как пронести телефон в пнд
«Нормальные сюда не попадают»: как я провела пять дней в психбольнице
Объективно я психически здорова — и это не моё мнение, хотя, наверное, и мою оценку можно учитывать: я биолог по образованию, интересуюсь нейрофизиологией, психологией и психиатрией и сейчас изучаю их дистанционно. Здоровой меня считает специалистка, к которой я обращалась, — психотерапевт, психиатр и доктор наук. В психотерапии я пять лет, причин хватает — у меня в анамнезе и изнасилования в несовершеннолетнем возрасте, и жизнь с маленькой дочкой в ситуации постоянного домашнего насилия.
Год назад психиатр, выписывающая мне медикаменты, уехала. Город у нас небольшой – 100 тысяч человек, найти нового врача не так просто, и я решила обратиться за очередным рецептом на антидепрессанты в наш психоневрологический диспансер. Пришла в диспансерное отделение, которое в городе (сам ПНД гораздо дальше) — и в первый раз стало понятно, что бесполезно объяснять, почему необходимы и транквилизаторы, и антидепрессанты. Выписали только первые, а при повторном посещении поставили на учёт с диагнозом «тревожно-депрессивное расстройство».
Незадолго до карантина я пришла за очередным рецептом, но мне отказали. Сказали: «Пейте травки». На остатках психических сил я просидела два с половиной месяца взаперти с детьми, которые болели, потом ко всему этому добавилось несколько трагических событий, итог оказался закономерен: я провалилась в депрессивный эпизод с суицидальными мыслями, которые, впрочем, реализовывать не собиралась, но симптомы и тяжесть ситуации могла оценить. Жить дальше без лекарств было нельзя, и я снова отправилась к врачу в надежде выбить рецепт на антидепрессанты.
Вот тогда-то всё и закрутилось. Стоило мне сказать, что смертельно устала, у меня кончились силы и жить больше не хочется, как моментально вызывали скорую: мы-де не готовы нести за вас ответственность. То, что я приехала сама на машине, нормально отвечаю на вопросы и адекватно себя веду, никто уже не учитывал. Меня не осматривал психолог, а ведь есть методики определения и степени депрессивного состояния, и реальности суицида — я о них знаю. Фактически не было никакой диагностики — только испуг дежурного психиатра и заведующей.
Приехала скорая. Не то чтобы меня в неё затолкали, но и не уговаривали — просто поставили перед фактом: «Надо ехать». Сил сопротивляться не было: я была измотана, а прессовали меня несколько человек — тут и не всякий здоровый сможет отбиться. К тому же я думала, что в больнице разберутся, что я не суицидница, и на этом всё закончится. Наивная!
В машине мне сунули какие-то документы на подпись — я даже не успела толком их прочитать. Пока ехали, успела написать своей психологине и мужу, что меня везут в психоневрологический диспансер.
Диагностики не было и в приёмном покое. Лечащего врача — а видела я его только один раз при поступлении — больше интересовало моё мировоззрение, чем симптомы: например, он подробно расспрашивал, почему я собираюсь поехать учиться за границу.
Мне сказали, что если я не подпишу согласие на госпитализацию, то его получат через суд — а он всегда становится на сторону больницы — и меня запрут на полгода. Я спросила врача, а есть ли у него какие-то другие способы убеждения, кроме угроз, и тогда он начал рассказывать, что ничего страшного, всё будет хорошо. Мол, в отделении мне будет удобно, я смогу остаться в своей одежде, выходить курить, в выходные приедут родственники. Когда я спросила, а чем меня, собственно, будут лечить, ответил: «Давайте, вы у нас хотя бы одну ночь проведёте. Я выпишу феназепам, чтобы вы выспались, а завтра вы напишите отказ от лечения и просьбу перевести в дневной стационар». Это было как раз то, чего мне хотелось, и я всё подписала.
Могут ли запретить пользование мобильным телефоном в психиатрической больнице?
Правомерны ли действия персонала психиатрической больницы в случае если лицу, страдающему психическими расстройствами, обратившемуся за помощью в добровольном порядке, было запрещено пользование мобильным телефоном для периодической связи с родственниками и близкими? Сопровождающих, при поступлении, попросили забрать мобильный телефон домой, исключив любую возможность связи с пациентом родными и близкими в дни неразрешенные для посещения больного.
