Как оформляется суррогатное материнство документально
Правовой режим суррогатного материнства
Российская Федерация допускает суррогатное материнство. При этом российское законодательство реализует гестационную модель суррогатного материнства, допускающую приоритетное право суррогатной матери записать себя матерью ребенка. Предусмотренный законодательством приоритет родительских прав суррогатной матери вносит в договор о суррогатном материнстве элемент существенного риска. Каков порядок государственной регистрации рождения ребенка, рожденного суррогатной матерью? Как защищаются права генетических родителей в случае отказа суррогатной матери дать согласие на совершение записи генетических родителей в книге записей рождений в качестве родителей ребенка? В настоящей статье рассмотрим правовые аспекты суррогатного материнства.
Что такое суррогатное материнство?
Согласно пункту 9 статьи 55 ФЗ Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон №323-ФЗ) cуррогатное материнство представляет собой вынашивание и рождение ребенка (в том числе преждевременные роды) по договору, заключаемому между суррогатной матерью (женщиной, вынашивающей плод после переноса донорского эмбриона) и потенциальными родителями, чьи половые клетки использовались для оплодотворения, либо одинокой женщиной, для которых вынашивание и рождение ребенка невозможно по медицинским показаниям.
Мужчина и женщина, как состоящие, так и не состоящие в браке, имеют право на применение вспомогательных репродуктивных технологий при наличии обоюдного информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство. Одинокая женщина также имеет право на применение вспомогательных репродуктивных технологий при наличии ее информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство.
Порядок использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказания и ограничения к их применению утверждены Приказом Министерства здравоохранения РФ от 30.08.2012 г. № 107н «О порядке использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказаниях и ограничениях к их применению» (далее – Приказ Министерства здравоохранения РФ от 30.08.2012 г. № 107н).
Показаниями к применению суррогатного материнства являются:
а) отсутствие матки (врожденное или приобретенное);
б) деформация полости или шейки матки при врожденных пороках развития или в результате заболеваний;
в) патология эндометрия (синехии, облитерация полости матки, атрофия эндометрия);
г) заболевания (состояния), включенные в Перечень противопоказаний, определенный Приказом Министерства здравоохранения РФ от 30.08.2012 г. № 107н;
д) неудачные повторные попытки ЭКО (3 и более) при неоднократном получении эмбрионов хорошего качества, перенос которых не приводит к наступлению беременности;
е) привычное невынашивание беременности (3 и более самопроизвольных выкидыша в анамнезе).
Какие требования установлены в отношении суррогатной матери?
В соответствии с пунктом 10 статьи 55 ФЗ №323-ФЗ суррогатной матерью может быть женщина:
— в возрасте от двадцати до тридцати пяти лет;
— имеющая не менее одного здорового собственного ребенка;
— получившая медицинское заключение об удовлетворительном состоянии здоровья;
— давшая письменное информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство.
Необходимо также отметить, что женщина, состоящая в браке, зарегистрированном в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, может быть суррогатной матерью только с письменного согласия супруга. Суррогатная мать не может быть одновременно донором яйцеклетки.
Противопоказанием для переноса эмбрионов суррогатной матери является наличие у нее заболеваний (состояний), включенных в Перечень противопоказаний, установленный Приказом Министерства здравоохранения РФ от 30.08.2012 г. № 107н.
Каков порядок государственной регистрации рождения ребенка, рожденного суррогатной матерью?
Порядок государственной регистрации рождения ребенка, рожденного суррогатной матерью, регулируется положениями Семейного кодекса Российской Федерации, Федерального от 15.11.1997 №143-ФЗ «Об актах гражданского состояния». Так, в соответствии с пунктом 4 статьи 51 Семейного кодекса Российской Федерации лица, состоящие в браке между собой и давшие свое согласие в письменной форме на имплантацию эмбриона другой женщине в целях его вынашивания, могут быть записаны родителями ребенка только с согласия женщины, родившей ребенка (суррогатной матери).
Согласно пункту 5 статьи 16 Федерального закона от 15 ноября 1997 года N 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» при государственной регистрации рождения ребенка по заявлению супругов, давших согласие на имплантацию эмбриона другой женщине в целях его вынашивания, одновременно с документом, подтверждающим факт рождения ребенка, должен быть представлен документ, выданный медицинской организацией и подтверждающий факт получения согласия женщины, родившей ребенка (суррогатной матери), на запись указанных супругов родителями ребенка.
Таким образом, обязательным условием для записи генетических родителей в книге записей рождений в качестве родителей ребенка, рожденного суррогатной матерью, является наличие согласия суррогатной матери на совершение такой записи.
