. Тем более что отец тоже перелопатил Всемирную паутину на эту тему и спросил Сашку прямо, чего он сам хочет.
— Да я не хочу быть девочкой, но хочу носить платья! Девочки от штанов не становятся мальчиками, значит, и мальчики от платьев тоже не станут девочками!
Как из мальчика воспитать девочку, т.е. гея. Неправильное воспитание сына 2, 3, 4, 5, 6 и 7 лет как дочери
Воспитание мальчика как девочки — как из сына сделать дочь? Очень просто, дорогие мамы. Судя по тому, что я порою наблюдаю на улицах и в магазинах, некоторые мамы буквально задались целью воспитать из нормального пацана будущего гея (трансвестита или реального транссексуала — это зависит от «глубины» материнских усилий).
Итак, как воспитать гея, консультирует житейский онлайн психолог на Forlove.com.ua Молчанова Татьяна, что же нужно делать мамам и бабушкам, отцам и людям, их заменяющим, чтобы из ребенка мужского пола с изначально нормальной, гетеросексуальной ориентацией, мальчика, воспитать гея, которому посвящена одноименная песня группы «Та — Ту»?
Воспитание сына-гея, мальчика-гомосексуалиста
1. Прежде всего отчаянно перед зачатием ребенка и уже во время беременности желайте родить только девочку. И даже не смейте мыслить себя в качестве родителя мальчика! Только девочка — только победа!
2. Даже если УЗИ точно определит пол ребенка — мальчик, не верьте данным УЗИ, верьте разным народным способам определения пола ребенка и в душе все равно надейтесь, что родится девочка!
3. Когда все же вместо девчонки (надо же, какая подстава!) «вдруг» на свет Божий появится мальчишка — не отчаивайтесь! Продолжайте своеобразно проявлять свою родительскую любовь к этому ребенку — укутывайте сына в розовые пеленочки, одевайте его в одежду нежных розовых цветов, возите в гламурной девчачьей коляске.
4. Когда малышу исполнится 1, 2, 3, 4 или даже 5 лет — продолжайте одевать его в одежду для девочек.
Как, например, я сегодня лицезрела эпическую картинку: мама усадила спереди на детскую коляску-люльку, в которой явно спит младенец, великовозрастного пацана лет 5, размазывающего слёзы по щекам и уже явно умеющего самостоятельно ходить двумя ногами.
Парень одет… в красно-белые явно девчачьи летние сандали с цветочками! На голове — гламурная девчачья розово-белая кепка с героинями из мультсериала, кажется, Винкс! Рубашка тоже розовая с цветочками и сердечками — явно не для пацанов.
Вот так надо одевать мальчишек, дорогие родители, если не хотите иметь внуков, но просто жаждете как-нибудь услышать от своего взрослого сына страшную тайну, что он любит не девушек, а… парней.
5. Почаще доводите ребенка до слёз и фиксируйтесь на этом его состоянии — ругайте его, когда он плачет, хвалите, когда он льёт слезы, — полярность знака внимания («+» или «-») роли ни играет — важно само пристальное ВНИМАНИЕ, когда ребенок находится в расстроенном состоянии или когда у него что-то не получается. Чтобы он почаще в себе это плаксивое состояние вызывал.
Ни в коем случае не разрешайте ему самому вставать, если упал, самому что-то делать, не доверяйте ему ни в чем, не позволяйте проявлять характер и самостоятельность! При этом обзывайте его разными словами типа «нюник», «маленькая девочка», «плакса», «и в кого ты такой уродился?», «нет, ну ты мужик — или кто?», «девочка-февочка» и пр.
А ещё лучше, для достижения стойкости результата, при этом бейте его и унижайте!
В общем, угнетайте его нервную систему на всю катушку! Веселитесь! Он, конечно, потом отомстит, когда вырастет, и уже тогда веселиться будет он! Старость у таких родителей явно не будет скучной и тривиальной.
6. Как можно чаще рассказывайте мальчику, что ждали девочку, что его появление на свет было неожиданным и, прямо скажем, — нежелательным. Что, вот если бы, у Вас родилась дочь, Вы бы были самыми счастливыми родителями на свете…
Расчесывайте ему долго волосы и отращивайте их подлиннее, иногда заплетайте косички и делайте хвостики… Поощряйте пользование губной помадой и ношение маминых туфлей на высоких каблуках.
Умиляйтесь, когда он будет важно шествовать по комнате в мамином длинном платье. Сюсюкайте с ребенком. Покупайте ему вместо машинок, мечей и пистолетов побольше кукол, тряпочек разных, пупсов.