Статья 37. Права пациентов, находящихся
в медицинских организациях, оказывающих психиатрическую помощь в стационарных
условиях
(в
ред. Федерального закона от 25.11.2013 N 317-ФЗ)
(1) Пациенту должны быть разъяснены основания и цели
госпитализации его в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую
помощь в стационарных условиях, его права и установленные в указанной
медицинской организации правила на языке, которым он владеет, о чем делается
запись в медицинской документации.
(в
ред. Федерального закона от 25.11.2013 N 317-ФЗ)
(2) Все пациенты, находящиеся на лечении или обследовании в
медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных
условиях, вправе:
(в
ред. Федерального закона от 25.11.2013 N 317-ФЗ)
обращаться непосредственно к главному врачу или заведующему
отделением по вопросам лечения, обследования, выписки из медицинской
организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, и
соблюдения прав, предоставленных настоящим Законом;
(в
ред. Федерального закона от 25.11.2013 N 317-ФЗ)
подавать без цензуры жалобы и заявления в органы
представительной и исполнительной власти, прокуратуру, суд, к адвокату, в
государственное юридическое бюро (при наличии);
(в
ред. Федерального закона от 21.11.2011 N 326-ФЗ)
встречаться с адвокатом, работником или уполномоченным
лицом государственного юридического бюро и со священнослужителем наедине;
(в
ред. Федерального закона от 21.11.2011 N 326-ФЗ)
исполнять религиозные обряды, соблюдать религиозные каноны,
в том числе пост, иметь религиозные атрибутику и литературу, если это не
нарушает внутренний распорядок медицинской организации;
(в
ред. Федерального закона от 25.11.2013 N 317-ФЗ)
выписывать газеты и журналы;
получать общее образование, в том числе по адаптированной
образовательной программе;
(в
ред. Федерального закона от 02.07.2013 N 185-ФЗ)
получать наравне с другими гражданами вознаграждение за
труд в соответствии с его количеством и качеством, если пациент участвует в
производительном труде.
(3) Пациенты имеют также следующие права, которые могут
быть ограничены по рекомендации лечащего врача заведующим отделением или
главным врачом в интересах здоровья или безопасности пациентов, а также в интересах
здоровья или безопасности других лиц:
вести переписку без цензуры;
получать и отправлять посылки, бандероли и денежные
переводы;
иметь и приобретать предметы первой необходимости,
пользоваться собственной одеждой.
(4) Платные услуги (индивидуальная подписка на газеты и
журналы, услуги связи и так далее) осуществляются за счет пациента, которому
они предоставляются
ст. 37, Закон РФ от 02.07.1992 N 3185-1 (ред. от 14.10.2014) «О
психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании»
Порядок госпитализации
Правила и порядок госпитализации в стационар
Пациенты, нуждающиеся в стационарном лечении, принимаются в психиатрическую больницу по направлениям врачей-психиатров амбулаторных психоневрологических диспансеров (диспансерных отделений, психиатрических кабинетов), врачей специализированных бригад скорой психиатрической помощи, а также без направления при наличии экстренных медицинских показаний к госпитализации.
Лица, направленные на стационарное обследование для уточнения диагноза, врачебно-трудовой или военно-врачебной экспертизы, принимаются в психиатрический стационар по направлениям органов здравоохранения, участковых врачей-психиатров, военно-врачебных комиссий.
Порядок приема и выписки из психиатрического стационара лиц, направленных на стационарную судебно-психиатрическую экспертизу регламентируется действующим законодательством и соответствующими ведомственными инструкциями.
При госпитализации необходимо иметь:
Перечень сопроводительных документов:
· При приеме поступающего больного дежурный врач проверяет наличие всех необходимых документов для поступления в психиатрическую больницу или наличие медицинских показаний, документы, удостоверяющие его личность, проводит тщательный телесный осмотр, а также исследование психического и соматического состояния больного, собирает необходимые анамнестические сведения. Оформляется медицинская карта стационарного больного, проводится санитарно-гигиеническая обработка.
· Все вещи, документы, деньги и ценности больного принимаются, оформляются и хранятся в порядке, установленном соответствующими нормативными документами.
· Далее пациент транспортируется в профильное отделение, где его осматривает лечащий врач, делает соответствующие назначения, разрабатывает лечебно-диагностическую концепцию, в соответствии с которой, пациент будет проходить обследование и лечение. На беседу к врачу приглашаются ближайшие родственники, для получения объективных сведений о больном.