При этом необходимо отметить, что законодательством не предусмотрены какие-либо запреты или ограничения на применение вспомогательных репродуктивных технологий в зависимости от супружеского статуса лиц, желающих воспользоваться ими. В соответствии с пунктом 3 статьи 55 Федерального закона №323-ФЗ мужчина и женщина, как состоящие, так и не состоящие в браке, имеют право на применение вспомогательных репродуктивных технологий при наличии обоюдного информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство. Одинокая женщина также имеет право на применение вспомогательных репродуктивных технологий при наличии ее информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство. Следовательно, родителями ребенка, выношенного суррогатной матерью, могут быть записаны и одинокая женщина, и мужчина и женщина, не состоящие в браке. Аналогичной позиции придерживаются суды в решении Мещанского районного суда города Москвы от 13.03.2018 г. по делу №2а-0121/2018, решении Туапсинского городского суда Краснодарского края от 24.11.2016 г. по делу № 2а-1633/16, апелляционном определении Московского городского суда от 18 июля 2016 г. N 33-27809/16.
Кроме того в качестве родителя ребенка, рожденного от суррогатной матери, может быть записан в книге записей рождений и одинокий мужчина. При принятии решения в пользу одинокого мужчины-отца ребенка, рожденного от суррогатной матери, суды руководствуются тем, что действующее законодательство исходит из равенства прав, в том числе и для мужчин. (Решение Бабушкинского районного суда г. Москвы от 04.08.2010 г. по делу № 2-2745/10).
Перечень документов, необходимых для государственной регистрации рождения:
1) документы, удостоверяющие личности родителей;
2) заявление о рождении;
3) документ о рождении, выданный медицинской организацией независимо от ее организационно-правовой формы, в которой происходили роды;
4) документ, выданный медицинской организацией и подтверждающий факт получения согласия женщины, родившей ребенка (суррогатной матери), на запись супругов, давших согласие на имплантацию эмбриона другой женщине в целях его вынашивания, родителями ребенка;
5) свидетельство о заключении брака родителей либо свидетельство об установлении отцовства.
Заявление о рождении ребенка должно быть сделано не позднее, чем через месяц со дня рождения ребенка. Заявление о рождении ребенка могут подать как оба родителя, так и один из них в орган записи актов гражданского состояния или многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг по месту рождения ребенка или по месту жительства родителей (одного из родителей).
Какова правовая природа условия о необходимости получения согласия суррогатной матери на совершение записи генетических родителей в книге записей рождений в качестве родителей ребенка? Свидетельствует ли указанное условие о наличии безусловного права суррогатной матери на дачу такого согласия?
По мнению Конституционного суда Российской Федерации наличие согласия суррогатной матери на совершение такой записи означает имеющуюся у нее возможность в записи акта о рождении ребенка записать себя матерью ребенка, обусловливая тем самым для женщины, родившей ребенка, права и обязанности матери (Определение Конституционного суда Российской Федерации от 27.09.2018 г. №2318-О).
Таким образом, российское законодательство реализует гестационную модель суррогатного материнства, исходящую из приоритетного значения при оформлении родительских прав факта беременности женщины, родившей ребенка в результате имплантации ей эмбриона, полученного от генетических родителей.
Как защищаются права генетических родителей в случае отказа суррогатной матери дать согласие на совершение записи генетических родителей в книге записей рождений в качестве родителей ребенка?
Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 15 мая 2012 года N 880-О, гестационная модель правового регулирования суррогатного материнства не является единственно возможной с точки зрения надлежащей защиты таких гарантируемых статьей 38 (часть 1) Конституции Российской Федерации ценностей, как семья, материнство и детство.
По мнению Верховного суда Российской Федерации, отказ суррогатной матери дать согласие на запись родителями потенциальных родителей не может служить безусловным основанием для отказа в удовлетворении иска этих лиц о признании их родителями ребенка и передаче им ребенка на воспитание.
Так, в соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации суды в случае, если суррогатная мать отказалась дать согласие на запись родителями генетических родителей рожденного ею ребенка, учитывая все фактические обстоятельства конкретного дела, в том числе связанные с тем, заключался ли договор о суррогатном материнстве и каковы условия этого договора, являются ли истцы генетическими родителями ребенка, по каким причинам суррогатная мать не дала согласия на запись истцов в качестве родителей ребенка, и руководствуясь положениями статьи 3 Конвенции о правах ребенка, вправе разрешить спор в интересах ребенка (пункт 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.05.2017 г. №16 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных с установлением происхождения детей»).
