каменский ковидный госпиталь телефон
«Если пациент запаниковал, ему хана»: медик рассказала о работе в ковидарии
Редакция, Общество, 8:03, 13.11.2020
За время пандемии она неоднократно работала в «красной зоне», но на этот раз сама заразилась коронавирусом и теперь лечится у себя дома
Практически треть медиков, работавших в каменском ковидном госпитале в октябре, заразились коронавирусом, при этом первые тесты им сделали только после того, как у некоторых из них появились очевидные симптомы. Одна из сотрудниц Каменской ЦРБ, пожелавшая не раскрывать свое имя, несколько раз жила и работала в госпитале, а сейчас сама лечится от COVID-19 в домашних условиях.
Редкая смена обходится без покойников
Весной в Камне-на-Оби под ковидный госпиталь отдали здание роддома. Еще несколько месяцев назад здесь каждый день начиналась чья-то новая жизнь, а теперь все наоборот – редкая смена обходится без покойников. За три недели октября в каменском госпитале умерли 25 человек – от ковида или связанных с ним причин.
«Здесь творится ад». Медбрат из алтайского ковидария рассказал о своей работе
Уже сейчас медикам в ковидных госпиталях приходится делать страшный выбор — кому жить, а кому умирать. Кто приходит на эту тяжелую работу и что их там держит
Сотрудница из Каменской ЦРБ рассказала, что в октябре в «красной зоне» было 190 пациентов. Чтобы обеспечить госпиталь новыми койками, пришлось задействовать все подсобные помещения:
«Даже тяжелые больные лежат по шесть человек в палате. Это очень много. В целом здание плохо подготовлено для госпиталя, и, когда возникают жалобы у пациентов, их можно понять».
Почти все «тяжелые»
Собеседница вспоминает, что весной в ковидном госпитале принимали пациентов, у которых болезнь протекала в легкой форме и средней степени тяжести. Сейчас в основном поступают только тяжелые больные.
Женщина говорит, что, когда пошла работать в госпиталь в первый раз, она и сама думала, что коронавирус не такой уж и опасный, и только с осенним ростом заболеваемости поняла, насколько все серьезно и даже страшно.
Не хватает психологической помощи
Сотрудница Каменской ЦРБ уверена, что часть пациентов умирает еще и от нехватки психологической помощи. По ее словам, многие, кто заражается коронавирусом, впадают в панику, а это только усугубляет течение болезни:
В Минздраве назвали опасность лечения ковида антибиотиками
Более 90% пациентов с коронавирусом сейчас получают антибиотики не только в стационарах, но и в амбулаторных условиях
«Если больной впал в истерику, это очень плохо, если сказать совсем просто, ему хана. Не хватает рук и разговоров для каждого больного. Две медсестры обслуживают 80 пациентов. Им просто некогда их успокаивать. В таком же положении и врачи».
Собеседница заметила, что чем старше больные, тем они спокойнее воспринимают все, что с ними происходит. Только на ее памяти было несколько примеров, когда пациенты за 80 лет с поражением легких свыше 75% в итоге успешно выздоравливали.
По ее наблюдениям, чаще панике поддается молодежь и люди среднего возраста.
Медперсонал отпускают домой
Также сотрудница Каменской ЦРБ рассказала и о том, что нервные срывы случаются и у самих медработников. Особенно тяжело становится к концу рабочего периода.
Раньше он длился две недели. С осени медработники заходят в госпиталь на четыре недели и буквально живут в нем.
С ноября медработников после окончания рабочей смены решили отпускать домой.
На КТ везут в другой корпус
При коронавирусе многих пациентов направляют на компьютерную томографию легких. В самом здании госпиталя нет аппарата КТ, пациентов возят в главный корпус Каменской ЦРБ.