Запрет на пронос телефонов
В Саратове законодательство о противодействии терроризму применяют против адвокатов
Как сообщает «АГ», ГУ МВД по Саратовской области подтвердило правомерность запрета на проход защитников в здание со смартфонами, сославшись на обеспечение безопасности и антитеррористической защищенности управления. Адвокат Елена Сергун, на запрос которой был направлен ответ ведомства, полагает, что незаконные ограничения прав граждан, включая адвокатов, направлены на сокрытие нарушений закона, допускаемых сотрудниками полиции. Президент АП Саратовской области Роман Малаев сообщил, что знает о проблеме и что в связи с этим запланированы переговоры с руководством областного ГУ МВД. Если они не принесут результата, палата, по его словам, примет иные меры. Адвокат АП Саратовской области Елена Сергун сообщила, что с конца лета этого года в здание Главного управления МВД России по Саратовской области, в том числе и в Главное следственное управление, по общему правилу нельзя попасть с телефоном. Запрет, по ее словам, распространяется и на адвокатов – пронести телефон можно только в том случае, если следователь даст на это свое согласие.
Обращение в прокуратуру
23 августа Елена Сергун направила обращение прокурору Саратовской области Сергею Филипенко (имеется у редакции). В нем она сообщила, что в ГУ МВД по Саратовской области начал действовать новый пропускной режим. В соответствии с ним в здание ведомства, в том числе и Главного следственного управления, запретили входить с мобильными телефонами. Это правило распространяется на всех посетителей, включая адвокатов, прибывающих с целью осуществления профессиональной деятельности.
По словам Елены Сергун, о запрете она узнала, когда 23 августа прибыла в ГСУ ГУ МВД РФ для участия в следственных действиях в качестве защитника. На входе дежурный сообщил, что она обязана сдать телефон, положив его в специально установленные для этого запирающиеся ячейки.
Адвокат указала сотруднику, что в соответствии с УПК РФ при проведении следственных действий и она, и ее подзащитный могут пользоваться телефоном как техническим средством для снятия фотокопий с документов. Однако дежурный сказал, что пропускать ее с телефоном или нет, решает следователь. «Если следователь дает согласие, чтобы адвоката пропустили с телефоном, то меня пропустят», – отметила в своем обращении Елена Сергун.
Защитник попросила сотрудника пояснить, на каких нормативных актах основан запрет. «Дежурный дословно указал следующее: “инструкция, 502 приказ, “секретка”, там 015 секретный приказ есть, который следователи знают”», – указала в обращении адвокат. При этом, по ее словам, ни одного документа, подтверждающего правомерность таких ограничений, ей представлено не было. От дежурного удалось добиться лишь информации о том, что «приказ № 502» – это приказ МВД России. Но ни наименования акта, ни даты приказа полицейский сообщить не мог.
Елена Сергун отметила, что в ее случае следователь согласился с тем, что она может пройти в здание с телефоном, поэтому дежурный разрешил защитнику пронести мобильный.
«Поисковик системы “Гарант” выдает 14 наименований приказов МВД России (СССР), начиная с 1985 г., но ни один из них не относится к данному вопросу», – сообщила прокурору Елена Сергун, приложив к своему обращению список соответствующих ведомственных актов.
По мнению адвоката, введенные руководством ГУ МВД по Саратовской области ограничения неконституционны и противозаконны. Женщина подчеркнула, что запрет на вход в здание ведомства с телефоном грубо нарушает не только ее права, но и права неограниченного круга лиц. Елена Сергун обратила внимание прокуратуры на тот факт, что ограничения могут быть расценены как направленные на «воспрепятствование осуществления профессиональной деятельности адвоката в предусмотренных законом рамках».
Защитник полагает, что цель нововведений связана с желанием скрыть нарушения закона, допускаемые сотрудниками органов МВД. В своем обращении Елена Сергун попросила прокурора Саратовской области «принять меры прокурорского реагирования, направленные на отмену данного ограничения и нормативных актов, согласно которым оно введено на территории Саратовской области».
