Как отмыть деньги через церковь
Как отмыть деньги через церковь
Недавно в правительстве решили, что антиотмывочное законодательство не должно применяться в отношении традиционных религиозных организаций, в частности РПЦ[1]. Почему? Потому что, видимо, отмывание денег через церковь — это большой грех, на который ни в коем случае не пойдет РПЦ.
Официальная формулировка: «в связи с низкими рисками отмывания преступных доходов». А раз так, то нужно рассмотреть ситуацию подробнее. Есть ли у РПЦ желание отмывать деньги, разумна ли идея освободить церковь от норм, которые актуальны для других некоммерческих организаций? Требования антиотмывочного законодательства не хотят применять даже к церковным магазинам[17].
Церковь — это бизнес?
Из-за так называемого возрождения духовности у отдельных лиц, в том числе высших чиновников, отключается здравый смысл. Они считают, что церковь это что угодно, но не бизнес. Естественно, «духовная» организация не может заниматься отмыванием денег, поэтому логично освободить церковь от всяких отчетов, проверок и так далее.
Это все лишено смысла, так как над церковью стоит сам бог, упоминание о котором не так давно появилось в Конституции. Однако если предположить, что все так, то возникает вопрос, почему у церкви есть бизнес в прямом смысле этого слова.
У церкви есть финансовые структуры, доли в крупном бизнесе, даже банковские учреждения. Причем нет никаких оснований считать, что бизнес церкви чем-то выделяется. Это обычный бизнес, как и везде.
Чтобы понять духовность церкви, достаточно вспомнить хотя бы табачный скандал. Его суть сводилась к тому, что когда церкви разрешили ввозить гуманитарный груз без пошлин из-за границы, церковь связалась с бизнес-игроками и ввозила сигареты, потому что это выгодно[2].
Церковь прикрывалась благотворительностью, но на деле занималась типичными для девяностых схемами. И после этого считать, что церковь нужно освободить от антиотмывочного законодательства только на основании «невозможности» отмывания денег — это абсурд.
РПЦ может говорить о «православной», или «духовной», экономике, но по факту бизнес в рамках РПЦ практически ничем не отличается от «бездуховного» бизнеса. Причем РПЦ скорее даже действует хитрее, прикрываясь религией. Ведь торговля сигаретами стала удачной схемой только потому, что церковь говорила о своем якобы бедственном положении.
Из расследования РБК следовало:
«В период с 2003 по 2010гг. подконтрольное РПЦ ЗАО «АО Витал» владело четвертью «БМВ Русланд», однако два года назад компания была ликвидирована, и теперь на ее месте прописана ООО «БМВ Русланд Трейдинг».
Помимо импорта иномарок, священнослужители инвестируют в такие традиционные отрасли, как строительство, ресторанный и гостиничный бизнес, оптовая и розничная торговля, сельское хозяйство и производство продуктов питания, а также банковский сектор. Отметим лишь, что все подконтрольные РПЦ коммерческие предприятия по самым скромным оценкам приносят до 600 млн руб. в год, а стоимость активов приближается к 2,3 млрд руб»[3].
Понятно, что ситуация меняется, но вряд ли в худшую для церкви сторону. Любой бизнес, к которому имеет отношение РПЦ, всегда работает либо так же, как другой бизнес в России, либо используются сомнительные схемы, когда, прикрываясь «духовностью», церковники продают определенный товар с огромном наценкой, явно далёкой от рыночной.
Проверить это легко. Недавно вот патриарх Кирилл призывал не покупать «левые» свечи, чтобы «Софрино» мог извлекать максимальную прибыль. Собственно, в интернете можно найти пачки свечей. Если брать их сразу по 100-500 штук, то можно заметить, что наценка РПЦ огромная, иногда выше 1000%. Об этом написано в статье «О свечном бизнесе». Ситуация с ценами в 2021 году другая, но принцип тот же самый.
Схемы отмывания денег. Это точно не про церковь
Церковь деньги отмывать не может. Почему? Потому у церкви в приоритете не материальное, а духовное; церковь занимается возрождением духовности, а не извлечением максимальной прибыли.
Если человек живёт в сказочном мире, то в это можно поверить, однако предложение поступило со стороны высших чиновников правительства, которые уж наверняка понимают, что не все так просто.