Батюшка в СИЗе освятил госпиталь на Алтае после «настойчивых просьб» пациентов
С учетом соблюдения требований и обязательной смены защитного костюма в каждом из корпусов, посещение священнослужителя заняло более полутора часов
Уже со слов своих коллег собеседница говорит, что все продумано так, чтобы инфицированные больные не пересекались с другими пациентами больницы, но недоработок все равно хватает:
«Элементарно во время ожидания своей очереди на обследование пациентам некуда сходить в туалет, да и в целом для них настолько мало места, что люди далеко не всегда могут соблюдать рекомендованную дистанцию».
Каменские медики говорят, что нагрузка на единственный в городе аппарат КТ, а главное – персонал, который там работает, запредельная. Обследование проходят не только местные пациенты, но и жители нескольких ближайших районов.
Испытала болезнь на себе
За несколько дней до окончания рабочего периода в ковидном госпитале у героини этого материала поднялась высокая температура. Несложно было догадаться, что стало тому причиной.
«За все время, что мы находились в госпитале, у медперсонала не взяли ни одного теста. Уже на выходе из «красной зоны» оказалось, что из 54 медработников 16 сдали положительные тесты на коронавирус. Заболели практически все врачи», – рассказывает женщина.
По ее словам, поражение легких у нее не превышает 25%. Недавно она сдала повторный тест, и пока он положительный, при этом температуры уже нет, но остается сильная слабость.
Собеседница отметила, что лечение ей назначили по телефону, а лекарства пришлось покупать за свои деньги.
С дрожью в голосе женщина вспоминает о самых тяжелых моментах, которые ей пришлось пережить в ковидном госпитале:
«Это не передать словами. Заходишь в палату – человек дышит, на первый взгляд с ним все нормально. Проходит совсем немного времени – и пациент уходит. У меня на глазах умирала наша бывшая сотрудница. Каждый день ходила к ней в реанимацию. Как больно было смотреть на ее стеклянные глаза, но ей уже никто не мог помочь».
«Коммунарка» – фабрика смерти для больных ковидом: эпидемиолог Гундаров
10 мая 2021, 12:00 — Общественная служба новостей — ОСН Люди, попадающие в ковидные госпиталя погибают не только от коронавируса. Хуже того: большинство умерших там погибают уже преодолев сам ковид. Об этом открыто сообщает сам …
Люди, попадающие в ковидные госпиталя погибают не только от коронавируса. Хуже того: большинство умерших там погибают уже преодолев сам ковид. Об этом открыто сообщает сам Денис Проценко – главврач коронавирусной больницы в подмосковной Коммунарке.
Он уже награждён званием Герой Труда России и, став легендарной фигурой антикоронавирусной компании, теперь с рекламных плакатов призывает граждан России побыстрее прививаться «Спутником V».
Но, при этом, как рассказал Общественной службе новостей эпидемиолог, доктор медицинских наук Игорь Гундаров, новоявленный герой страны даже не понимает, какая катастрофа происходит в вверенном ему госпитале.
Слово Игорю Гундарову:
Проценко жаль, но истина дороже
«Мне очень жалко Проценко, но это надо произнести, потому, что он выявил один из важнейших уроков, которые нам преподал коронавирус.
Сам Проценков в том же докладе – причём, в хорошем докладе, красивом – показывает слайд: из тех поступивших, которых не удаётся спасти, 30% умирают в первые три дня. Вероятно это связано с острым состоянием, дыхательной недостаточностью. А остальные 70% умирают потом от сепсиса!
Человек далёкий от медицины может быть и не поймёт, что это означает. Тем более, если эти данные густо сдобрить научными терминами. Но меня-то на мякине не проведёшь».
Внутрибольничный сепсис
«Что такое «внутрибольничный сепсис»? Вопрос не праздный: в советские годы это, в лучшем случае, означало тюрьму. Это прямое указание на то, что в больнице созданы условия, когда туда свозят всех больных, а с ними не проводится никакого профилактирования.
В результате ты приедешь в такую больницу с банальным ОРЗ, тебе его купируют, но на третий-четвёртый день навалится огромное количество инфекций, которые в такой больнице развелись.