Вместо прокуратуры ответило ГУ МВД
12 сентября начальник управления по надзору за исполнением федерального законодательства прокуратуры Саратовской области Олег Петров перенаправил обращение адвоката в Главное управление МВД региона, сославшись на п. 3.5 Инструкции о порядке рассмотрения обращений и приема граждан в органах прокуратуры РФ, утвержденной Приказом Генпрокурора от 30 января 2013 г. № 45 (документ областной прокуратуры имеется у «АГ»).
14 октября управление направило ответ Елене Сергун.
Как сообщил адвокату заместитель начальника полиции ГУ МВД России по Саратовской области Олег Прозоров, по ее обращению была проведена проверка, которая подтвердила, что «в действиях сотрудников полиции отдельной роты по охране объектов органов внутренних дел Управления МВД России по г. Саратову отсутствуют нарушения нормативных правовых актов, регламентирующих обеспечение пропускного режима на территорию объектов территориального органа МВД России».
Управление пояснило, что п. 7 ст. 2 и ч. 3 ст. 5 Закона о противодействии терроризму предусматривают, что одним из основных принципов противодействия терроризму является приоритет мер его предупреждения, в целях осуществления которых федеральные органы исполнительной власти осуществляют противодействие терроризму в пределах своих полномочий. При этом ГУ МВД указало, что полиция является составной частью единой централизованной системы федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.
По мнению управления, «гражданин, осуществляя пронос на территорию объекта территориального органа внутренних дел Саратовской области технических средств записи изображения и звука, в том числе средств связи, создает угрозу его безопасности и антитеррористической защищенности».
Ведомство подтвердило, что в целях обеспечения безопасности и антитеррористической защищенности зданий, сооружений, помещений и иных объектов территориальных органов внутренних дел Саратовской области и в соответствии с п. 25 ч. 1 ст. 13 Закона о полиции сотрудник полиции вправе требовать от граждан соблюдения пропускного и внутриобъектового режимов на охраняемых полицией объектах, в соответствии с которыми пронос (провоз) на соответствующую территорию технических средств записи изображения и звука, в том числе средств связи, запрещен.
Елена Сергун намерена обратиться в суд
Адвокат в своем комментарии обратила внимание «АГ» на тот факт, что в письменном ответе управление не ссылается на какие-либо внутренние акты, апеллируя исключительно к законам, хотя ранее полицейские говорили о неком приказе МВД. Однако перечисленные нормы, по мнению Елены Сергун, никакого отношения к возможности введения соответствующего запрета не имеют.
Она связывает ограничения с появившемся летом видео, на котором зафиксировано, как один из следователей ГСУ ГУ МВД по Саратовской области требовал у обвиняемой подписать ряд процессуальных документов «задним числом». При этом сотрудник полиции активно использовал ненормативную лексику и угрожал переквалификацией вменяемого ей деяния на наказываемое более сурово.
Она подчеркнула, что адвокаты не только лишены возможности фотографировать материалы дела, но и вынуждены продолжительное время находиться без связи. Елена Сергун отметила, что ее коллеги по-разному реагируют на запрет: одни спокойно сдают телефоны, другие пытаются отстаивать свои права.
Как пояснила адвокат, направляя обращение региональному прокурору, она надеялась, что тот проведет проверку, в результате которой станет ясно, какой нормативный акт имеют в виду сотрудники ГУ МВД. «Однако прокуратура ничего делать не стала. Теперь от самого управления стало известно, что никакого приказа, судя по всему, нет. Видимо, это исключительно личная инициатива его руководства, потому что в других регионах адвокаты, насколько мне известно, с этой проблемой не сталкиваются», – указала Елена Сергун.
По ее словам, она хотела получить информацию о конкретном документе, чтобы обжаловать его в суд в порядке КАС. На вопрос «АГ» о том, какие дальнейшие действия она планирует предпринять, Елена Сергун ответила, что попытается добиться, чтобы региональный прокурор в интересах неопределенного круга лиц вынес представление нижестоящему сотруднику прокуратуры, который направил обращение в ГУ МВД и не стал проводить проверку.
Адвокат также отметила, что хочет обратиться к депутатам с просьбой направить депутатский запрос в ГУ МВД области. «Если в течение пары недель со стороны прокуратуры не будет принято никаких мер, обращусь в суд», – заключила она.
При этом адвокат сообщила, что по вопросу введенных ГУ МВД ограничений для адвокатов она не обращалась в Адвокатскую палату Саратовской области.