Таким образом, суды могут разрешать споры в пользу удовлетворения требований генетических родителей об установлении отцовства и материнства в отношении детей, рожденных суррогатной матерью, в случае установления факта злоупотребления суррогатной матерью своими правами, влекущего существенное нарушение прав ребенка.
Так, в одном из судебных решений судом общей юрисдикции были удовлетворены требования генетических родителей об установлении отцовства и материнства в отношении детей, рожденных суррогатной матерью. Суд пришел к выводу о том, что суррогатная мать, отказываясь дать согласие на регистрацию генетических родителей в качестве родителей рожденных ею детей, злоупотребила своими правами, действуя при этом не только в нарушение условий договора о суррогатном материнстве, заключенного между сторонами, но и в ущерб интересам детей, генетическими родителями которых являются истцы. В качестве обстоятельств, подтверждающих злоупотребление суррогатной матерью своими правами, в частности, названы ее требования увеличения суммы причитающейся ей денежной выплаты в связи с рождением двойни, ее фактический выход из программы суррогатного материнства, рождение детей не в том роддоме, который был для этого предназначен, ее проживание в комнате в коммунальной квартире.
Конструкция договора возмездного оказания услуг суррогатного материнства
В договоре возмездного оказания услуг суррогатного материнства (далее – договор) на практике предусматриваются следующие условия:
— синхронизация менструальных циклов генетической и суррогатной матерей;
— перенос эмбрионов суррогатной матери;
— вынашивание беременности суррогатной матерью;
— рождение ребенка суррогатной матерью;
— оформление суррогатной матерью согласия на запись в свидетельстве о рождении ребенка.
Встречная обязанность генетических родителей по выплате определенной денежной суммы суррогатной матери, оплате всех расходов, связанных с вынашиванием, рождением ребенка.
В заключение хотелось бы отметить, что при оформлении договора об оказании услуг суррогатного материнства необходимо учитывать установленный законодательством заведомый приоритет родительских прав суррогатной матери. В связи с этим в договоре об оказании услуг суррогатного материнства не следует включать условие, устанавливающее обязательство суррогатной матери после рождения ребенка дать согласие на запись в свидетельстве о рождении ребенка его генетических родителей. Такое условие может быть оценено судом, как лишение права суррогатной матери решать вопрос об оставлении этого ребенка себе как его матери, следовательно, такой отказ может быть признан как ничтожный на основании статьи 22 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Суррогатная забота
СУРРОГАТНАЯ ЗАБОТА
О праве суррогатной матери оставить рожденного ребенка
По мнению автора, абз. 2 п. 4 ст. 51 СК РФ следует дополнить положением, согласно которому супруги могут быть записаны родителями ребенка, рожденного суррогатной матерью, не только с согласия последней, но и по решению суда, а п. 3 ст. 52 СК РФ – абзацем, предусматривающим право супругов оспаривать отцовство и материнство в случае, когда есть обстоятельства, препятствующие надлежащему воспитанию ребенка суррогатной матерью.
Приоритет социального родительства
В Федеральном законе от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ (в ред. от 25 июня 2012 г.) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Закон об основах охраны здоровья граждан) раскрывается понятие суррогатного материнства. Из п. 9 ст. 55 следует, что «суррогатное материнство представляет собой вынашивание и рождение ребенка (в том числе преждевременные роды) по договору, заключаемому между суррогатной матерью (женщиной, вынашивающей плод после переноса донорского эмбриона) и потенциальными родителями, чьи половые клетки использовались для оплодотворения, либо одинокой женщиной, для которых вынашивание и рождение ребенка невозможно по медицинским показаниям».
В п. 4 ст. 51 СК РФ сказано, что супруги могут быть записаны родителями ребенка только с согласия суррогатной матери. Пункт 5 ст. 16 Федерального закона от 15 ноября 1997 г. № 143-ФЗ (в ред. от 28 июля 2012 г.) «Об актах гражданского состояния» (далее – Закон об актах гражданского состояния) гласит: «При государственной регистрации рождения ребенка по заявлению супругов, давших согласие на имплантацию эмбриона другой женщине в целях его вынашивания, одновременно с документом, подтверждающим факт рождения ребенка, должен быть представлен документ, выданный медицинской организацией и подтверждающий факт получения согласия женщины, родившей ребенка (суррогатной матери), на запись указанных супругов родителями ребенка». Таким образом, приоритет по закону имеет социальное родительство перед биологическим.
Относительно конституционности указанных норм была подана жалоба в Конституционный Суд РФ. Заявителями жалобы выступили супруги Ч., которые заключили с гражданкой Р. договор об оказании услуг суррогатного материнства, согласно которому суррогатная мать после имплантации ей эмбриона, полученного путем экстракорпорального оплодотворения половых клеток генетических родителей, в случае наступления беременности принимает на себя обязательства по вынашиванию, родоразрешению и передаче рожденного ребенка генетическим родителям.