И Проценко же сам показывает, какие инфекции у него в «Коммунарке» обнаружены: золотистый стафилококк, клебсиелла, кишечная палочка, синегнойная палочка. То есть в целой больнице не нашлось специалиста, который догадался бы что нужно проводить дезинфекцию!
Да что там: главврач больницы и не подозревает, что это данные, которые надо хотя бы попытаться скрыть!»
Не попадайте в «Коммунарку»
«И это образцово-показательный ковидный госпиталь. Стоит ли удивляться, что уже появляются рекомендации в духе: «Лучше валяться на улице, но упаси бог попасть в ковидарий!». И ведь это говорят вовсе не мракобесы, а медики, которые видят ситуацию и понимают, что на данный момент нет механизмов её изменить.
Повторю: 70% умерших в «Коммунарке» – это сепсис, заражение крови! Да, бывает один вариант сепсиса, когда тяжёлое протекание болезни, организм не справляется. Тогда инфекция, котоаря вызвала заболевание, прорывается в кровь и человек умирает.
Но тут мы имеем дело, повторю, с внутрибольничным сепсисом, когда человек уже идёт на поправку, но тут на него со всех сторон наваливаются суперагрессивные инфекции, на порядок более опасные, чем коронавирус. Среди которых бактерии, которых не берут даже антибиотики.
Получается, что не дай Бог вам попасть в «Коммунарку».
На проклятые вопросы дай ответы нам прямые
«И в завершение хочется задать вопрос. Ну ладно, Проценко – не специалист в инфекционных заболеваниях. Он просто не понимает проблему, которую ему поручили решать. Он прекрасный специалист в своей области. И он сам говорит: «Мне приказали – я пошёл».
Так кто у нас назначает главным врачом инфекционного госпиталя человека, который, как мы видим, совершенно не разбирается в данной проблематике?
Образно говоря: кто в момент боевых действий назначил командовать авиационным полком полковника из пехоты? И сразу второй вопрос: почему, вообще, возникла необходимость заполнять брешь в комсоставе таким образом? Куда подевались все полковники авиации? Или хотя бы майоры авиации?
У меня, пока, ответов нет. Но получить их надо обязательно. И чем быстрее – тем лучше».
На гребне третьей волны. Как работают в каменском ковидном госпитале
12:20, 06 августа 2021г, Медицина 1602
За пределами ковидных госпиталей будто и нет коронавируса. Мы расслабились. Возмущаемся, когда продавец в магазине требует правильно надеть маску, спорим на предмет принудительной прививочной кампании. А за плотно закрытыми дверьми красной зоны тишина – там не спорят, там борются за жизнь.
На локальном фронте
В каменском инфекционном госпитале, рассчитанном на 170 мест, 29 июля было 187 больных.
Разительное ухудшение ситуации по сравнению с декабрем прошлого года. Тогда в палатах лежали в основном пожилые люди, женщин и мужчин примерно поровну. Мало кто был на кислороде. Настроение было другим. Люди охотно общались, даже шутили. И лишь врачи понимали – это временная передышка.
Сейчас в палатах тишина. Нарушают ее лишь писк реанимационных аппаратов, бульканье кислородных пузырьков в настенных резервуарах, тяжелое дыхание больных пневмонией из-под кислородных масок, которые практически на всех. И редкая, приглушенная скафандром речь медработников.
Ковид помолодел, много больных 30–50 лет. Мужчин больше, чем женщин. В основном в тяжелом и среднетяжелом состоянии. В середине декабря в госпитале было 129 человек, в тяжелом состоянии в реанимации лежало только шесть пациентов, на аппаратах ИВЛ не было никого. Сегодня реанимация под завязку, семь человек на ИВЛ. Люди лежат в коридорах, потому что отделение переполнено.
