Как относятся осетины к чеченцам

Почему чеченцев так люто ненавидят представители многих народов?!

— Русские ненавидят чеченцев, вспоминая геноцид русского населения в Чечне, взрывы чеченских боевиков, наглость и чрезмерную жестокость в делах, а так же непомерную хвальбу чеченцев перед всеми остальными народами, которые считают себя, подобно немцам в прошлом столетии, особой чеченской нацией, и т.д.

— Ингуши ненавидят чеченцев, т.к. они, пользуясь своим привилегированным положением в глазах двойника Путина и поставленных им правящих элит России, решили под шумок «грабануть» принадлежащие ингушскому народу земли;

— Дагестанцы же не желают отделения Дагестана от РФ со всеми последующими за этим проблемами и войной, во что их вовлекают чеченцы, стремящиеся сесть во главе всех горцев на Кавказе в своей независимой от России республике Ичкерии (куда по планам чеченцев кроме Чечни, должна войти и территория Ингушетии и Дагестана), благодаря оказываемой чеченцами помощи НАТО и США против России в подготовке и осуществлении грядущих войн на постсоветском пространстве;

— Украинцы, которые «в курсе всех дел» в своей стране, ненавидят чеченцев, т.к. те беспощадно уничтожают украинский народ, находясь по обе враждующие стороны в происходящей на Украине братоубийственной войне, будучи подчинены единому центру в Грозном, контролируемого НАТО, да и Крым чеченцы захватили и «отжали» не без пользы для себя по приказу и при одобрении этого тяжкого преступления против украинского народа двойником Путина, создав в лучшем «курортном раю» некогда единой Украины чеченскую колонию;

— Американцы так же ненавидят чеченцев за чрезмерную наглость и превозношение лидера Чечни и его собратьев в отношении властей США и обычных американцев, которые в своей надменности и гордости за свой чеченский народ 🙂 считают американцев прахом и просто никчемной нацией, абсолютно не считаясь с тем, что США огромная, влиятельная, богатейшая и одна из сильнейших ядерных стран мира, как, впрочем, и Китай, граждан которых чеченцы так же ненавидят и нагло пренебрегают ими, а зря…

— Европейцы так же ненавидят чеченцев, которые за последние годы стали массово переселяться в богатые страны ЕС, т.к. Германия, создавая закрытые анклавы и очень опасные группировки на основе своих чеченских диаспор, совершая многочисленные преступления против тех, кто дал им пищу, кров и надежду на лучшую, чем в Чечне, жизнь. Скажите, разве так должны поступать те, кому оказали гостеприимство?!

— Евреи особо ненавидят чеченцев, т.к. нохчи под эгидой Эр-Рияда и коварных и двуличных шейхов и лукавых имамов собираются активно участвовать в программе саудовского клана по уничтожению всех евреев на Земле (в своих прошлых посланиях я давала ссылку на документ, который раскрывает суть плана арабских лидеров по истреблению всего еврейского народа), как исполнители или платные наемники Саудов и других богатых правящих шейхов на Ближнем Востоке;

— Африканцы, китайцы и другие народы с различными особенностями и цветом кожи часто становятся объектами насилия и надругательства чеченских выродков только из-за своей принадлежности к тому или иному народу, отличному от европеоидной расы (хотя сами чеченцы гораздо темнее, чем, например, европейцы или те же русские). Само мировоззрение, культура и традиции чеченцев, которые впитываются в них, как говорится, с молоком матери, предполагает чрезмерное возвышение чеченского народа над всеми остальными, и, фактически, строится на унижении и презрении всех других народов во имя величия нохчей, особенно «не горцев» Кавказа, что явно показывает о незрелости и глупости этой уж слишком горделивой нации, преступающей все границы дозволенного не только с точки зрения ислама (а чеченцы хвалятся своей набожностью и принадлежностью к мусульманам), но и обычных общечеловеческих норм и стандартов;

— Чеченских мужчин особо ненавидят женщины разных народов (как я и писала в своей прошлой статье на эту тему, многие даже чеченские женщины люто ненавидят озверевших от своей безнаказанности кадыровцев), которые соприкасаясь с чеченцами, просто удивляются жестокости и надменности чеченцев в отношении слабого пола (часто выступающих в единстве друг с другом в любых конфликтах против представителей других народов, почему они в основном и побеждают).