Андрей Кураев уверен, что идею активно лоббировала церковь:
«Патриархия крайне болезненно относится к попыткам заглянуть в свой карман, всё время говорит, что мы ничем не торгуем, у нас добровольные пожертвования, а значит, и налоговым органам делать у нас нечего»[4].
Таким образом, отмывания грязных денег в церкви нет, если все определяет так называемая духовность. Но если все определяет не духовность, то нужно рассмотреть отдельные примеры схем, которые могут использовать благочестивые мужи.
Во-первых, нужно понимать, что многие коррупционные сделки, связи и знакомства происходят в церкви. Если обратить внимание, то немало высших чиновников, которых осудили за коррупционные преступления, получали высшие церковные награды. Например, губернатору Сахалинской области Хорошавину патриарх Кирилл вручил орден преподобного Сергия Радонежского незадолго до ареста.
Итог для духовного чиновника понятный:
«9 февраля 2018 года Южно-Сахалинский городской суд приговорил Александра Хорошавина к 13 годам лишения свободы в колонии строгого режима с выплатой штрафа в размере 500 млн рублей, запретом занимать государственные должности в течение пяти лет и лишением государственных наград — Ордена Почёта и медали ордена За заслуги перед Отечеством II степени»[5].
Зато «духовные награды» остались, что тоже важно в условиях России. По факту церковь стала местом, где чиновники собираются, знакомятся, заключают сделки и так далее. В общем, церковь для российской бюрократии стала частью «корпоративной этики».
Доказать это просто, можно вспомнить хотя бы строительство храмов. Патриарх Кирилл заявляет, что ежедневно в России появляется по три новых храма[6], а это уже реальные возможности для различного рода схем. Что можно сделать в такой ситуации?
Нужно знать тенденцию: бизнес активно строит храмы. Вряд ли просто так, если учесть, что затем на открытии храмов присутствуют местные чиновники, представители крупного бизнеса, которые после получают госконтракты. Собственно, есть Фонд поддержки строительства храмов города Москвы. Кто туда входил в период строительства храмов в рамках «Программы-200»?»
«Председатель правления фонда — руководитель ФХУ РПЦ архиепископ Егорьевский Марк. Сопредседатели попечительского совета — патриарх Кирилл и Сергей Собянин, среди членов совета — Герман Греф (Сбербанк), Владимир Потанин («Интеррос»), Владимир Якунин («Российские железные дороги»), Алексей Миллер («Газпром»)»[7].
Отметим, что далеко не все эти деятели являются особенно религиозными, но со строительством храмов все равно связаны. Строительство храмов — государственная политика, в чем нет никаких сомнений. И поскольку высшие чиновники так активно занимаются данным вопросом, то, конечно, в такой сфере возможны самые разные схемы.
В церкви приветствуются анонимные пожертвования, за ними никакой слежки нет, отчеты никакие не нужны, теперь и на отмывание проверок не будет. Разве не идеальные условия для тех, кто желает воспользоваться некими схемами для отмывания денег через церковь?
Пример: не нужно прямо вымогать взятку, а можно сказать, что нужно пожертвовать деньги на храм, то есть передать определенную сумму служителю культа, который, в свою очередь, передаст эти средства кому надо за процент от суммы. Это явно рабочая схема, потому что человека, который попросил «помочь храму», вряд ли обвинят в коррупции, тем более вряд ли обвинят РПЦ в пособничестве.
Здесь огромную роль играет «святость» РПЦ, потому что государственные органы заранее уверены в том, что никакой коммерческой деятельности ради извлечения прибыли в церкви нет, низкий риск, что будет коррупция в церкви.
И вот что забавно: периодически даже «святых людей» обвиняет прокуратура, так как не всегда эти лица действуют осторожно:
«Правоохранительные органы просят проверить на коррупционность действия руководителей якутской епархии — её подозревают в отмывании денег под прикрытием ремонта Троицкого собора, расположенного в столице республики»[8].
У церкви интересные связи. Опять же берём новости:
«Следственный комитет России обвинили братьев Дмитрия и Алексея Ананьевых, бывших владельцев Промсвязьбанка, в причинении ущерба кредитной организации на десятки миллиардов рублей. Сообщение опубликовано на сайте ведомства.
Их обвинили в выводе за границу и отмывании в общей сложности 87,2 миллиарда рублей. Такие действия они предприняли в декабре 2017 года, незадолго до того, как Центробанк ввел в Промсвязьбанке внешнее управление.