Кислород – лекарство
Мы побывали здесь вместе с министром здравоохранения Алтайского края Дмитрием Поповым. В региональном Минздраве, как пояснил его глава, принята стратегия постоянного мониторинга качества оказания медпомощи в ковидных госпиталях.
– Приехал посмотреть, как выполняются рекомендации, – обозначил цель своей поездки Дмитрий Попов. – Нам необходимо выработать единые подходы к оказанию помощи больным, чтобы она была одинаково эффективна и в ведущем госпитале Барнаула, и в госпиталях городов края. Реальные события можно оценить только при очном осмотре.
Осмотр начали с палат и разговора с больными. Главный врач Каменской ЦРБ Олег Войтов пояснял по ходу, что изменили. Показывает листы с почасовым мониторингом состояния пациента у кровати каждого больного. В госпитале полностью оборудована и готова к работе операционная на случай, если больным потребуется хирургическая помощь. Есть проблема – из двенадцати реанимационных мест полностью укомплектованы следящим оборудованием и аппаратами ИВЛ только восемь, аппаратура периодически выходит из строя, на время ремонта заменить ее нечем. Министр заверил, что помощь госпиталю будет оказана за счет перемещения медтехники из других больниц, поставок новой.
– Кислорода хватает? Легче с ним? – интересуется министр у пациенток. Получив положительный ответ, подсказывает: – Кислород для вас сейчас лекарственный препарат.
В каменском госпитале недавно завершена модернизация систем кислородоподачи. Ее мощность усилена в два раза. В больнице есть и мобильные концентраторы.
КТ не приговор
– Кормят достаточно? – спрашивает Дмитрий Попов мужчин в следующей палате. Те дружно гудят из-под масок, что всего хватает, еда нормальная, порции достаточные. – А на животе лежать вам предлагают? Не пренебрегайте этим способом облегчить легким работу. Валики используйте. Как лечат? Лекарства дают? Уколы и капельницы ставят? Пациенты кивают в ответ. Дмитрию Попову показали запас лекарственных препаратов госпиталя. Полный набор необходимых, определенных рекомендациями Минздрава России.
Молодая пациентка из Камня поступила в госпиталь по скорой в тяжелом состоянии после четырехдневного домашнего мучения с температурой выше сорока градусов, задыхающейся, с 75-процентным поражением легких. За десять дней стационарного лечения ей стало заметно легче, она нам улыбалась. Кислород уже не требовался.
Александр из Тюменцева в госпитале двадцатый день, надеется через день-два выписаться и поехать домой. Крепкий мужчина перенес пневмонию относительно легко. А вот его соседу намного хуже. Попадая в больницу, мужчины порой падают духом, теряя веру в себя и медицину. Министр успокаивает пациента: высокий процент поражения легких еще не приговор, снимок КТ – это всего лишь инструмент для установления диагноза. Больше скажут лабораторные исследования, на них и равняются врачи при определении состояния больного и назначении ему лечения.
Кстати, почти четверть пациентов каменского ковидного госпиталя из Тюменцевского района. Чем вызвана такая вспышка инфекции именно на этой территории, неясно.
Погружение в профессию
В госпитале сейчас работают десять врачей, 42 медсестры и 36 санитарок. Старшим коллегам помогают шесть студентов АГМУ и Каменского медколледжа. В коридоре Дмитрий Попов перекинулся парой фраз со спешащим к пациенту второкурсником медуниверситета Иваном Евсюковым. Парень работает санитаром около месяца, признается, что бывает непросто.
В этой же смене еще один молодой санитар, выпускник медколледжа Матвей Карцев. Там же сертифицированный медбрат, студент 5-го курса Института клинической медицины АГМУ, целевик Андрей Пожиданов. Парень до этого уже работал в Каменской ЦРБ санитаром в урологическом отделении. В прошлом году пойти в ковидный госпиталь побоялся – родители в возрасте, а прививки тогда еще не ставили. Этой весной всей семьей Пожидановы вакцинировались, и будущий доктор, сдав в июле сессию на отлично, сразу устроился в инфекционный госпиталь помогать старшим коллегам.