— Многие женщины становятся жертвами чеченских нелюдей, а таких в этой нации предостаточно, особенно среди военных и боевиков, т.к. сама культура чеченского народа практически предполагает возможность насилия над другими, т.е. более «низшими», народами, как это и произошло во время геноцида чеченцев над русскими на территории ЧР в недалеком прошлом, где огромное количество русских женщин были жестоко изнасилованы и даже убиты только по тому, что они русские!!

Этот список обиженных жестоковыйным и надменным чеченским народом можно было бы продолжать и дальше, число которых день за днем все больше и больше возрастает и чье положение и дальше усугубляется (т.к многочисленные жертвы чеченского беспредела и по сей день подвергаются негативному влиянию и любого рода насилию, продолжая погибать от их рук, например, во время войн и военных конфликтов в различных странах мира, а завтра это может происходить и по всему нашему региону), зато обнаглевшие окончательно нохчи, все больше чувствуют свою силу и безнаказанность под крышей своего агрессивного чеченского лидера, который уже много раз публично отмазывал чеченских преступников в России и не только, даже тогда, когда явные доказательства их вины были представлены следствием всей мировой общественности и доказаны в суде (вспомните, например, дело Немцова!).

Так не пришло ли время, восстать всем тем, кто был притеснен чеченским народом, а так же тем, кто будет выступать от лица несправедливо погибших от рук представителей чеченского народа людей, и в соответствии со всякой правдой на законным основании остановить это умножающиеся день ото дня великое зло по всей земле, воздавая обнаглевшим чеченцев той же монетой, ведь если нохчи не будут наказаны в полной мере, они и дальше будут сознательно попирать все международные нормы, здравые законы и общепринятые стандарты в отношении других народов, начиная от русских и американцев, заканчивая беззащитными перед чеченскими нелюдями женщинами, детьми и слабыми категориями людей в любых странах мира, подвергаемых массовому надругательству и насилию со стороны представителей чеченского народа, не имеющих ни сострадания, ни милосердия (Да будут они прокляты за это беззаконие!).

И помните, что этот очень важный вопрос никогда сам по себе не разрешится, пока за это дело не возьмутся здравые моральные люди любых профессий и национальностей, которые должны все вместе объединится во имя и в интересах всего человечества, чтобы раз и навсегда поставить точку в отношении разного рода насилия, жестоких зверств и массовых убийств невиновных людей со стороны представителей чеченского народа!!

И пусть кровь, сознательно и несправедливо пролитая чеченскими нелюдями в течение многих десятилетий в СНГ и по всему миру, будет взыскана и отмщена Аллахом лично (в соответствии с законами Истинного и Праведного Судьи всего человечества), которому, как говорят нохчи, поклоняется чеченский народ!!

Источник

Б.А.Калоев. Осетино-вайнахские этнокультурные связи.

КАВКАЗСКИЙ ЭТНОГРАФИЧЕСКИЙ СБОРНИК. IX. М., 1989.

ОСЕТИНО-ВАЙНАХСКИЕ ЭТНОКУЛЬТУРНЫЕ СВЯЗИ

В данной работе предпринята попытка рассмотреть этнокуль­турные связи осетин с народами восточной части Северного Кав­каза—вайпахами (чеченцами и ингушами), проявляющиеся в материальной и духовной культуре, обычаях, верованиях, в эпо­се. Такая культурная общность — результат не только этнокуль­турных связей этносов. Во многом она объясняется сходством прнродно-географических условий, участием в этногенезе осетин и вайнахов общих этнических компонентов — древпекавказского и иранского. Но это особая тема исследования. Нас же интере­суют общие черты в культуре осетин и вайнахов как результат их давних этнокультурных связей (хотя вполне четко опреде­лить именно этот культурный пласт не всегда удается).