Спустя несколько месяцев после того, как беременность суррогатной матери была подтверждена клинически, Р. отказалась от участия в программе суррогатного материнства. Родив ребенка, она подала заявление в органы записи актов гражданского состояния. Матерью ребенка была записана Р., а отцом – ее бывший супруг, давший на то согласие.
Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судом кассационной инстанции, в удовлетворении требований заявителей к Р. и ее бывшему супругу об установлении факта происхождения ребенка, рожденного суррогатной матерью, аннулировании записи акта о рождении ребенка, обязании не чинить препятствий в регистрации истцов в качестве родителей ребенка было отказано на том основании, что суррогатная мать (ответчица) не давала согласия на запись истцов – генетических родителей в книге записей рождений в качестве родителей рожденного ею ребенка. Судьи областного и Верховного Суда РФ отказали в передаче надзорных жалоб в соответствующие надзорные инстанции.
По мнению заявителей, положения п. 4 ст. 51 Семейного кодекса РФ и п. 5 ст. 16 Закона об актах гражданского состояния противоречат ст. 19 и 38 (ч. 1 и 2) Конституции РФ, поскольку допускают возможность регистрации генетических родителей в книге записей рождений в качестве родителей ребенка, рожденного суррогатной матерью, исключительно при наличии ее согласия на совершение такой записи.
Конституционный Суд РФ своим определением от 15 мая 2012 г. № 880-О отказал в принятии к рассмотрению жалобы супругов Ч., посчитав, что оспариваемые законоположения в указанном аспекте не нарушают их конституционных прав.
Дмитрий НИКИТИН,
аспирант Современной гуманитарной академии (г. Москва),
юрисконсульт ООО «Ассорти»
Полный текст статьи читайте в печатной версии «АГ» № 9 за 2013 г.
Неестественный отбор: почему изменения в законодательстве о суррогатном материнстве не похожи на защиту семьи
Законопроект состоит всего из трех статей, а мотивы его подготовки и логика авторов раскрываются в пояснительной записке. По мнению партнера коллегии адвокатов Pen & Paper Екатерины Тягай, которая подготовила юридическое заключение на законопроект, предложения парламентариев сводятся к запрету доступа к вспомогательным репродуктивным технологиям (ВРТ) для иностранцев, а также людей, не состоящих в браке, и тех, кто младше 25 и старше 55 лет. Свою позицию она пояснила в колонке для Forbes Woman.
Что предлагают изменить
Сейчас Федеральным законом «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что ВРТ, в том числе суррогатное материнство, доступны:
При этом порядок использования ВРТ, показания и ограничения к их применению установлены приказом Минздрава №107н от 30.08.2012. В нем также последовательно подчеркивается, что доступ к ВРТ есть не только у супругов, но и у партнеров, и при этом внятно раскрываются показания к применению суррогатного материнства.
Несмотря на это, авторами поправок предлагается изменить закон и ограничить доступ к суррогатному материнству для всех, кроме мужчины и женщины, состоящих в зарегистрированном браке, при этом:
Помимо существенного сужения круга потенциальных родителей, в законопроекте предусмотрены:
Наконец, для того чтобы зарегистрировать рождение ребенка в ЗАГСе, необходимо будет предоставить не только заявление родителей и документ, подтверждающий факт рождения, но и подтверждение того, что:
При этом последствия отсутствия или невозможности предоставления одного или нескольких таких документов не предусмотрены, равно как и последствия того, что обстоятельства, которые имели место на момент использования ВРТ, а также рождения ребенка, впоследствии изменились.
В чем противоречие предлагаемых изменений
Пояснительная записка сразу обнаруживает нарушение простых логических связей и крайне низкую (что критически опасно при обсуждении столь чувствительных вопросов) проработку проблемы.
Сначала авторы пишут, что «суррогатное материнство стало легальным, дешевым и беспрепятственным способом преодоления запрета на усыновление детей», но следом утверждают, что «потребность в услугах по суррогатному материнству… оценивается как незначительная в силу небольшого числа нуждающихся и (или) значительной стоимости услуг по суррогатному материнству». Конкретных цифр или статистических данных не приводится.
Отмечается, что в отсутствие запрета на иностранное усыновление из России было вывезено «более 60 000 детей». Однако ничего не сказано о том, что сейчас, когда такой запрет есть, в банке данных на усыновление остается, только по официальной статистике, около 50 000 российских детей. Не учитывается и то, что многие являются социальными сиротами, то есть у них есть живые родители, отвечающие всем требованиям, которые, по мнению авторов законопроекта, должны что-то таким детям гарантировать.