– На практиках и подработках успел многое повидать, даже в таких тяжелых условиях контролировать эмоции и работать уже могу, – делится студент. – Регистрируем поступающих, оформляем документы, ставим инъекции, раздаем лекарства. Санитаркам помогаем переворачивать, мыть больных, стелить и убирать постели. Женщинам тяжело, они рады мужской поддержке. Трудно смириться с тем, что так много людей уходит в мир иной от этой болезни, несмотря на все наши старания. Замечу, что тяжелых больных и летальных случаев нет среди пациентов, привившихся от ковида. Вакцинированные в госпитале есть, стойкий иммунитет после второй прививки формируется не меньше месяца. Но таких пациентов единицы, все они переносят болезнь в легкой форме, без тяжелых последствий. В этом я убедился лично.
Высокая цена
В Каменском районе, по данным на 29 июля, было вакцинировано 9150 человек, из них 2115 – селяне. Горожане в последнее время тоже активизировались, прививаются целыми коллективами.
– Коллективный иммунитет – это или массовая вакцинация, или массовая болезнь, – утверждает Дмитрий Попов. – Но вы сами сегодня видели, какой ценой для самих больных и для всей системы здравоохранения дается второй путь. Летальность коронавирусной инфекции очень высока, особенно для пожилых людей с букетом сопутствующих заболеваний. Вирус мутирует, занимает те ниши, где к нему еще нет иммунитета. Сегодня болеют дети, хотя раньше они были к этому вирусу нечувствительны. Болеют беременные.
Министр уверен, что коронавирус со временем ослабеет и, возможно, приобретет сезонность. Но до этого еще далеко. Сейчас медики готовятся к новой, четвертой волне, которая возможна осенью после возвращения в школы и сады ребятишек. Дети уже не просто бессимптомные переносчики коронавируса, они болеют. Симптомы схожи с ОРВИ – лихорадка, сухой непродуктивный кашель, слабость.
– Трудно всем. Вызов брошен в первую очередь системе здравоохранения. Мы сегодня находимся в здании роддома, который отдан под ковидный госпиталь и лишен возможности работать по профилю. Но мы этот вызов приняли, в кратчайшие сроки мобилизовав все мощности. Уровень оказания медпомощи в каменском госпитале достаточно высок. Некоторые моменты надо подкорректировать, реанимацию дооснастить. А в целом возможности здесь сегодня практически такие же, как в барнаульских госпиталях, – подводит итог Дмитрий Попов.
Справка
В Камне активно начали выявлять инфицированных детей в июне – тогда их было шесть. В июле уже 24. Все они лечатся амбулаторно. Взрослых каменцев на амбулаторном лечении было 261.
На вирусной «передовой»: команда каменских медиков с 25 апреля работает в ковидном госпитале Камня-на-Оби
Команда каменских медиков с 25 апреля приступила к работе в инфекционном госпитале № 2, развернутом на базе Каменской ЦРБ. Вот уже на протяжении месяца они не покидают стены роддома, именно там разместили боксы для пациентов с коронавирусной инфекцией.
ПОД ЗАМКОМ
Корреспондентам газеты «Каменские известия» старшая медицинская сестра инфекционного госпиталя Наталья Ковалева рассказала, как проходят рабочие будни в учреждении. По словам Натальи, общение с семьей лично у нее только по телефону.
— Хочется уже всех обнять и расцеловать, но пока это не получается, — говорит Наталья, — в госпитале мы находимся круглые сутки, на улицу не выходим. Но, думаю, что скоро все это закончится и мы с коллегами будем дома.
Поговорить с ней нам удалось также по телефону. Приятным, радостным голосом Наталья отвечала на все вопросы журналистов, успевая отдавать рекомендации медперсоналу, шутила и говорила, что только сейчас начала ценить то, чего внезапно лишилась: разговоры с родными по душам и домашние посиделки, свежий воздух и беззаботные прогулки по городу.