В основе настоящей статьи — свидетельства нарративных источников преимущественно XVIII—XIX вв., а также полевые материалы, собиравшиеся автором на Северном Кавказе в тече­ние многих лет (начиная с 1950-х годов) экспедиционной работы.

Сходство элементов материальной и духовной культуры вай­нахов и осетин, их обрядности, верований давно отмечено мно­гими бытописателями прошлого. Грузинский географ XVIII в. Вахуштп, хорошо знакомый с жизнью горцев Центрального Кав­каза, писал, что ингуши и чеченцы «одинаковы с овсами (осе­тинами.— Б. К.) верованиями, нравами, поступками, обычая­ми» 3. На культурную общность осетин и вайнахов (главнымобразом ингушей) обратил внимание А. М. Шегрен. Не исклю­чено, что отмеченная культурная общность осетин и ингушей была главной причиной создания в 1774 г. Духовной комиссии для восстановления христианства, действовавшей в среде имен­но этих двух народов».

В XIX в. П. И. Грабовский, хорошо знавший быт чеченцев и ингушей, в своей работе привел множество фактов осетиио-вайнахских параллелей в дохристианских верованиях (боя^ества, культы, празднества), обрядах и обычаях, фольклоре, в нартских сказаниях; он же обратил внимание на общие черты в погре­бальных и крепостных сооруя?ениях этих народов5. Такого я^е рода сведения приводят в своих работах В. Ф. Миллер в, Б. Дал-гат7, Г. Вертепов и другие, изучавшие быт и культуру осетин и вайнахских народов. Г. Вертепов, например, характеризуя этно­культурные контакты осетин и ингушей Джерахского ущелья, уходящие, по его словам, в глубь веков, отмечал, в частности, что у них «свадебные обычаи, обряды во время родов, при вы­боре имени для ребенка и т. п. … почти совершенно одинако­вы». Он объяснял такую общность смешанными осетино-ингуш­скими браками, которые действительно были очень распростра­нены меясду осетинами и ингугаами-дя?ераховцами. «Занести именно эту категорию обычаев и обрядов к ингушам,— пишет он,— могли только невесты и матери: если бы заимствование обычаев было результатом внешних сношений двух племен, то оно сказалось бы скорее в других сферах жизни» 8.

Из работ советских исследователей по этнографии вайнахов преяеде всего следует назвать работу Л. П. Семенова, в которой обстоятельно раскрыты многие элементы материальной и духов­ной культуры ингушей, путем сравнительного анализа выявлены общие черты с культурой осетин. По мнению автора, приведен­ный им обширный материал «ярко свидетельствует о давности и глубине культурного и экономического общения Ингушетии и Осетии» 9.

Осетины издавна называют ингушей двумя именами: мгехъ-хъкл и хъулгъа, чеченцев — цкцхйнаг. Более вероятно, что этно­ним махъхъял, которым осетины называют ингушей ущелья Армхи — по-осетински р. Махъхъхлдон, появился у них раньше этнонима хъулгъа (от самоназвания ингушей г1алг1ай). Этно­ним хъулгъа, возмояшо, возник в осетинском языке с переселе­нием ингушей на равнину, но не получил широкого распростра­нения. Чаще всего именем хъулгъа называли страну ингушей. «Он из хъулгъа» означало, что он из Ингушетии. В настоящее время название хъулгъа почти исчезло из осетинского языка и осетины называют ингушей этнонимом махъхъхл.

Этимология этого этнического названия интересно показана А. Н. Генко в его работе «Из культурного прошлого ингушей». «Эрзий (Арзии), т. е. с. Эрзи (в ущелье Армхи.— Б. Л*.),—пи­шет он,—значит по-ингушски «орел», а махъхъал, по объясне­нию некоторых ингушей,—название птицы вроде орла; в чеченском … (по Услару) — орел, махъхъал, коршун»10. Ограничи­ваясь этим указанием, можно полагать, что название махъхъал сначала было воспринято соседними осетинами-тагаурцами, а от них — жителями других районов Осетии. Чеченцы и ингуши на­зывают всех осетин х1ири, т. е. именем этнической группы осе-тин-иропцеви, с которой вайнахи веками соседствовали и обща­лись.