Для этого братья, которых за тесные связи с Русской православной церковью еще называли православными олигархами, одобрили ряд фиктивных сделок с ценными бумагами. Все они были проведены за несколько часов.
В пресс-службе СК указали, что задержали пять человек, подозреваемых в причастности к преступлению. Еще четыре человека объявлены в розыск. Сами братья Ананьевы, владельцы паспортов Кипра, также находятся в международном розыске»[9].
Нужно понимать, что это не единичные случаи, и с начала девяностых многие «православные олигархи» уехали из России за различные преступления, связанные с кражей средств. Параллельно с этим они активно «помогали» церкви, всячески с ней взаимодействовали. Данный момент очевиден стороннему наблюдателю, но следствие подобный фактор игнорирует.
Роль духовности в церковном бизнесе
Церковь не может быть связана с коррупцией, церковь не отмывает деньги, потому что есть духовность. Ведь основной смысл корпорации — извлечение максимальной прибыли. У церкви же основной смысл — возрождение духовности! Ничто так не интересно служителям культа, как христианские истины, установленные раз и навсегда.
В этом конкурентное преимущество РПЦ на сегодня. Ведь очевидно, что крупные корпорации не могут прикрываться «духовностью», хотя такие попытки и бывают. Но одно дело, когда речь идёт о «православном олигархе», а другое, когда о служителе культа.
«Указом Владимир Путина от 6 января главой Фонда помощи детям с тяжелыми и редкими заболеваниями «Круг добра» стал священник Санкт-Петербургской епархии Александр Ткаченко.
Финансирование фонд будет получать от государства, в частности, фонду будут перечисляться средства от повышенной налоговой ставки НДФЛ для лиц, с доходов более 5 млн рублей в год. Это составит порядка 60 млрд рублей ежегодно».[11].
Есть все основания считать, что деньги, ввиду духовности, не будут должным образом контролироваться, и поэтому не совсем понятно, на какие цели реально они пойдут. Верить в то, что все будет честно и прозрачно, это примерно как верить в создание 25 миллионов новых рабочих мест к 2020 году[12].
Правильно ли правительство решило, что РПЦ — честная организация, и через церковь проходит отмывание денег лишь в случае, если речь идёт о церкви на западе? Ведь публикаций как раз по поводу отмывания денег у католиков — полно. Чего стоят заголовки статей в крупных СМИ вроде «РИА Новости». Например, «Святой офшор: секреты могущества Банка Ватикана»[13].
Можно заметить, как в тех же СМИ регулярно разоблачают религиозные структуры, в том числе секты. В общем, везде есть проблемы, кроме традиционных религий России. В случае с сектами отмывание — обычное дело, цель лидеров секты — просто заработать деньги, а вот процесс отмывания денег для РПЦ — это грех.
Если уж говорить прямо, то решение правительства абсурдно, потому что в рамках действующей системы отмывать деньги могут не только чиновники, откровенные преступники, но и самые «духовные» лица, а также лица, связанные с благотворительностью, потому что практика это в полной мере подтверждает.
И хотя правительство утверждает о якобы низкой вероятности того, что церковь будет заниматься подобным, на практике это не так. Достаточно узнать, что собой представляли банки, созданные РПЦ или где у РПЦ была значительная доля. И задаться вопросом: почему там всегда были проблемы с деньгами, а большая часть этих банков на данный момент либо ликвидирована, либо передана другим лицам?
Церковь действует так, как и остальные коммерческие объединения. Еще один интересный пример: что делала церковь в годы приватизации? А вот что:
Рязанский опыт оказался положительным — власти Калужской и Смоленской областей готовы ему последовать и передать «Нике» ряд молочных и мясоперерабатывающих заводов. Церковь уже договорилась со швейцарской фирмой Huber & Co об установке оборудования на условиях лизинга для производства мясопродуктов.
Церковные бизнесмены не скрывают, что собираются диверсифицировать бизнес, однако детали программы не раскрывают, ссылаясь на коммерческую тайну»[14].
Зная эти моменты, сложно признать, что в церкви никто ничего «отмывать» не будет. Но доверие есть, поэтому правительство настаивает на том, чтобы бенефициары религиозных организаций были засекречены[15]. Этот и многие другие аналогичные факты являются основой для будущих «табачных скандалов» и их аналогов.