— Быть врачом мечта всей моей жизни, — рассказывает Наталья Ковалева, — работать в медицине мне хотелось еще со школы. Другого варианта и не рассматривалось. Спасать жизни людей – это ответственная работа. И я здесь, в госпитале, не одна такая. У нас прекрасная команда.
В госпитале Наталья Мозгинова, лаборант, и Наталья Ковалева (слева направо).
Проживает персонал полностью в стенах госпиталя и покидать учреждение строго воспрещается. При этом в госпитале есть все для комфортной жизни.
— Для нас установили компьютеры с интернетом и скайпом, чтобы мы могли общаться с родственниками. Есть все, что нужно для бытовой жизни. Нас кормят 3 раза в день. Балуют молочными продуктами и сладостями. Есть спортивная комната для активного отдыха. Имеется спортинвентарь, теннисный стол, и различные настольные игры. Жилая зона также оборудована всем, что может понадобиться.
Работа в госпитале посменная. Одна — длится 6 часов, заступают на дежурство по 4 человека. Первая смена начинается с 6 утра и до 12 часов дня. За это время сотрудники не могут пить, есть, элементарно сходить в привычном формате в туалет, так как они полностью одеты в средства индивидуальной защиты. К памперсам медики так и не привыкли.
В жилой зоне инфекционного госпиталя № 2 в Камне-на-Оби.
— После того как смена закончена, они выходят в шлюз, где полностью раздеваются, обеззараживаются, принимают душ и попадают в жилую зону, — отмечает Наталья, — все наши дни за этот месяц стали похожи один на другой. У нас уже все слажено, отработано, у каждого распределены обязанности по быту и по работе. Самое тяжелое для нас это, конечно, не видеть родственников. Когда мы только заехали, эмоциональный настрой персонала был очень позитивный, радостный, первые две недели отработали легко и просто. А вот потом стало сложнее, уже начало сказываться отсутствие свежего воздуха и постоянное нахождение в закрытом помещении.
— Наталья, а вы сами не боитесь заразиться?
— Сами? Нет! Вернее, опасаемся, но не боимся. Мы выполняем все меры предосторожности. Мы же понимали, куда шли работать. В нашей команде взрослые сознательные люди и мы делаем все как нужно, чтобы самим не заболеть и в дальнейшем не заразить наших близких.
— Как вы оцениваете отношение пациентов к врачам и медперсоналу?
— Пациенты у нас разные. Бывают и конфликтные ситуации, которые мы стараемся решить и сгладить, но, как правило, все проходит хорошо. Нам удается договориться, успокоить больных. Все пациенты, которые выписались, были нам благодарны и говорили большое спасибо.
Также Наталья Ковалева отметила, что денежные выплаты, которые им полагаются за работу с ковидными пациентами, за апрель они получили полностью.
— За май пока получили только президентские выплаты за первую смену. За вторую смену, которая началась 9 мая, пока еще ничего не выплачивали, но мы ее еще и не отработали, — констатировала она, — сегодня (22 мая) у нас планируется заезд новой смены медперсонала. Сейчас как раз занимаюсь их расселением. Часть сотрудников уезжает. Всем уже очень хочется домой. Они, естественно, отправятся на самоизоляцию, это обязательное условие для всех сотрудников госпиталя.
ВЕСТОЧКА ИЗ ДОМА
Режим дня у людей в защитных костюмах расписан практически по минутам. И пока медики заботятся о здоровье пациентов, дома о состоянии самих врачей беспокоятся родные и близкие им люди. Журналисты посетили родителей Натальи Ковалевой и бабушку Станислава Рисса, он тоже сейчас трудится в госпитале медбратом. Родные были безмерно рады получить весточку от дочери и внука и, в свою очередь, передать приветы в ответ.