Отражение слолшых этногепетических процессов, происходив­ших в древности в пределах Центрального Кавказа, мы находим в исторических преданиях осетин и ингушей. «Как мы можем резонно полагать, первое проникновение иранской речи на Се­верный Кавказ,— пишет Е. И. Крупнов,— приходится на VII— VI вв. до п. э. …Этим было положено лишь начало языковой ирапизации некоторых групп местного кавказского населения»52. Этот процесс был длительным и сложным, что в какой-то мере подтверждается археологическими материалами13. Можно пола­гать, что отзвуки такого рода событий, в частности миграций алан на восток, отразились в осетинских преданиях. В одном из них повествуется о поселении в центре Куртатинского ущелья по р. Фиагдон братьев Курта и Тага — родоначальников Курта­тинского и Тагаурского обществ Осетии, вышедших из соседне­го Алагирского ущелья (крупный центр алан-осетин). В Ала-гирском ущелье в средние века жили древние осетинские роды, в их числе и знаменитая фамилия Царазоновых — потомки ле­гендарного Ос-Багатора, от которого ведут свое происхоягдение многие фамилии Северной и Южной Осетии14.

Источник

Новое в блогах

Чеченцы.От них страдали кабардинцы, осетины,караногайцы, кумыки, хевсуры и андийцы.

Генерал Бриммер:

Горцы, эти дети природы, как все глупые и немыслящие люди, принимают всегда доброту за слабость».

(Кавказский сборник. Т. XVI, стр. 125).

Из служебной записки Георгия Ткачёва, 1911 год:

. Если бы насилия, чинимые ингушами и чеченцами, были направлены против одних казаков или только против одних русских, тогда возможно было бы предположить, что эти насилия есть результат национальной вражды, процесс реакции против когда-то учинявшегося гнета, – как многие и думают.

. Ингуши есть одно из ответвлений общей массы чеченского народа. Говорить о них вне зависимости от остальных чеченцев нельзя, тем более что в делах разбойничества и воровства весь этот народ совершенно одинаков.
В запросе речь идет об ингушах лишь потому, что в их районе совершилось нападение на воинский отряд, и на них обрушились экстренные кары администрации.
Но для нас, раз поднимается в Государственной Думе вопрос разбойничестве, и об ингушах, важно поставить его весь целиком: обо всем ингушско-чеченском народе.

. то время как осетины, кабардинцы, ногаи, кумыки и пр. более мелкий горный народ мирно живут, не выделяясь из общей массы,

о подвигах чеченцев и ингушей говорит весь местный край и о них уже вторично поднимается вопрос в Государственной Думе. (Первый запрос был в 1-й думе после Троицкого столкновения ингушей с казаками но он не успел в ней разрешиться)
Для всякого беспристрастного ума должен возникнуть вопрос о причинах такой особенности.
Администрация в Терской области для всех народов одна, и одними ее несовершенствами объяснить явления невозможно.
Причина кроется в самом характере ингушско-чеченского народа.

38 судей – бывшие воры

Подтверждением только что высказанной мысли может служить следующий случай. В горский словесный суд выбирали судей, и на одного из выбранных, Чока Чомакова, был сделан донос, что он сидел в тюрьме за кражу.

Посланное расследовать официальное лицо донесло, что все остальные 37 избранных кандидатов – бывшие воры и судились гораздо позже Чомакова.

Но вся обстановка грабежей этому противоречит.

В то время как ингуши разбойничают и нападают по верхним Тереку и Сунже, на кабардинцев, осетин и верхне-сунженские станицы – чеченцы «обслуживают» весь остальной район но Тереку и Сунже, низовое казачество, а также племена кумык и караногайцев

Еще в 1909 году, на одном из фракционных заседаний партии центра Государственной Думы, многие депутаты могли видеть седовласого старика, уполномоченного кабардинцев, который, вслед за казачьим представителем, подтверждал им эту истину.