Ни в коем случае не поощряйте занятия спортом, особенно такими мужскими его видами, как борьба, футбол, хоккей — это вообще табу. Лучше отведите в музыкальную школу или на танцы, идеально для воспитания гея — если сына возьмут в балет.
Приучайте жаловаться на жизнь, твердить, что от него ничего не зависит, что он без родителей, сам, — ноль без палочки…
6. Воспитывайте полностью зависимую от Вас личность — не доверяйте ребенку ни в чем, ведь он маленький, даже ему уже 33, — без Вас сам не справится!
Не отпускайте от себя ни на шаг, не позволяйте съезжать на отдельную квартиру, когда он уже вымахает ростом выше Вас — чем дольше взрослый сын проживёт под одной крышей с родителями, а ещё лучше — с одинокой мамой, тем больше шансов, что ближе к 30-40 годам у него разовьётся не только стойкий невроз, но и появится какой-нибудь психоз, а в самом благоприятном варианте — он вообще станет извращенцем, если не геем, то кое-кем даже покруче! Каким-нибудь маньяком-педофилом, например.
Все эти действия в совокупности произведут неизгладимое впечатление на детскую психику — и малыш, мальчик, сын, обязательно уловит неосознаваемое или же, наоборот, четко осознаваемое родителями бессознательное послание: «Мы хотим, чтобы ты был для нас дочерью — стань девочкой и только тогда мы будем любить тебя».
И он начнет опять же, сначала на неосознаваемом уровне пытаться завоевать такую своеобразную родительскую «любовь», подстраиваться под желания взрослых и сначала будет вести себя, как девчонка, а затем хорошо вживется в роль и уже реально станет психологической «дочерью».
Ну, а дальнейших трансформаций долго ждать не придется — в подростковом возрасте парень поймет, что от девочек ничего не хочет (ведь бессознательно он сам такой же, психологически), начнет интересоваться мальчиками, к которым принадлежит только по половым признакам, но психологически от которых довольно далёк.
Надеюсь, что, прочитав эту статью, некоторые мамы узнают себя и, конечно, сначала на меня разозлятся, а затем всё же подкорректируют своё поведение и перестанут поощрять в своих сыновьях женственные черты. Возможно, тогда в наших селеньях через несколько лет появится больше реальных мужиков, которых сейчас «почему-то» в очень большом дефиците (о чем горько сожалеют те же мамы!).
О том же, как воспитать из сына настоящему мужчину, нормального пацана с гетеросексуальной, а не гомосексуальной ориентацией, даже если воспитываете сына без отца — читайте в следующей моей статье на Форлаве.
Julijana.SU
Сын становится дочкой
Между тем в комнате было всё готово к тому, чтобы я стал девочкой. На кровати лежали колготки (уже распечатанные и расправленные), которые мне предстояло надеть и платья (все 8 штук), купленные в магазине. Видимо, мама хочет, чтобы я выбрал платье, которое хочу носить сегодня.
Но мама предложила мне:
Я согласился, ибо хотел поскорее одеть те вещи, которые видел на кровати и сел на стул.
Подготовив всё это, мама взяла из сумки красный карандаш, и обвела им линию вокруг моих губ, тем самым выделив их. Обведя, таким образом, мои губы она положила карандаш обратно в сумку.
Далее мама взяла губную помаду, сняв колпачок от неё и отложив его в сторону, раскрутила её, обнажив красное содержимое губной помады. Накрасив мне только нижнюю губу, мама попросила меня вжать губы и потереть ими друг о друга. И когда я так сделал, по моему рту распространился сладкий вкус карамельных конфет. Я едва не лизнул губы, но удержался.
— М-м-м, какая вкусная помада!
Я это сказал не только для того, чтобы отметить вкус помады, но и для того, чтобы узнать, изменился ли мой голос. Голос стал меняться. А мама, нисколько не удивившись моему изменившемуся голосу, продолжила красить мне губы, наложив ещё несколько слоёв помады уже на обе губы. Затем она нанесла кисточкой мне на них блеск и тоже в несколько слоёв. От этого у меня на губах возникло чувство сухости. Я сказал об этом маме. (Голос уже почти стал как у девочки.) Она сказала:
— Этот блеск делает губы не только красивыми, но и защищает их от внешнего воздействия. Просто оближи губы.
Я облизал их, и сухость как рукой сняло. Языком я почувствовал, будто губы покрыты плёнкой до чего гладкими они были. Закончив с губами, мама начала красить мне глаза тушью. Я почувствовал лёгкие прикосновения щёточкой к моим ресницам, будто это было дуновение ветерка.