Родители Натальи Ирина и Владимир Евлампьевы встретили журналистов на пороге дома и любезно пригласили к столу на чашечку чая, ведь в их семье принято всех гостей, друзей и близких угощать различными вкусностями и горячим ароматным напитком.
— У нас в семье двое детей, — начала свой рассказ Ирина Васильевна, — Наташенька старшая, еще есть сын. Я сама хотела быть врачом и поэтому когда дочка определилась с профессией, не возражала. Училище она закончила с красным дипломом. Когда узнали, что она будет работать в госпитале с пациентами, которые заразились коронавирусной инфекцией, то мы были в шоке. По-другому и не скажешь.
Ирина и Владимир Евлапьевы, родители Натальи Ковалевой, с нетерпением ждут дочку домой.
— Она позвонила нам и сказала, что все, ухожу в госпиталь, — присоединился к беседе Владимир Николаевич, — переживаем сильно за нее. Она у нас очень ответственная выросла. Понимаем, что дочка на передовой сейчас борется за жизнь людей, которые заразились этой болезнью.
— Заболевание тяжелое, — продолжает мама Натальи, — мы очень за нее волнуемся. Ох, как бы чего не случилось… (она замолкает) Но она медик, она выбрала эту профессию по собственной воле. Кто-то же должен помогать больным. Очень скучаем. Каждый день мы с ней перезваниваемся. Первый вопрос, который мы ей задаём – это как самочувствие, а потом: как спала, как кушала? Нам, конечно, все интересно. Вы если увидитесь с Наташей, то передайте ей весточку от нас, скажите, что у нас все хорошо и мы ее ждем дома.
Свой привет внуку Станиславу Риссу передала и его бабушка Галина Константиновна. Сейчас молодой человек, студент Каменского медицинского колледжа, трудится в инфекционном госпитале медбратом.
— 26 апреля внук отмечал юбилей, ему 25 лет исполнилось в этом году. Вот только отметить как следует не получилось, он днем раньше уже в госпитале был. А оттуда-то не выпускают, — говорит Галина Рисс, — ой, как про внука вспомню, сразу слезы, плачу. Он у нас добрый мальчишка, всегда рвался людям помогать. Хотел быть стоматологом. За него гордость у меня всю жизнь. Таких парнишек сейчас поискать надо. Вот хорошую девочку бы встретил, как сам…
Галина Константиновна рассказала и об увлечениях Станислава. Как оказалось, парень с детства очень любит рыбалку и занимается спортом. После десятого класса он отправился отдавать долг Родине. Военная служба проходила в рядах МЧС и на его долю выпало во время наводнения на Дальнем Востоке спасать жизни людей.
Внук Галины Рисс Станислав работает в ковидном госпитале Камня.
— Он же наша опора. А ему позвонили и он нам говорит: «Баба, я пошел» и все, теперь созваниваемся с ним, беспокоимся. Врачей-то вон сколько заразилось по больницам в стране. Ждем его с нетерпением. У Станислава характер! В беде он никого и никогда не бросит, — с теплотой в душе отзывается о внуке бабушка.
Сам же Станислав Рисс говорит, что его решение работать в инфекционном госпитале с неба не упало, оно взвешенное.
— Моя цель – закончить колледж и купить сертификат для дальнейшей работы. А денег возможности заработать нет в таком объеме. Мне предложили работать в госпитале и я согласился, — сказал Станислав.
Чуть позже журналисты смогли поговорить с Натальей через закрытое окно на первом этаже госпиталя, используя вновь телефон и громкую связь. Станислав как раз в этот момент находился на смене и услышать из наших уст привет от бабушки у него не получилось, а вот Наталья была очень рада получить весточку из дома.
— Все будет хорошо, не переживайте за нас, мы скоро будем снова все вместе! — с улыбкой на лице проговорила Наталья.
Ирина СПИРИНА. Фото Дмитрия ПРОСКУРИНА и из личных архивов Натальи Ковалевой.