Одно интеллигентное лицо, из лучших кабардинских фамилий, высказывало следующим образом свои сетования по поводу творящихся над кабардинцами безобразий:

«Когда кабардинский народ был независим, кабардинцы никогда не позволяли над собой таких насилий. Наши отцы умели защищать свою неприкосновенность.

Издеваются, насильничают…

На наших глазах отхватывают наши табуны, прогоняют мимо кабардинских селений. Соседи выбегают по тревоге, видят, как гонят награбленное народное добро, но только беспомощно бьют об полы руками… и возвращаются с краской стыда в свои жилища».

Лично о себе этот кабардинец рассказал следующее: «Был у меня родительский конный табун, как у многих кабардинцев.

Много лет подряд и содержал этот табун почти исключительно для ингушей, потому что они одни им пользовались: придут и заберут весь приплод ежегодно. Но производителя не брали. Наконец, наехали однажды, забрали и производителя…

Плюнул я, и бросил коневодство.

Так многие кабардинцы побросали…»

Осетины – наиболее просвещенный из туземных народов.

Но и у них мира нет с ингушами. 23 мая 1907 года в одном из их селений, Ольгинском, произошло целое сражение, следующим образом описанное в местной газете:

«В предобеденное время ингуши большим скопищем напали на жителей сел. Ольгинского и стали их грабить. Из ольгинцев одни в панике бежали из селения, другие же стали защищать себя и свое имущество. В первое время разграблен был дом ольгинского священника, который с семейством очутился в сел. Беслане. В нескольких местах сел. Ольгинское было подожжено.

Местная администрация стала взывать о помощи во Владикавказ и на ст. «Беслан». Первоначальную помощь оказал резерв Апшеронцев, стоявших для охраны на станции. Под командой поручика Белявского резерв этот, состоявший из 15 вооруженных солдат, отправился в Ольгинское, где им удалось взлезть на колокольню церкви и оттуда первое время отражать нападения со стороны ингушей. Между 4 и 5 часом дня к месту происшествия прибыла конная сотня казаков.

Положение караногайцев, «обслуживаемых» чеченцами, самое безотрадное.

Еще в эпоху прошлой войны

набеги в караногайскую степь составляли излюбленное занятие чеченских шаек.

Народ безоружный, мирный – они не то, что казаки, которые всегда готовы дать сдачи. Как робкие овцы, они только жмутся при появлении грозного гостя и отдают все безропотно.

Пригнетенные и запуганные хищниками-чеченцами, арендующими соседние участки под видом мирного промысла, они не только боятся жаловаться, но со страхом передают даже один на один о своей доли. – Как можно – убьет! – говорили они, пугаясь, атаману отдела, который посетил их в прошлом году и расспрашивал об обстоятельствах краж и виновных. – Ты уйдешь, а он убьет!

Придет и убьет, если узнает. Чтобы добиться, кто его грабитель, нужно было обещать караногайцу, что чеченца не станут преследовать.

Зная наши «законы», караногайцы были уверены, что из «преследования» ничего не выйдет, а им все равно отомстят, если не сам вор, так его товарищ.

Кумыки, как низовые казаки, ближе всех граничат с территориями чеченцев, и они, как караногайцы, терпят от них давно.

Мне только раз пришлось проехать по территории кумыков, но и в этот единственный раз пришлось быть свидетелем следующего факта. В селении Аксай, где мы остановились в доме почтенного кумыка, было горе: было выкрадено 8 буйволиц, составлявших главное богатство хозяина.

Сына кумыка не было дома: он поехал их разыскивать. Дальше по дороге в Хасав-Юрт мы его встретили. Он скакал озабоченный домой в сопровождении какого-то туземца. Мой знакомый разговорился.

Оказалось, что сын нашел буйволиц в Баташ-Юрте и теперь ехал к отцу за выкупом: воры требовали 70 рублей за 8 буйволиц, цена не высокая.

Я был очень возмущен и бесстыдством воров и таким послаблением, им оказываемым, и, когда, на возвратном пути, мы опять заехали к кумыку – я стал ему высказывать.