Итог: церковь — корпорация, цель которой максимизация прибыли. Отмывание денег, коррупция — это не обязательно универсальное правило, но оно обязательно в условиях коррумпированной экономики, а в России она такая[16].
Новое в блогах
РПЦ существует чтобы отмывать бандитские деньги и давать взятки чиновникам!
Все мы неоднократно слышали, как попы призывают помогать церкви. Но занимается ли при этом сама церковь своей главной обязанностью, т.е. сея доброе, надежное и вечное, помогает ли в свою очередь страждущим? Я много слышал, как благотворительные фонды и частные лица собирают (или даже отдают свои ср-ва) для лечения, к примеру, онко-больных детей. Но ни разу в жизни не слышал, чтобы этим занималась церковь. Как-то это странно. Давайте разберемся, кому и как она действительно помогает.
«Каждый помогает храму в меру своих сил, и вместе мы можем сделать так, чтобы двери храма были открыты и для нас, и для наших детей, и для всех, кто ищет истинную Церковь, для тех, кто ищет Православие. Для того, чтобы наш храм существовал, необходимо, чтобы все прихожане регулярно вносили посильную жертву на его содержание. Ещё ветхозаветные люди самое первое, самое лучшее приносили в Дом Божий. И, хотя в Новом Завете мы не обязаны исполнять все ветхозаветные правила, но Закон Божий действует также неукоснительно—церковь существует на то, что жертвуют на неё прихожане. Поэтому очень важно жертвовать на храм также регулярно, как мы оплачиваем свои счета за электроэнергию или страховку автомобиля—ведь, церковь тоже должна регулярно оплачивать счета.»
— поп Сергий Свешников.
Сразу скажу: типичный настоятель даже не самого крупного храма на окраине зарабатывает действительно колоссальные деньги (знаю, знаком). И свечки, крещения, крестики да отпевания (например, 2000 руб с рыла за крещение, около десятка крещений за смену, плюс все остальное. считайте сами) — лишь микроскопическая (реально микроскопическая) часть прибыли рядового попа. Основную прибыль церковь в целом и поп в частности получает за счет выдачи индульгенции очень богатым и очень много «нагрешившим» людям (высокоранговые бандиты, бизнесмены, чиновники, работники силовых ведомств, я об этом много писал, например в «Как поп от жадности удавился»). Но даже этот доход не является основополагающим источником дохода церкви и попов (хотя он воистину огромен. Знаю. Знаком).
Через церковь еще и отмывают колоссальные денежные средства. Основная причина любви к отмыванию бабок через церкви кроется в том, что это — некоммерческое объединение, освобожденное от уплаты налогов. Отсюда возможно ВСЕ что угодно — такая, образно говоря, оффшорная зона. Все пожертвования анонимны и в суммах не ограничены. Попам идёт определённый процент, остальное они вкладывают в указанное им место. Т.е. перовоочередная задача церкви состоит не в отмывании душ, но в отмывании денег. Это, кстати, и является первопричиной поддержки церкви сегодняшним коррумпированным государством: высшие чиновники не могут гнать на церковь по той простой причине, что они финансово в ней заинтересованы. Поэтому они и продвигают РПЦ всеми возможными силами, выделяя этой организации, помимо прочего, и деньги из бюджета.
Каждый настоятель храма имеет в приходе всю районную знать, потому что ходить в церковь для сильных мира сего крайне выгодно (см. прошлые посты по теме). Например, через церковь можно дать взятку — тогда поймать преступника физически невозможно: если преступник хочет дать взятку чиновнику, это очень легко и, главное, безопасно сделать через церковь. Бандит жертвует деньги на новый храм, а далее церковнослужитель за дольку этих денег делает с этими деньгами всё, что ему скажут. Согласно законодательству, даже если чиновник выйдет из церкви с чемоданом денег, никто никого не привлечёт к ответственности, так как доказать, что это криминальные деньги, физически невозможно, да и вообще: то, что он не просто исполнял функции церковного курьера (и такая система работает, даже в очень развитых странах, не говоря уже о России), тоже нереально.
Например, одной крупной организации очень нужен некий закон, но один чиновник категорически отказываются его принимать. Тут организация жертвует несколько миллионов на храм (богу, естественно, храма всегда мало), и чиновник меняет свою позицию на противоположную. Всё что может в данном случае прокуратура —предположить, что бог получил деньги и сделал так, чтобы чиновник помог страждущей организации.