Что касается иностранных граждан, парламентарии сначала говорят, что «сформировался рынок «экспорта» российских детей, рожденных суррогатными матерями», но в том же предложении сами себе противоречат, утверждая, что «оценить объемы «экспорта» детей, рожденных суррогатными матерями на заказ для иностранных граждан, практически невозможно».
Наконец, авторы прямо заявляют: «На сегодняшний день официальные власти страны не знают ни объем рынка суррогатного материнства, ни его субъектный состав, ни число суррогатных матерей, ни число родившихся детей». При этом в пояснительной записке фигурируют «громкие дела», возникающие в связи с «мошенничеством, обманом как заказчиков, так и суррогатных матерей, фальсификациями, злоупотреблениями и др.».
Как поправки нарушают нормы российского законодательства и международных актов
Во-первых, авторы, очевидно, не понимают правовой природы семейных правоотношений, путая понятие семьи и брака. Показателем «серьезности намерения» стать родителем авторы законопроекта предлагают считать продолжительность нахождения будущих родителей в зарегистрированном браке, указывая, что право на применение вспомогательных репродуктивных технологий возникает, помимо прочего, не ранее чем через год после регистрации брака.
Отношения между родителями и детьми самостоятельны от отношений между родителями и, как бы того ни хотелось, не всегда являются производными от них. Именно поэтому сегодня нормы о суррогатном материнстве сформулированы более широко и возникновение родительских правоотношений не ставится в зависимость от брачных.
То, что «семейные связи» — понятие более широкое, чем «брачные», неоднократно подчеркивали Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ), в том числе применительно к отношениям между партнерами и их детьми в незарегистрированных союзах.
Действительно ли парламентарии думают, что мать-одиночка или отец-одиночка с детьми — это не семья? Что пара, имеющая детей, но не зарегистрированная в ЗАГСе, не имеет родительских прав и обязанностей? Что дети, пережившие родителей, но имеющие братьев и сестер, остались без семьи? Что бабушки, дедушки, тети, дяди, мачехи и отчимы, воспитывающие детей, не являются по отношению к этим детям семьей?
Все эти отношения требуют признания и защиты. Но обеспечить их сложнее, чем просто запретить иметь детей тем, кто не подходит под удобные стандарты. Именно поэтому следовало бы действительно гармонизировать нормы семейного законодательства и закона об охране здоровья граждан, при этом не лишая гражданских прав, а, наоборот, давая инструменты их защиты.
Во-вторых, не ясно, почему лица, применяющие ВРТ, подвергаются дискриминации и их «права на родительство» ограничиваются по сравнению с правами тех, кто способен родить детей «традиционным естественным путем», как этого ожидает от них государство. Иными словами, по действующему законодательству, стать родителем в «обычном» порядке может как одинокий, так и состоящий в любых отношениях человек независимо от пола, возраста и гражданства. Но если такой человек нуждается в использовании ВРТ, авторы прямо предлагают всем, кому меньше 25 и большее 55, забыть о счастье материнства и отцовства.
Такой подход нарушает нормы и конституционного, и семейного законодательства, не говоря о международных принципах, гарантирующих права человека.
Наконец, далекой от права является сама цель законопроекта. Вопреки тому, что авторы сетуют на отсутствие системы контроля в сфере применения суррогатного материнства, они, по сути, предлагают устранить сам объект такого контроля. Между тем согласно статье 18 Конституции права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти.
Отношения, связанные с суррогатным материнством и другими ВРТ, требуют тонких настроек — это всегда непростые решения для всех участников, будь то семья, решившая таким способом завести ребенка, или женщина, выступающая в роли суррогатной матери. Худшее, что можно сделать, — и недавние скандалы вокруг «торговли детьми» это хорошо иллюстрируют, — оставить данные отношения слабо урегулированными, в результате чего они попадают в серую зону, и страдают в первую очередь дети и родители. К сожалению, обсуждаемый законопроект представляет собой попытку не решить сложные вопросы, а устранить их, попутно нарушая права человека, дискриминируя одних потенциальных родителей относительно других и подменяя принципы семейного права подходами, основанными на евгенике (учение о селекции применительно к человеку, а также о путях улучшения его наследственных свойств. — Прим. Forbes Woman).
Показательно и то, как в пояснительной записке упомянуты новые конституционные нормы о «детях как приоритете государственной политики» — хотя именно в интересах детей следовало бы гарантировать обеспечение и защиту родительских прав, а не заведомо ограничивать права тех, кто готов стать родителем.