Покрыв мои ресницы тушью, и посмотрев на результат, мама сказала, чтобы я закрыл глаза, ибо она будет накладывать тени на веки.
И когда я это сделал, то ощутил мягкое и очень приятное прикосновение к моим векам волосков кисточки, которую мама использовала для наложения теней на веки. Таких прикосновений было несколько. А когда я вновь открыл глаза, то обнаружил, что мне трудно моргать ими из-за липкости теней. Пришлось мне закрывать их снова, чтобы мама покрыла мне веки блеском. И она покрыла мои веки несколькими слоями блеска, чтобы и они, как и мои губы, были гладкими. И на них, как и на моих губах, я ощутил тонкую плёнку, но она не мешала моргать, наоборот мне было приятно ощущать её на своих глазах.
Затем мама, взяв пудру и открыв её, сказала, чтобы я закрыл глаза и задержал дыхание, ибо она сейчас будет пудрить мне лицо. Я сделал, так как просила меня мама, и сразу ощутил, как что-то пушистое прикоснулось к моему лицу, а потом почувствовал, как это пушистое движется по лицу, оставляя за собой тонкую порошкообразную плёнку. Она покрыла ею всё моё лицо и, когда она застыла на нём, то стала похожа на ту плёнку, которая уже покрывала мои губы и глаза. Несмотря на то, что я не дышал, когда мама пудрила мне лицо, частица пудры всё-таки попала в нос и я чихнул. Мама не обратила на это внимания (лишь сказала: «Будь здорова!»), ведь она уже закончила пудрить мне лицо.
Теперь, когда макияж был окончен, я захотел посмотреть на своё лицо, каким оно стало, и попросил у мамы зеркало. Но мама сказала, что сначала надо надеть парик, а то моё красивое лицо не смотрится без волос на голове. И взяв парик из сумки, предварительно расчесав волосы на нём, она надела его мне на голову, говоря:
— Девочке надо иметь длинные волосы. С сегодняшнего дня будем их тебе отращивать. Я для этого купила специальный крем в аптеке. А пока носи парик. Возможно, завтра он уже не понадобится.
Теперь я понял, зачем мы зашли в аптеку, перед тем как идти домой.
Когда я взял зеркало и направил его на лицо, я чуть не выронил его из рук. Такова была моя реакция на то, что я увидел в зеркале.
А увидел я там какое-то чужое не своё, лишь слегка напоминающее Алисино лицо. От него веяло какой-то воздушностью (если эту воздушность можно уловить взглядом) и казалось оно полупрозрачным. Да к тому же всё оно очень красиво блестело. Я хотел было прикоснуться к лицу, но тут же отдёрнул руку, вспомнив, что трогать его нельзя. Мне захотелось также поцеловать это прекрасное лицо, которое я видел в зеркале как вчера у Оли, но я не стал этого делать. Да, моя мама превзошла результат Оли. Короче мама полностью преобразила моё лицо, за что ей огромное спасибо. А пока я любовался своим прекрасным лицом, мама, убрав обратно в сумку всё, чем она делала мне макияж и, вынув оттуда красный лак, сказала:
— Давай, я накрашу тебе ногти на ногах, пока ты не надела колготки.
Я уже начал привыкать к тому, что меня мама называет в женском роде.
Я подставил ей другую ногу для того, чтобы она накрасила ногти и на ней, а сам продолжил любоваться на своё прекрасное лицо в зеркало.
— В мире есть много красивых имён. Например, Луиза Амалия.
Так я стал девочкой-красавицей с красивым двойным именем.
Закончив красить ногти на моих ногах мама, закрутив пузырёк с лаком, положила его обратно в сумку и, вынув оттуда пузырёк с белым лаком, сказала:
— Чтобы твои руки были красивыми, давай я накрашу ногти и на них.
Делая всё это, мама рассказывала, говоря:
— Когда я была беременна тобой, я очень хотела иметь дочку, чтобы наряжать её в красивые платья и колготки. А когда подрастёт делать ей макияж и учить искусству любви. Но когда родился сын, я смирилась с тем, что у меня мальчик и стала воспитывать его в чисто мужском духе. Не покупала даже колготок, чтобы он не знал, что это такое и не пристрастился к ним. А когда узнала, что ему нравится носить платья и колготки, то решила сделать из него (хотя бы временно) дочь, о которой так долго мечтала. Поэтому, узнав это я, и стала называть тебя в женском роде, чтобы ты привыкала к этому обращению уже, когда ты была мальчиком. И поэтому я прошу тебя забыть хотя бы на время, что ты была когда-то мальчиком и побыть моей дочкой.