Это единственная причина пламенной поддержки церкви со стороны высших органов власти. Это приносит попам воистину фантастические доходы, на которые они с легкостью могут содержать личные автопарки, а иногда (и эти случаи известны в мировой практике) целые аэродромчики.
Приноси (в церковь) подати и десятины и начатки Христу, истинному Первосвященнику и Его слугам, как десятину; спасения… Когда (епископ) примет их, то он разделит правильно, потому что епископ хорошо знает нуждающихся… Частьпастыря; должна быть отделена и отданаему по обычаю… (Дидаскалия II, 28)
Все это в совокупности делает РПЦ одной из богатейших и влиятельнейших корпораций России. Но использует ли РПЦ свое могущество и деньги для помощи страждущим? Ведь помогать, к примеру, больным детям или старикам — это оооочень духовно, духовнее просто ничего нет. Это фактически сразу дорога в рай, на ближней руке с самим Господом Богом.
РПЦ утверждает, что помогает: ведь при некоторых храмах находятся детские приюты и дома престарелых, которые содержатся по великой милости РПЦ. В сумме в России около сотни православных детских домов и приютов. Про один из них я, кстати, недавно как раз писал. Назывался пост «Православный концлагерь для детей», где детей морили и истязали прямо до смерти. Случаи издевательств над детьми в подобных приютах, к слову, весьма часты. Гугл в помощь.
Более того, благородство РПЦ не знает границ, ибо Святейший Патриарх публично предлагал Президенту, чтобы Церковь полностью взяла на себя попечение о всех детях-сиротах-инвалидах. Вы представляете себе, какой благородный человек? Так вот зачем он деньги через церковь отмывает! Чтоб содержать всех детей. На самом же деле это, конечно же, очковтирательство. Но вы уже, наверное, догадались — иначе не было бы и этого поста. Дети — это просто-напросто еще один бизнес попов: ведь РПЦ на самом деле не содержит НИ ЕДИНОГО приюта и детского дома, вопреки общепринятому мнению. Чтобы понимать это, достаточно немного сечь в законах этой направленности.
Как известно, каждый ребенок-сирота получает на свое воспитание от государства солидные средства. Точную сумму не назову — она, видимо, в разных регионах разная. Платится либо детским домам, либо опекунам, которые берут детей на воспитание. В некоторых регионах, особенно где нет работы, семейные пары даже приспособились брать нескольких детей — получается что-то вроде семейного детского дома, где «родители» неплохо оплачиваются государством. Деньги идут за ребенком — где ребенок, тому учреждению или частному лицу эти деньги и платят. Если приют церковный. деньги идут в него. БИНГО!
Таким образом, содержание ребенка оплачено уже один раз. Государством, налогоплательщиками. Но это еще не конец: ведь РПЦ помимо этого еще и собирает пожертвования на якобы содержание этих приютов. То есть дети находящиеся на попечительстве РПЦ, являют собой еще один очень мощный инструмент зарабатывания денег: на каждого ребенка государство выделяет деньги, часть которых, понятное дело, идет не в приют, а в РПЦ + еще и пожертвования, которые, судя по уровню содержания детей (а он не выше, а зачастую даже хуже, чем в обычных детдомах, в которых никаких пожертвований активно не собирают), до конечного адресата также не доходят. Теперь понятнее стало, почему Гундяев предлагал президенту, чтобы Церковь полностью взяла на себя попечение о всех детях-сиротах-инвалидах?;))) И понятно, почему за всю историю РПЦ неизвестно НИ ОДНОГО случая, чтобы эта организация помогала больным и нуждающимся чем-либо, кроме молитв? Потому что на больных детей надо тратить свои средства, в то время как сирот тебе полностью оплатит государство — еще и сверху жирный навар получится.
Суть в том, что в мире не существует НИ ОДНОГО отчета церковного приюта о собранных и потраченных средствах. Это тайна.
Мало того, церковь обеспечивает и третью волну прибыли — воспитание из сирот преданных плательщиков в будущем. Их вовлекают в религиозную деятельность, обучают церковным традициям, учат молиться и соблюдать обряды. Это как Макдональдс устраивает детские праздники, чтобы побольше детей хавали их бутерброды. Но в Макдаке добровольно: хочешь ходи, хочешь нет, а у сирот никакого выбора нет. Их мозги будут закомпостированы попами в любом случае, несмотря на декларируемую государством свободу вероисповедания.