Реакция региональной адвокатской палаты
Президент АП Саратовской области Роман Малаев сообщил «АГ», что о запрете на вход в региональное ГУ МВД с телефонами ему стало известно не так давно. При этом он отметил, что обращения по этому поводу от адвокатов в палату не поступали.
По его мнению, позиция ведомства не соответствует закону. «Со своей стороны мы планируем провести переговоры с руководством ГУ МВД. Конечно, если не найдем понимания, придется принимать и другие меры. Однако все-таки надеемся, что возникшую проблему удастся решить миром», – добавил президент АП Саратовской области.
Если у вас коронавирус: отвечаем на 10 главных вопросов о правах пациентов при заражении COVID-19
Вместе с экспертами по ОМС мы изучили действующие рекомендации для врачей и органов здравоохранения.
Количество заразившихся коронавирусом растет, число запросов о ковиде в поисковых системах увеличивается, а получить достоверные ответы на некоторые вопросы не так-то просто.
На этой неделе нехваткой доступной информации о лечении COVID-19 возмутилась на своей странице в соцсетях главный редактор телеканала Russia Today Маргарита Симоньян. Тут же последовал ответ замминистра здравоохранения Олега Салагая. Представитель Минздрава пояснил, что все подробности о диагностике, терапии, реабилитации после ковида и т.д. можно найти в соответствующих рекомендациях ведомства. Однако документ это объемный, сложный, предназначенный в первую очередь для медиков и органов здравоохранения.
Мы изучили обновленную версию методички Минздрава вместе с кандидатом медицинским наук, экспертом по обязательному медицинскому страхованию Всероссийского союза страховщиков (ВСС) Сергеем Шкитиным. В этом материале вы найдете ответы на 10 главных вопросов, которые чаще всего возникают у заразившихся коронавирусом и их близких.
1. При каких симптомах к пациенту на дом обязан прийти врач из районной поликлиники?
Врача на дом можно вызвать, если есть повышение температуры — выше 37,2 градуса и/или признаки ОРВИ: кашель, заложенность носа, затрудненное дыхание, одышка, боли в груди, слабость, головная боль, потеря обоняния.
Кроме того, есть условия, когда вызов врача на дом при таких симптомахне просто желателен, а строго необходим. Это:
! Обязательно сообщите об этих фактах, вызывая врача.
2. В течение какого времени должен прийти участковый терапевт из «районки»?
По законодательству врач, вызванный на дом, должен прийти в течение 24 часов.
3. Когда звонить в «скорую»?
Сегодня диспетчеры службы скорой медицинской помощи (СМП) занимаются распределением вызовов. Поэтому сюда можно звонить, если чувствуете, что состояние ухудшается, а ждать врача на дом еще долго. Либо сразу при появлении тяжелых симптомов: температура выше 38,5 градусов, боли в груди, чувство нехватки воздуха и т.д.
При поступлении вызова на пульт СМП оператор проводит опрос позвонившего. Кроме жалоб важно сразу назвать свой возраст, сопутствующие болезни и сообщить, если были контакты с зараженными коронавирусом. По итогам опроса принимается одно из трех решений:
4. Что должны сделать прибывшие медики?
По правилам осмотр пациента включает:
5. Когда и у кого должны взять мазок из носоглотки на коронавирус?
В Методических рекомендациях Минздрава сказано, что подозрительным на COVID-19 считается случай, когда у пациента температура выше 37,5 °C и есть один или более из следующих признаков: кашель (сухой или со скудной мокротой), одышка, ощущение заложенности в грудной клетке, уровень кислорода в крови ≤ 95%, боль в горле, заложенность носа, нарушение или потеря обоняния, конъюнктивит, слабость, мышечные боли, головная боль, рвота, диарея, кожная сыпь – при отсутствии других известных причин для таких симптомов (скажем, отравления, обострения давней хронической болезни и т.п.).
Кроме того, по правилам обязательно должны брать мазок на коронавирус:
Забор анализа проводит выездная бригада медицинской организации. Либо врач поликлиники при первичном осмотре, если есть подозрения на covid- инфекцию (см. выше).
Результаты анализа должны сообщить пациенту в разумный срок, ориентировочно в течении 2-3 суток.
6. Когда и как сдается анализ крови?