Я уже понял, про какой орган она говорит и обречённо, вздохнув, дал ей руку, которой держал зеркало (его я положил рядом с мамой, закончив, наконец, любоваться на своё лицо).
Я взглядом указал на писун, завёрнутый в полотенце.
Мама кивнула головой.
— Обожаю иметь такую кожу.
Тем временем мама закончила красить ногти на моей руке, и дала её мне со словами:
— Вот какие руки должны быть у девочки.
Я взглянул на обе свои руки и поразился тем, насколько их преобразила мама: теперь уже не было тех «типично мужских» рук, о которых говорили мама и Оля, а вместо них я видел типично девичьи ручки с тонкими изящными пальчиками и белыми, аккуратно постриженными, блестящими ногтями.
В благодарность я бросился её обнимать и целовать со словами: «Спасибо мамочка», но она мягко отстранила меня говоря:
На это мама возразила:
— Это мальчик Серёжа не умел надевать колготки. Но ты же уже девочка Алиса-Амалия, а она должна уметь их надевать.
Делать было нечего и я, взяв колготки, принялся сам закатывать один из их чулок. Как ни странно, мои руки сами знали, что делать.
Они быстро, а главное правильно закатали чулок до конца. А когда я согнул ногу, они стали натягивать его на неё.
Причём, делали они это очень медленно, давая мне насладиться каждым миллиметром покрываемой тонким телесным капроном ноги и узреть её красоту в нём. При этом я испытывал очень приятные ощущения.
Мама одела сына как дочь
Моя мама — это должна быть не просто отдельная это должна быть большая часть моего повествования. Она заслуживает больше, чем отдельной главы в моей книге. В каждой главе я обязательно буду возвращаться к маме. Но здесь и сейчас я хочу описать то, что мы прошли вместе с ней на моем пути — пути моего «второго я».
После тех событий, которые я описала в предыдущей главе, я вполне свободно могла уже в мамино отсутствие «менять свои образ». Что я и делала почти каждый день. Я с удовольствием разглядывала собственные фотографии сделанные Женькой. И начала всерьез подумывать о необходимости обзавестись собственным гардеробом женской одежды, т. к. мама иногда удивлялась находя пятно от помады или следы туши неаккуратно оставленное мною на какой-нибудь её блузке.
Каждый день приходя из школы я теперь с удовольствие переодевалась в мамины блузки, юбки и так и ходила до самого ее прихода. Но как говориться «все тайное становиться явным» и я постараюсь сейчас описать тот ужасный день, когда мне пришлось первый раз открыться маме, и произошло это помимо моей воли. Я очень этого боялась и оттягивала момент истины как можно дальше. В один из мартовских весенних дней, придя из школы домой, я как обычно сняла джинсы и свитер и начала процесс своего «преобразования». Я одела свои женские трусики, натянула бюстгальтер, вложила туда вкладыши, натянула черные колготки и приступила к раздумьям о сегодняшнем моем верхнем гардеробе. Я открыла мамин шкаф и стала обозревать, что бы мне одеть на сегодня. Моей любимой юбкой был та, которую я сшила из своей водолазки и она у меня всегда находилась «в фаворе». Я выбрала мамину голубую трикотажную кофту. И наконец я приступила к макияжу. Надо сказать, что к этому времени я уже достаточно хорошо научилась накладывать макияж. Мне помогали мамины журналы «Бурда», наблюдения за девочками моего возраста на улице, молодыми девушками. Я внимательно смотрела на их макияж, на их одежду. Я пыталась впитывать как губка все то, что мне было необходимо. Наложив макияж, я достала заранее нагретую плойку и слегка накрутила себе кудряшки. Мои волосы уже полностью закрывали ушки и я вполне могла немного экспериментировать с прической. Потом как обычно покрутилась перед зеркалом, нашла себя «шарман» и собралась обедать. Условный звонок в дверь прервал мои обеденные приготовления. Женька пришел.
Я побежала открывать.
— Привет — я чмокнула его в щечку — проходи.
Пока Женька раздевался в коридоре я умчалась на кухню.
Я налила Женьке чаю и мы сидя на кухне начали обсуждать события произошедшие сегодня в школе. После сытного обеда и чашки чая полагалось покурить, к чему в свои 14 лет мы уже с Женькой пристрастились на пару. Я налила себе кофе. Я обожаю кофе с сигаретой и мы пошли на лоджию, где я села в свое любимое кресло и Женька взгромоздился на табуретку. Закурив по сигарете и отхлебывая из чашечки горячий кофе, я погрузилась в нирвану. Мы балдели…
Поворот ключа в замке и скрип открываемой двери прозвучал для нас обоих как гром среди ясного неба. Первые секунды мы застыли как соляные столпы. В моей голове лихорадочно начали перемещаться мысли о сложившейся ситуации. Что же делать? Мы не просто были застигнуты на месте преступления с сигаретами — это еще полбеды. Хуже другое — мой внешний вид и присутствие Женьки!