К моему огорчению, вместо почтенного кумыка, мне пришлось краснеть самому, и очень много, когда, в ответ, он начале сыпать справедливые упреки моему правительству (он говорил: начальству) за потачку тем самым ворам, в которой я его обвинял, и рассказывать про свое горемычное; житье под гнетом воров, будто бы правительством («начальством») покровительствуемых. – Как не выкупить? – говорил кумык.

Денег не дашь, буйволиц загонят, что не найдешь, или порежут!

Доказывать, кто деньги принимал?

Он скажет, я тебя не знаю: свидетелей не было. Скажешь тому, кто указал буйволиц: ты знаешься с ворами; говорит: нет, передал один знакомый… Сам кругом виноватым будешь.

От этого кумыка я многое в один вечерь узнал о нашем суде и о нашей власти.

Довольно сказать, что туземцы предпочитают платить, разбойникам дань и оканчивать дело миром, чем обращаться к помощи русских судебных учреждений. – Вызовет тебя судья, – говорит кумык: ты придешь, а вора нет; поезжай назад, дело откладывается. Зовут тебя: на другой раз, – ты рабочий человек; тебе некогда: на ярмарку надо ехать (кумык был скотопромышленник), дело в другом ауле.

Ты не поехал, думаешь – отложат опять; вор приехал, тебе отказ: зачем не приехал. А вор грозит: убью, сожгу… Так живут кумыки.

Хевсуры и андийцы, гранича с Чечней, живут вне Терской области;

хевсуры в Тифлисской губернии, андийцы в Дагестанской области.

Те и другие горные пастухи, живущие в неприступных щелях. Как живется им в соседстве чеченцев, у нас сведений нет.

Но что у добрых и мирных андийцев с чеченцами дружбы никогда не было, общеизвестно.

А полудикие хевсуры в позапрошлом году 4-х чеченцев сожгли живьем, поймавши

на краже.

В конце Кавказской войны, когда еще часть чеченцев подчинялась Шамилю и его наибам, начальником чеченского народа был полковник (впоследствии генерал-майор) Беллик, от которого оставшаяся книга приказов по чеченскому народу сейчас имеется у меня, и я из нее привожу следующее :

N 21 Приказ. Кр. Грозная

Между чеченцами считается пороком быть доказчиком преступления, тогда как в этом же народе не считается предосудительным воровство и другие постыдные поступки, и народ как будто не чувствует вредных последствий от этого старинного и дикого своего обычая, все еще продолжает поощрять воровство, а упрекать доказчика. Объявляю народу, что ни в одном благоустроенному государстве не существует такого дикого обычая, какой теперь у нас. Человек, посягнувший на чужую собственность, делается порочным, и он терпит за то тяжкое наказание и никуда уже в обществе не принимается. Доказчик же, за открытие какого-либо преступления, пользуется данью уважения, и народы только этою мерою достигают искоренения дурных пороков, вредных обществу.

Я желал бы, чтобы и чеченцы перестали держаться вредного для самих себя обычая поощрять воровство, а упрекать доказчика и по возможности перенимали бы законы общественной жизни от народов благоустроенных государств. Нам известно, что воровства я но терплю; я его преследовал, преследую и буду преследовать; человек, учинивший воровство, пусть не надеется на помилование, и буду определять строгое и достойное ему наказание. Доказчик же всегда может надеяться на мое покровительство: я желал бы, чтобы доказчик не стыдился входить в присутствие и доказывать преступление и не боялся бы за то мщения; человек, обидевший доказчика, подвергайся строгому наказании.

Ко мне доходят слухи, что некоторые наибы позволяют себе брать взятки и за то скрывают от меня мошенников и воров. Наибы! Я ваш начальник, и, как управлять народом, должны брать пример с меня. Если я делаю худо, и вы делайте худо, если делаю хорошо, то и вы делайте хорошо; я не терплю взяток, что советую и вам делать; тот плохой судья, кто берет взятки: он из дела черного делает дело белое, а из белого – дело черное; такой судья для народа есть наказание.