Лично я считаю, что православных приютов БЫТЬ НЕ ДОЛЖНО, ибо они никому не помогают в принципе, и точно так же содержаться государством эти приюты могут и вне РПЦ.
Православные реабилитационные центры для алкоголиков и наркоманов — также чушь собачья: все лечение в них сводится лишь к двум рецептам: молись и работай. Содержание соответствующее. При этом за него надо платить. Т.е. обратившегося используют как бесплатную рабочую силу, кормят полнейшим дерьмом собачьим, а он еще и. платит за это.
Так кому же церковь помогает в принципе? Отчаянно гуглил по запросу «Церковь пожертвовала» и нашел таки. Церковь и правда помогает. Например, Гундяев недавно пожертвовал детскому дому два стула с подлокотниками. А еще РПЦ пожертвовало какому-то там СИЗО 10 пакетов с продуктами. Ну, чем может, тем и помогает. Вроде это все. Чем богаты, тем и рады, что называется.
Т.е., как мы видим, церковь действительно помогает оооочень многим людям: бандитам, коррумпированным чиновникам, самим попам в конце концов. Но вот почему-то сиротам, больным детям и старикам церковь не помогала НИКОГДА и НИ РАЗУ (ну если молитву и пару кресел с подлокотниками можно назвать помощью).
Правильно ли я понимаю, что раз церковь помогает исключительно бандитам, то она является организованной преступной группировкой, а сам бог является не иначе как. к сожалению не могу написать кем, иначе посадят же за «оскорбления чувств. «? Подскажите мне, пожалуйста, помогает ли она хоть кому-нибудь, кроме бандитов? И если да, то интересно знать, как именно помогает?
Бизнес РПЦ выведут из-под действия антиотмывочного законодательства
Правительство России предложило поправки к закону о противодействии отмыванию доходов, полученных преступным путем. Поправки выведут из-под действия этого закона бизнес, единственными учредителями которого являются религиозные организации. Законопроект размещен в базе Госдумы во вторник. На него обратило внимание информагентство Znak.com.
В обосновании законопроекта правительство указывает, что считает риски отмывания доходов и финансирования терроризма через «дочек» религиозных организаций низкими. Поправки также освободят религиозные организации, а также юридические лица, единственными учредителями которых являются такие организации, от обязанности собирать, хранить и предоставлять информацию о своих бенефициарных владельцах.
Текущая редакция антиотмывочного закона делает исключение только для самих религиозных организаций, причем в части купли-продажи драгоценных металлов, драгоценных камней, ювелирных изделий и лома. Теперь же правительство хочет освободить от требований закона о легализации преступных доходов и бизнес религиозных организацией, крупнейшей из которых в России является Русская православная церковь.
Отметим, что у РПЦ появились обширные бизнес-интересы еще в 1990-х годах. В эпоху Бориса Ельцина церковь, установившая с государством взаимовыгодное сотрудничество и получившая освобождение от уплаты таможенных пошлин, активно занималась продажей табачного зелья, а также реализацией алкоголя, наряду с Фондом ветеранов Афганистана и Фондом спорта.
Как писала в феврале 2012 года «Новая газета», ссылаясь на «обширное досье» доктора исторических наук Сергея Бычкова, опубликовавшего не один десяток статей о табачном бизнесе бывшего председателя Отдела внешних церковных связей Московского патриархата (ОВЦС МП) митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла, а ныне патриарха, именно в 1990-е годы нынешний предстоятель РПЦ «сколотил состояние», в том числе на торговле сигаретами.
По данным правительственной комиссии по гуманитарной помощи, только в 1996 году ОВЦС МП ввез в страну около 8 миллиардов сигарет. Пикантность табачному бизнесу Кирилла придает тот факт, что в православии курение считается грехом, губительным для здоровья и жизни человека. Сам Кирилл как-то попытался оправдать свое участие в этом бизнесе: «Люди, которые этим занимались, не знали, что же делать: сжечь эти сигареты или отправить их обратно? Мы обратились к правительству, и оно вынесло решение: признать это гуманитарным грузом и предоставить возможность его реализовать».