Мама уже вошла в комнату и подошла к двери на лоджии. Запах сигарет я думаю она уже почувствовала, но это еще не все…
Выражение её лица, когда она увидела меня — я не смогу описать. На её лице одновременно промелькнули все только возможные чувства. Гнев сменялся изумлением, потом удивление — это просто не возможно описать словами.
— Что здесь происходит?!
— Мама, это … тут… ну это игра такая….
Я от испуга просто не знала что сказать.
— Я пожалуй, домой пойду… — Женька выскочил с лоджии и бегом помчался к двери. Как он мне рассказывал потом, он выскочил в подъезд в одних носках, схватив по пути шапку, ботинки и куртку.
— Я требую объяснений! — гневу мамы не было предела — Это что такое?! Что это за игры?!
Я не знала что мне сказать! Моему стыду не было предела. Что сказать маме?
Я как в коме сидела и с поникшей головой и не пыталась что-то объяснить. Я просто бормотала, какие-то несвязные предложения. Из моих глаз полились слезы. Мама тоже разрыдалась! Мы сидели друг перед другом и рыдали. Это было то еще зрелище. Я в юбке с размазанной от слез тушью, реву сидя напротив мамы.
— Иди в ванную умываться!
Я вытирая слезы пошла в ванную и там размазывая слезы вместе с тушью смывала остатки моего «позора». Мне не хотелось выходить из ванны, т. к. я понимала, что наш разговор еще не закончился. Я смыла остатки туши, вытерла помаду, сняла юбку, лифчик, кофту и вышла из ванной комнаты. Одела спортивные брюки и футболку и пошла в мамину комнату. Мама сидела на диване и вытирала слезы платком.
Я молча села в кресло напротив.
— Расскажи, как это понимать?
— Мама, ну это игра такая! Мы просто так баловались.
— Как это баловались, зачем ты одел мою кофту? Что это была за юбка на тебе?! Зачем ты накрасился?! Ты что «голубой»?!
— Ну что говоришь мама? Ну зачем ты так?
— А что я должна подумать? Я прихожу домой, а мой сын в платье курит с другом на балконе? Ты что спишь с Женей?!
— Нет, мама, я не сплю с Женей. Это просто игра такая, я играю его подругу. Мы так учимся как вести себя с девочками. Сначала одеваюсь я и играю роль девочки, потом Женя.
«Что за бред я несу» — думала я. И подсознательно пыталась еще и свалить часть вины на Женьку. Мол он тоже переодевается.
— Что ты такое говоришь? — мама была возмущена. — Как вам вообще могло прийти это в голову.
Мамин монолог был просто нескончаем.
— Вот почему я нахожу грязными свои вещи, вот почему ты решил отрастить волосы? Ты что испытываешь от этого удовольствие?
— Да! Да! Да! — так хотелось крикнуть мне. Но я продолжала оправдываться.
— С завтрашнего дня ты идешь и подстригаешься! Нечего тут играть в «голубых». Мало мне твои отец нервы помотал — теперь ты еще!
Я сидела и глотала слезы. Мои волосы, мои шелковистые длинные волосы, которые я уже в течение полугода с любовью отращивала и ухаживала за ними, мне предстояло их состричь! Нет, я не хочу! Я не буду! Вся моя сущность противилась этому.
— Где ты берешь косметику?! — мама пыталась окончательно поставить точку.
— У тебя, в косметичке.
— С сегодняшнего дня, я запрещаю тебе к ней прикасаться! Что это за юбка была на тебе?
— Это я по выкройкам…
— Неси и выброси её в ведро! И выброси в ведро свой лифчик трусы и эти ужасные вкладыши!
Я покорно пошла и выбросила свою первую юбку, лифчик, трусики в ведро. Надо сказать, что потом, когда я выносила это ведро, я достала все это и принесла домой, где постирала и долго еще потом носила. Мама забрала свою кофту и положила её в стирку.
Стыд и раскаяние грызли меня тогда, во мне боролись две противоположности. Мне было стыдно, мне было очень стыдно. В душе я начала сожалеть обо все произошедшем. В душе я уже дала себе слово что этого не повторится!
— Мама, ну прости меня, я не буду больше. Это было в первый и последний раз!