Приказываю вам, наибы, быть для народа своего судьями справедливыми; подарков от народа не брать, а народу приказываю подарков наибам не давать; за взятки наиб лишается места, а тот, кто даст взятку, будет наказан. Приказ этот объявить по всем аулам при сборе народа у мечети.

До сего времени покорные чеченцы за воровство, сделанное ими на левой стороне Терека, подвергались только штрафованию – выкупу из гор русских пленных. Теперь, как наказание подобное оказываемся слабым, потому что чеченцы не перестают воровать, я объявляю вверенному мне народу, что всякий из чеченцев,

обвиняемый в воровстве за Тереком, не получит свободы за выкуп, а будет ссылаться в Сибирь навсегда. Приказ этот поручаю наибам и старшинам объявить народу троекратно на сборе всего общества.

Очень часто случается между чеченцами, что они, в отмщение наибам, старшинам и тургакам за их взыскательные распоряжения, делают вред: подрезывают жилы у скота и лошадей, сжигают хлеб, сено и даже сакли;

для прекращения чего я теперь объявляю народу, что если что-либо подобное будет сделано наибам, старшинам и тургакам и не будет выдан виновный, то за весь причиненный вред отвечают все жители того аула, где это будет сделано.

В аулах есть такие люди, которые ленятся трудиться, сидят дома, ничего не делают или во весь день спят, а ночью ходят.

Таких людей я приказываю старшинам присылать ко мне, я буду отправлять их в Георгиевск учиться трудиться. О чем объявляю по чеченскому народу и приказываю прочитать во всех аулах при собрании народа.

Все нищие чеченцы и тавлинцы, имеющие хорошее здоровье, а между тем ходят по креп. Грозной и просить подаяния, с настоящего времени будут арестовываться и сажаться в яму.

О чем объявить по народу и предложить, чтобы они старались по возможности бедных людей удерживать у себя для работ с вознаграждением за труд.

Воровство между чеченцами усилилось до такой степени, что оно делается тяжким для народа,

для прекращения которого (воровства) я издаю следующие правила:

Никто из чеченцев не должен отлучаться из аула в другой аул, станицы или крепости без спроса у старшины. 2-е.

Тургаки должны знать обо всех людях, отлучившихся из аула, и если окажутся отлучившиеся без ведома старшины, то с возвращением их домой сажать их на пять дней в яму и взыскивать штраф 5 руб. серебром. Отлучку от аула без ведома старшины я дозволяю только почетными старикам и почетными лицам.

На левом берегу Терека

Гоня отовсюду русских с чеченских территорий, чеченцы сами дружно лезут на левый берег. В Щедринской, Червленной, Николаевской, Калининской и т.д. станицах по Тереку мануфактурная торговля почти уже в руках чеченцев.

Сюда же они гонят свои стада, умножая их на тихой стороне казачьей.

Эти перебеглые коммерсанты и скотопромышленники не развивают промышленности на своей земле, потому что там у них крадут. Так они сами на тихой русской стороне занимаются тем же у русских. На русской стороне у них чрезвычайно умножаются стада, и они богатеют быстро.

(«Один кобила по 10 жеребят в год приводит», как сами чеченцы смеются над казаками ст. Щедринской.) Ибо к ним сгоняется ворованный скот со всей калмычины и караногаев.

Даже владельцы мануфактурных магазинов, как некий А.Б., не гнушаются собственными руками выгонять из чужих дворов скотину. Не так давно этот коммерсант поймался только потому, что кроме следов своих новых резиновых галош, оставил там, где выгонял быков, свой кошелек с распиской на 700 руб. на свое имя.

В заключение я выставляю следующие три тезиса, защищаемые настоящею запискою:

1) Чеченцы и ингуши не настолько «мирный народ», как полагают в Петербурге.

2) Чеченцы и ингуши далеко не «невинны».

3) Чеченцы и ингуши так же дики в своих массах, как были.

Георгий Ткачев 8 января 1911 года. Гор. Владикавказ

Источник