Необходимость проведения лабораторных исследований крови определяется врачом. В методичке Минздрава сказано, что при легком течении COVID-19 и лечении пациента на дому, как правило, не требуются ни анализ крови, ни лучевая диагностика (рентген, компьютерная томография, УЗИ). Если пациента госпитализируют — в основном, начиная со среднетяжелого состояния, то при госпитализации должны сделать общий анализ крови и биохимический анализ крови.
Если больного оставляют лечиться на дому, сажают на режим изоляции и врач считает необходимым лабораторное исследование крови (в частности, при сопутствующих хронических болезнях), то для забора анализа должна прибыть выездная бригада поликлиники.
Как определяется степень тяжести COVID-19
! Легкое течение
— частота дыхания > 22/мин
— одышка при физических нагрузках
— изменения при КТ/рентгенографии: объем поражения минимальный или средний (КТ 1-2)
— уровень С-реактивного белка в крови >10 мг/л
! Тяжелое течение
— частота дыхания > 30/мин
— нестабильная гемодинамика: систолическое (верхнее) артериальное давление менее 90 мм рт.ст. или диастолическое (нижнее) давление менее 60 мм рт.ст.)
— объем поражения легких значительный или субтотальный (КТ 3-4)
— снижение уровня сознания, ажитация.
7. Как решается вопрос о проведении компьютерной томографии легких?
Необходимость такого обследования определяет врач. При этом должны учитываться возраст пациента, наличие сопутствующих хронических болезней, жалобы, объективное состояние и клиническая картина развития пневмонии (по итогам «прослушивания» легких, измерения сатурации, частоты дыхания и т.д.).
Методичка Минздрава рекомендует назначать КТ, если есть признаки среднетяжелой формы COVID-19 (см. выше «Справку «КП»). Порядок и сроки проведения КТ определяются возможностями региональной системы здравоохранения, говорится в документе.
8. При каких симптомах больного должны госпитализировать?
Согласно Рекомендациям Минздрава, если больному поставлен диагноз COVID-19 и он лечится дома, ему полагается госпитализация при сохранении температуры ≥ 38,5 °C в течение 3 дней.
Также должны госпитализировать пациентов в состоянии средней тяжести, у которых есть любые два из следующих показателей:
* признаки пневмонии с распространенностью изменений в обоих легких более 25% (при наличии результатов КТ легких).
Кроме того, госпитализируются вне зависимости от тяжести ковида пациенты, относящиеся к группе риска, а именно:
* с сопутствующими заболеваниями и состояниями: артериальной гипертензией; хронической сердечной недостаточностью; онкологическими заболеваниями; гиперкоагуляцией; ДВС-синдромом; острым коронарным синдромом; сахарным диабетом; болезнью двигательного нейрона; циррозом печени; длительным приемом ГК и биологической терапии по поводу воспалительных заболеваний кишечника; ревматоидным артритом; пациенты, получающие гемодиализ или перитонеальный диализ; иммунодефицитными состояниями, в том числе с ВИЧ-инфекцией без антиретровирусной терапии; получающие химиотерапию);
* пациенты, проживающие в общежитии, многонаселенной квартире, с лицами старше 65 лет, с лицами, страдающими хроническими заболеваниями бронхолегочной, сердечно-сосудистой и эндокринной систем.
9. В каком порядке госпитализируют больных с коронавирусом и можно ли выбрать больницу?
Госпитализация происходит по направлению участкового врача или врача «скорой». Медик запрашивает по телефону наличие свободных мест в ближайших ковидных стационарах и принимает решение, куда направить больного. Права выбора у пациента в данном случае нет.
Человека с подозрением на коронавирус или подтвержденной covid-инфекцией должны везти в больницу на машине Скорой или специальным медицинским транспортом (если направление дает участковый).
10. Что делать, если нарушаются перечисленные правила?
Можно звонить на единую «горячую линию» по коронавирусу: 8-800-2000-112; на «горячие линии», работающие в каждом регионе.
В то же время, как показывает практика, один из наиболее действенных способов – обращение к своему страховому представителю по ОМС. Напомним, страховые компании, выдающие нам полисы ОМС, занимаются бесплатным консультированием и защитой прав пациентов. Сейчас работа страховых представителей «заточена» на помощь больным, столкнувшимся с проблемами при заражении коронавирусом, рассказали «КП» во Всероссийском союзе страховщиков. Звонить в свою страховую медицинскую организацию можно в любое время суток, телефон найдете на полисе или через поиск в Интернете по названию компании.